HMS Renown (1916)
Линейный крейсер HMS Renown
25.01.1915 г. Заложен |
04.03.1916 г. Спущен на воду |
12.09.1916 г. Выход на испытания |
20.09.1916 г. Введен в строй |
10.1946 г. Выведен из боевого состава |
07.1948 г. Сдан на слом |
27 420 / 32 633 т. Водоизмещение (стандартное/полное) |
242,21 / 27,45 / 7,87-9,07 м. Размерения (длина/ширина/осадка) |
953 чел. Общая численность |
76-152 / мм. Пояс/борт |
25+25/51 мм. Палуба |
102-76 / 102-76 мм. Траверз (носовой/кормовой) |
178-102 мм. Барбеты |
229 / 178 / 229 / 51 мм. Башни ГК (лоб/бок/тыл/крыша) |
254 мм. Боевая рубка |
63 мм. Румпельное отделение |
Артиллерийское вооружение
- 6 (3×2) — 381-мм/42 орудия Mark I;
- 17 (5×3+2×1) — 102-мм/45 орудий Mark IX;
- 2 (2×1) — 76-мм/40 орудия Mark I;
- 4 (4×1) — 47-мм/40 салютных орудия «Hotchkiss» Mark I.
Минно-торпедное вооружение
- 2 (2×1) 533-мм торпедных аппарата, 10 торпед.
![Ship_PBSB206_Renown.png](https://wiki-cdn.lesta.ru/images/thumb/2/2f/Ship_PBSB206_Renown.png/150px-Ship_PBSB206_Renown.png)
Содержание
История создания
Предшественники
Как и дредноуты, класс линейных крейсеров обязан своим появлением адмиралу Фишеру. В начале 1902 года, одновременно с проектом линкора «Untakeable» (рус. «Неприступный»), Уильям Гард разработал проект броненосного крейсера «Unapproachable» (рус. «Недосягаемый»), отражавший идеи Фишера. В начале 1905 года Комитет по разработке новых типов судов сформулировал задачи будущего броненосного крейсера.
После завершения обсуждения проекта линкора (будущего HMS Dreadnought) Комитетом было рассмотрено шесть проектов броненосного крейсера. Все они имели скорость 25 уз; размеры, допускающие ремонт в существующих доках; бронирование, как у новейших к тому времени броненосных крейсеров типа Minotaur; главный калибр из шести-восьми 305-мм орудий в двухорудийных башенных установках.
В окончательном варианте «6» (17 750 т; 167,6 м) крейсер имел четыре 305-мм башни, из которых по одной на носу и на корме в диаметральной плоскости, а две — в средней части, но левая средняя башня сдвинута в нос относительно правой, что теоретически позволяло средним башням вести огонь на противоположный борт, хотя и в узком секторе. Полубак был продлен почти до кормовой башни, что обеспечивало лучшую мореходность и позволяло поднять оси орудий средних башен выше над ватерлинией[1].
Детальную проработку проекта вел конструктор У. Уайтинг. Последними штрихами стали замена паровых машин на турбины, перепланировка машинно-котельных отделений и отказ от общего диагонального броневого барбета для средних башен. Кроме того, уже во время строительства, в 1907 году, было принято решение о замене 76-мм противоминных пушек на 102-мм. Работы над проектом завершились к 22 июня 1905 года. В программу 1905 года. было заложено строительство трех броненосных крейсеров[2], получивших названия HMS Invincible, HMS Inflexible и HMS Indomitable и строившихся на частных верфях. Стоимость постройки составила от 1,635 до 1,677 млн. ф.ст.
Предпосылки к созданию
С началом Первой Мировой войны работы по постройке на заказанных по программе 1914 года четырех линкорах: HMS Agincourt типа Queen Elizabeth, HMS Repulse, HMS Renown, HMS Resistance типа Royal Sovereign были частью приостановлены, а частью заказы и вовсе аннулированы. Строительство линейного крейсера HMS Leopard по проекту HMS Tiger постоянно переносилось и, в итоге, в программу 1914 года даже не было включено.
С началом боевых действий Правительство Британии решило сменить адмирала принца Луиса Баттенберга, занимавшего пост Первого морского лорда (главнокомандущего ВМС), вызвавшего обширную критику в свой адрес. Уинстон Черчилль, занимавший пост Первого лорда Адмиралтейства, настоятельно рекомендовал своего старого учителя в области флота, адмирала Джона Фишера, известного новатора, вдохновителя появления двух новых классов кораблей, линкоров-дредноутов и линейных крейсеров. Назначение состоялось в последний день октября и 73-летний адмирал тут же проявил недюжинную активность. Он не преминул воспользоваться своим возвращением в Адмиралтейство для возобновления постройки быстроходных, тяжеловооруженных, но слабо защищенных линейных крейсеров. Он заявил, что следует построить пару усовершенствованных кораблей типа Invincible - первенцев класса, но с орудиями максимально возможного калибра.
Проектирование
Преодолев политические барьеры, адмирал Фишер сразу задал немыслимо высокий темп реализации идеи постройки. Уже 19 декабря 1914 года он поставил задачу перед главным конструктором британского флота, Юстасом Теннисон-д'Эйнкортом, руководителем Отдела кораблестроения Адмиралтейства. На подготовку предварительного проекта отводилось всего 10 дней!
Команда Д'Эйнкорта уже к 21 декабря подготовила эскизные чертежи корпуса, а три дня спустя, 24 декабря, они представили Фишеру вырезанную из дерева модель нового корабля. Адмирал тут же внес ряд усовершенствований. 28 декабря новую модель крейсера вместе с чертежами и краткими характеристиками представили на Совет Адмиралтейства, который без долгого обсуждения дал свое одобрение. Первая стадия предварительного проектирования заняла 9 дней, на сутки меньше отпущенного срока[3].
Чтобы не терять времени, одновременно с разработкой детальных чертежей, параллельно уже на следующий день прошли переговоры с представителями верфей, ведь Фишер пообещал, что постройка крейсеров, с поправкой на военное время, займет всего год с четвертью - 15 месяцев. Поэтому было принято решение выдать заказы тем же фирмам, которые ранее уже приступали к постройке впоследствии отмененных линкоров HMS Renown и HMS Repulse. Заодно новые линейные крейсера получили по наследству имена непостроенных, а по большому счету даже и незаложенных линкоров. Но один из ранее выбранных строителей, верфь «Palmers»[4], не имела эллинга для корабля длиной почти четверть километра, и заказ передали фирме «John Brown[5] из Клайдбанка. Фишер произнес перед представителями компаний-строителей пламенную речь, призвав их принять рекордно короткий срок - 15 месяцев. Руководителям верфей не оставалось ничего, кроме как согласиться на кабальные сроки, и они тут же получили официальные заказы. Кстати, весьма выгодные.
Постройка и испытания
Официальное разрешение на начало работ было выдано 30 декабря и представители службы главного конструктора осмотрели уже заготовленные материалы на верфях «Palmers» и «Fairfield»[6] решив, какие из них можно использовать при строительстве линейных крейсеров. Материалы от «Palmers» затем срочно отправили фирме «John Brown в Клайдбэнк. К 21 января 1915 года на верфях провели подготовительные работы, а 25-го числа, в день рождения адмирала Джона Фишера, состоялась одновременная закладка крейсеров. От начала проектных работ до закладки прошло всего чуть больше месяца - рекордный срок для одних из самых крупных кораблей, строившихся по совершенно новому проекту.
В это время кораблестроители днем и ночью вели расчеты и подготавливали детальные чертежи, спецификации и инструкции. Д'Эйнкорту удалось за столь короткое время разработать принципиально новую конструкцию корпуса, ставшую прототипом для всех его крупных кораблей, включая линейный крейсер HMS Hood (т.н. тип Admiral) и большие крейсера типа Hawkins. Он гораздо лучше Фишера понимал все слабости сочетания характеристик будущих HMS Renown и HMS Repulse и не раз пытался внести в проект изменения, которые в большинстве своем сразу отметались адмиралом Фишером, т.к. удлиняли срок постройки крейсеров[7].
К 31 января 1915 года отдел проектирования обеспечил обе верфи теоретическими чертежами и исходными данными, необходимыми для разработки большей части рабочей документации, а к 12 апреля подрядчикам передали все детальные чертежи. 22 апреля проект фактически уже начатых постройкой крейсеров официально утвердили на Совете Адмиралтейства. Подготовка полного объема технической документации заняла всего 4 месяца, начиная с 19 декабря, когда Фишер впервые поставил задачу перед Д’Эйнкортом.
Пока готовились «бумаги», работы на верфях уже вовсю велись. Строители и конструкторы работали в тесном контакте и вначале постройка продвигалась даже несколько быстрее, чем предполагалось по плану. Однако затем темпы несколько замедлились - Первая Мировая война требовала все больше людей и материалов, и несмотря на высокий приоритет, сборка линейных крейсеров начала выходить из планового режима. Не помогало даже постоянное давление на верфи со стороны Джона Фишера - постепенно становилось ясно, что заявленный 15-месячный срок выдержать не удастся.
HMS Repulse сошел со стапеля почти через год после официальной закладки, 8 января 1916 года. Его систершип запаздывал на 3 месяца - HMS Renown спустили на воду 4 марта 1916 года, но в чуть большей стадии готовности - вес корпуса равнялся 11 620 т при осадке 4,47 м носом и 5,72 м кормой. Стапельный период постройки в итоге составил немного более 13 месяцев, зато достройка наплаву заняла чуть меньше времени, чем у HMS Repulse, 6 с половиной месяцев. Очень неплохой результат для фирмы «Fairfield», заметно уступавшей по оборудованию и организации одному из самых передовых предприятий военного кораблестроения того времени, частной верфи «John Brown. Правда, HMS Renown обошелся казне на 300 тысяч фунтов дороже своего собрата, в 2 962 600 фунтов против 2 627 400, став самым дорогим кораблем Royal Navy до вступления в строй настоящего колосса - HMS Hood. Огромные суммы объяснялись размерами крейсеров - стоимость 1 тонны нормального водоизмещения составляла около 100 фунтов, что не являлось рекордом для последних единиц британского флота, достраивавшихся в конце «Великой войны».
Испытания
Испытания механической установки HMS Renown прошли столь же успешно, как и у HMS Repulse. Они также начались с заводских, состоявшихся 12 сентября 1916 года, и продолжились официальными, проведенными, на той же мерной миле у Аррана 18 сентября.
Линейный крейсер HMS Renown развил мощность при форсировке в 126 300 л.с., превысив проектную почти на 13%, и при водоизмещении 27 900 т показал скорость 32,68 узла при 281,6 об/мин. и осадке 7,93 м носом и 8,31 м кормой. Поскольку это водоизмещение соответствовало лишь 1/3 запаса топлива, провели дополнительное 4-часовое испытание в полном грузу. И здесь механизмы работали прекрасно и дали в среднем около 123850 л.с., что позволило кораблю продемонстрировать прекрасные ходовые качества, развив 32,28 узла, всего на 0,4 узла меньше, чем в «легкой» нагрузке.
* * * * *
По опыту эксплуатации линейного корабля HMS Queen Elizabeth, носовую часть которого признали опасно слабой на волнении, уже в самом начале постройки, в мае 1915 года переднюю часть корпуса крейсеров усилили. Проектные качества в отношении статической прочности подтвердились при спуске: стрела прогиба на длине 177 м составила всего 44 мм для HMS Repulse и чуть больше, 67 мм на длине 176 м для HMS Renown - очень хороший результат.
Из всех недостатков наиболее серьезным являлась сильная вибрация корпуса и надстроек на скоростях свыше 25 узлов[8]. Кроме того, при скорости, близкой к полной (30 узлов и более), начинало заливать ют - явление вполне понятное для очень длинного корабля, бороться с которым можно было бы только за счет очень большого развала шпангоутов в носу и сильного поднятия корпуса к форштевню. Но время таких технических решений тогда еще не пришло.
Название | Герб | Фирма-строитель | Заложен | Спущен на воду |
Вступил в строй |
Принят флотом |
---|---|---|---|---|---|---|
HMS Renown | «Fairfield Shipbuilding & Engineering Co., Ltd», Гован, Глазго | 25.01.1915 | 04.03.1916 | 20.09.1916 | 28.11.1916 |
Между тем и на финальной стадии постройки HMS Repulse немного обогнал систершип. Работы на нем практически завершились в августе 1916 года, когда и состоялась первая попытка передачи его флоту. Однако моряки, два года назад страстно желавшие поскорее получить новые корабли, теперь предпочитали притормозить. Только 21 сентября по окончании отделочных работ и ходовых испытаний первый крейсер из пары был принят комиссией от флота. Передача HMS Renown состоялась 28 ноября 1916 года, однако реально оба линейных крейсера оставались совершенно небоеготовыми. Они имели несколько странный статус для новейших кораблей, как остро нуждающихся в модернизации. Поэтому ни один из них так и не вошел в 1916 году в состав боевых эскадр Гранд-Флита.
Лишь в самом конце января 1917 года, после проведения первой модернизации, на HMS Renown поднял свой флаг младший флагман 1-й эскадры линейных крейсеров. Однако, работы на обоих кораблях продолжались до конца весны. К лету 1917 года на крейсерах началась тренировка экипажей, но командование флота пока так и не знало, где их можно будет использовать.
Описание конструкции
Тактико-технические характеристики линейных крейсеров типа Renown | |||
---|---|---|---|
Проект (апрель 1915 г.) | HMS Repulse (1916 г.) | HMS Renown (1917 г.) | |
Водоизмещение: порожнее проектное боевое нормальное боевое наибольшее |
н/д 26 500 т н/д н/д |
25 579 т 26 584 т н/д 31 592 т |
н/д 27 420 т 32 220 т 32 633 т |
Размерения: длина между перпендикулярами длина по ватерлинии длина наибольшая ширина наибольшая осадка при проектном водоизмещении осадка при наибольшем боевом водоизмещении |
228,75 м н/д 242,17 м 27,45 м 7,62 м (кормой - 7,93) 9,07 м |
228,78 м 240,33 м 242,21 м 27,45 м 7,87 м 9,07 м |
228,75 м 240,30 м 242,23 м 27,45 м 8,01 м н/д |
Метацентрическая высота при порожнем водоизмещении при проектном водоизмещении наибольшем боевом водоизмещении |
н/д н/д н/д |
0,85 0,75 1,86 |
0,90 1,07 1,89 |
Энергетическая установка мощность Скорость |
112 000 л.с. 31,5 узла | ||
Запас топлива (нефть) при проектном водоизмещении при наибольшем боевом водоизмещении |
1000 т 4000 т[9] |
1000 т 4273 т[10] |
1000 т 4289 т[11] |
Дальность плавания, миль (узлов) расчетные отчетные |
3100 (26,5)/4000 (19)/4800 (18) 2700 (25)/4700(12) | ||
Бронирование | 102-76 мм, верхняя палуба 25 мм, главная палуба 25 мм (скос 51 мм), нижняя палуба 51-45 мм, башни 229 мм, барбеты 178-102 мм, боевая рубка 254 мм |
главный пояс 152 мм, оконечности 152-76 мм, траверзы 102-76 мм, верхняя палуба 25 мм, главная палуба 76 мм (скос - 76 мм вверху, 51 мм внизу), нижняя палуба 76-88 мм, башни 229 мм, барбеты 178-102 мм, боевая рубка 254 мм | |
Вооружение | 17 (5×3+2×1) — 102-мм/45 орудий Mark IX 2 (2×1) — 76-мм/40 орудия Mark I 4 (4×1) — 47-мм/40 салютных орудия «Hotchkiss» Mark I 2 (2×1) 533-мм торпедных аппарата, 10 торпед | ||
Экипаж, чел. | |
Корпус
По внешнему виду линейные крейсера типа Renown были внушительными и красивыми кораблями, особенно после увеличения высоты передней дымовой трубы, с треногими фок- и грот-мачтами, с резко выраженной кривизной борта и «плугообразным» носом. Они имели прекрасную форму корпуса с заметной седловатостью палубы в оконечностях и развалом бортов в носу. Сильно изогнутый форштевень, вновь появившийся на крупных британских кораблях, являлся характерной чертой, не применяемой в британском флоте со времен первых броненосцев 1860-х гг. Традиционным оставался длинный полубак, тянувшийся примерно на три четверти корпуса. К носовой оконечности развал шпангоутов увеличивался, что вместе с высоким бортом способствовало хорошей мореходности. Линейные крейсера типа Renown выглядели исключительно пропорционально и красиво, благодаря собранным в одно целое надстройкам и отдельно стоящим платформам с прожекторами вокруг дымовых труб.
Проект (апрель 1915 г.) |
HMS Repulse (1916 г.) |
HMS Renown (1917 г.) | |
---|---|---|---|
Корпус и броня Вооружение Главные и вспомогательные механизмы Снабжение энергетической установки Топливо Снаряжение, экипаж с багажом Адмиралтейский резерв |
15 570[12] 3 335 5 660 120 1 000 685 130 |
15 653 3 420 6 009 87 1 000 685 0 |
16 189 3 391 6 068 87 1 000 685 0 |
Всего | 26500 | 26854 | 27420 |
На 2 апреля 1915 года проектное нормальное водоизмещение линейных крейсеров типа Renown составляло 26500 т, при осадке носом 7,62 м, кормой 7,93 м, средней осадке 7,8 м. Полное водоизмещение составило 30100 т, в полном грузу (без нефтяного топлива) 30835 т при средней осадке 8,92 м. По проекту длина линейных крейсеров типа Renown составляла: между перпендикулярами 228,75 м, по ватерлинии 240,33 м и полная 242,17 м. Максимальная ширина составляла 27,45 м, отношение длины к ширине равнялось 8,82. Высота надводного борта при нормальном водоизмещении в носовой оконечности составляла 9,8 м, на миделе 7,2 м и 5,8 м в корме. Высота борта на миделе равнялась 14,96 м.
Корпус кораблей разделен водонепроницаемыми переборками на 26 основных отсеков. Двойное дно простиралось на 83% длины корабля. В проекте линейных крейсеров типа Renown появился развал бортов по всей длине корабля, примерно 8,5°, с поперечными сечения имеющими вид перевернутой трапеции. Такая форма является невыгодной с точки зрения остойчивости, корабли типа Renown снабдили бортовыми наделками - булями. Були уже применялись для увеличения метацентрической высоты и усиления подводной защиты от мин и торпед, но именно в проекте линейных крейсеров типа Renown впервые появились були, интегрированные в конструкцию корпуса с самого начала проектирования[13].
Бронирование
Броневая защита являлась главным недостатком линейных крейсеров типа Renown. Основу броневой защиты составлял главный 152-мм броневой пояс длиной около 141 м, простиравшийся между барбетами концевых башен «А» и «Y». Кроме незначительной толщины, пояс имел еще и небольшую высоту - всего 2,74 м. При проектном водоизмещении 26 500 т под водой оказывалось 46 см, а при нормальном «боевом» (30 835 т) - примерно половина - 1,3 м. Нижней кромкой пояс опирался на верхнюю стенку буля, соединяясь в этой точке с низом скоса броневой палубы. В носу главный пояс продолжался в виде 102-мм плит той же высоты - 2,74 м. Он заканчивался не доходя до форштевня 102-мм наклонным (верхней кромкой назад) броневым траверзом, располагавшимся между 27-м и 28-м шпангоутом и перекрывавшим пространство от нижней до верхней палубы. В корме имелся 76-мм пояс, завершавшийся на 300-м шпангоуте 76-мм вертикальным траверзом между нижней и главной палубой.
Горизонтальная защита линейных крейсеров типа Renown оказалась еще хуже. На большей части корпуса, в пределах главной броневой цитадели на протяжении котельных отделений главная палуба имела в горизонтальной части толщину всего в 25 мм - как на небольших легких крейсерах. Правда, скосы были вдвое толще - 51-мм. В районе носового 102-мм пояса, в нос от барбета «А» и до переднего траверса главная палуба скосов не имела и была плоской, причем толщины всего в 19 мм. В пространствах в нос и корму от траверсов, где кончался пояс, роль главной защиты переходила к нижней палубе толщиной 63 мм. В корме такая палуба являлась единственной защитой для руля и приводящих его в действие механизмов, а вот ее ценность в носу была сомнительной.На линейных крейсерах типа Renown толщина лобовой плиты равнялась 229 мм[14], а боковых - 178 мм[15]. Столь же «урезанной» являлась защита барбетов, уступавшая принятой на линкорах примерно в такой же пропорции - 178 мм [16]. При этом наибольшую 178-мм толщину барбеты имели только на открытых участках: выше палубы полубака для башни «В» и до верхней палубы для башни «А». Ниже, вплоть до броневой палубы, шли 102-мм плиты, а барбет башни «А» сзади брони не имел вообще. 178-мм плиты барбета кормовой башни «Y» простирались до главной бронепалубы, ниже ее утоньшаясь до 102 мм. Примечательно, что защита барбетов не подвергалась модернизациям в ходе всей службы крейсеров.
Толщина брони стенок боевой рубки составляла 254 мм, а крыши - 76 мм. Вращающийся пост управления стрельбой 381-мм орудий, венчающий рубку, спереди защищала 152-мм броня, тыл - 76-мм. Все важнейшие кабели и связи для управления рулем и передачи информации находились внутри 76-мм броневой шахты, идущей вниз до броневой палубы. Сзади на кормовой надстройке располагался пост управления торпедной стрельбой, который прикрывался 76-мм броней с боков и 38-мм сверху.
В ходе первой «броневой» модернизации, завершившейся к апрелю 1917 года, улучшению подверглась главным образом горизонтальная защита. Над машинными отделениями на главную броневую палубу настелили два слоя 25-мм листов стали «STS»[17] поверх уже имевшихся 25-мм (в плоской части) и один слой над 51-мм на скосах, до 1,27 м ниже ватерлинии. В итоге, горизонтальная часть и верх скоса стали иметь толщину 76 мм, впрочем, нижняя часть осталась прежней - 51 мм.
Вооружение
Главный калибр
Главный калибр новых линейных крейсеров типа Renown состоял из шести 381-мм/42 орудий Mark I в двухорудийных башнях Mark I. Установки и орудия были первоначально заказаны для линкоров типа Royal Sovereign программы 1914 года. Поскольку HMS Renown и HMS Repulse фактически создавались «вокруг» этой артсистемы, каких-либо изменений в конструкции как самих орудий, так и их башен не потребовалось, было лишь несколько ослаблено бронирование[18].
Орудие было разработано фирмой «Vickers» в 1912 и принято на вооружение в 1915 году, получив индекс 15-inch Mark I. Ствол состоял из внутренней сталеникелевой трубы, основной трубы (трубы «А»), на которую по всей длине в несколько слоев наматывалось несколько километров стальной проволоки квадратного сечения, а с казенной части крепилось затворное кольцо, внешней трубы (трубы «В») и наружного кожуха. Затвор - поршневой, системы Веллина с гидравлическим приводом запирания оригинальной конструкции «Vickers»[19][20].
42-калиберное 381-мм орудие модели Mark I имело полную длину 16 250 мм (42,65 калибра), длину ствола - 16 002 мм (42,00 калибра), длину нарезной части - 13 115 мм (34,42 калибра) и вес - 101 605 кг включая вес затвора[21]. Объем зарядной каморы - 502,3 литра. Ствол имел 76 нарезов, размерами 2,16×11,30 мм, постоянной крутизны - 1 оборот на 30 калибров. Рабочее давление пороховых газов в стволе - 3150 кг/см². Длина отката - 1170 мм. Живучесть ствола - 335 выстрелов бронебойными снарядами, 250 - фугасными. Скорострельность - около 2 выстрелов в минуту, при паспортном цикле стрельбы - 32 секунды. Реальная боевая скорострельность - 1,5 выстрела в минуту в боевых условиях.
Выстрел 381-мм/42 орудие Mark I состоял из снаряда и зарядов, упакованных в шелковые картузы. В боекомплект 381-мм/42 орудие Mark I входили снаряды с радиусом оживала головной части в 4 калибра и одинаковым весом 871 кг:
- APC Mark Ia (4 клб.) - бронебойный снаряд с броневым наконечником, длиной 1384 мм и начиненный 27,4 кг лиддита[22];
- CPC 4 crh - полубронебойный (Common) снаряд с бронебойным наконечником, длиной 1608 мм и начиненный 58,8 кг первоначально черного пороха[23], затем «TNT»[24];
- HE 4crh - фугасный снаряд, длиной 1623 мм и начиненный 98,2-101,6 кг лиддита;
- Shrapnel 4crh - шрапнельный снаряд, длиной 1623 мм и начиненный стальной дробью весом по 49,6 грамма.
Весной 1918 года на вооружение поступили т.н. «Greenboy» (окрашенные в зеленый цвет) - 381-мм бронебойные снаряды APC Mark IIIa с бронебойным наконечником, длиной 1420 мм, весом 866,4 кг, начиненный 20,5 кг шеллита[25]/
Кроме того, к 381-мм/42 орудиям имелся практический снаряд, представляющий собой бронебойный APC Mark Ia в инертном исполнении[26].
Полный заряд выстрела 381-мм/42 орудия Mark I состоял из четырех четвертьзарядов общим весом 194 кг, упакованных в двойные шелковые картузы. Метательный состав - кордитный[27] порох марки «MD45»[28].
381-мм снаряды имели начальную скорость - 752 м/с. Дальность стрельбы бронебойными снарядами при максимальном угле возвышения 20° в корабельных башнях - 21 385 м (115,5 кабельтова). Согласно составленной по результатам испытаний таблицы бронепробиваемости, для бронебойных снарядов она составляла 457 мм у дульного среза, 406 мм на дистанции 8000 м, 305 мм на 13 580 м, 279 мм на 18 000 м и 229 мм на максимальной дальности.
За основу при проектировании 381-мм башни Mark I взяли двухорудийную 343-мм башню Mark II. Общий вес 381-мм башни Mark I линейных кораблей типа Queen Elizabeth составлял 782 т. 381-мм башни линейных крейсеров типа Renown и легких линейных типа Courageous имели идентичную линкорным башням внутреннюю конструкцию и отличались лишь ослабленным бронированием. Более тонкие броневые плиты башен линейных крейсеров позволили сделать их скругленными, в отличие от угловатых башен линкоров. Башни «A» и «B» были расположены линейно-возвышенно в носовой оконечности, «Y» - в кормовой. На HMS Renown все башни были модели Mark I*, отличающейся наличием в системе подачи и в погребах огнезащитных дверей-захлопок. Возвышение осей орудий над водой (при проектном водоизмещении 26 500 т) составляло для башен «A», «B» и «Y» соответственно 10,66 м, 13,73 м и 7,01 м.
Гидравлический привод обеспечивал горизонтальное вращение со скоростью 2 град./с. Горизонтальные сектора обстрела - 300° (±150° от диаметральной плоскости). Максимальная скорость вертикальной наводки составляла 5 град./с. Диапазон вертикального наведения орудий - -5°...+20°. В межвоенный период угол возвышения был увеличен до 30°. Заряжение могло осуществляться угле возвышения до +20°.
Общий боекомплект составлял 720 снарядов или по 120 на ствол, из которых первоначально было 72 бронебойных, 24 полубронебойных и 24 фугасных, но с ноября 1917 года в его составе уже не было фугасных снарядов. Сразу после Первой Мировой войны боекомплект состоял из 36 начиненных лиддитом бронебойных и 84 полубронебойных снарядов на орудие.
Вспомогательная артиллерия
При проектировании линейных крейсеров типа Renown, адмирал Фишер смог настоять на замене противоминного 152-мм калибра[29] более легким 102-мм. Однако, для уверенного поражения новых эсминцев противника разрушительного действия 102-мм снаряда весом немного более 10 кг было совершенно недостаточно. При заданном калибре решить проблему можно было единственным образом: обеспечив возможно большую плотность огня, для чего требовалось разместить на корабле как можно больше орудий. Конструкторы сразу перепрыгнули через спарку создав строенную установку. В итоге, в качестве противоминной артиллерии линейные крейсера типа Renown несли семнадцать 102-мм/45 скорострельных орудий Mark IX.
102-мм/45 орудие Mark IX представляло собой ствол от весьма удачного 102-мм/45 орудия Mark V и затвор от миноносного 102-мм/40 орудия Mark VIII. Ствол орудия Mark IX имел проволочную конструкцию с конической внутренней трубой «А» и надеваемого сверху кожуха[30]. 102-мм/45 орудие Mark IX имело затвор Велина с механизмом открытия-закрытия конструкции фирмы «Vickers». Вес орудия - 2096 кг, затвора - 58 кг, длина - 4689 мм (45,97 калибра), длина ствола - 4506 мм (44,18 калибра), длина нарезной части - 3795 мм (37,21 калибра). Скорострельность 10-12 выстрелов в минуту.
В трехорудийной установке модели T.I. Mark I каждое из трех 102-мм/45 орудий Mark IX имело независимый ручной привод вертикального наведения. Орудия в установке имели только общее горизонтальное наведение, но они не имели общего лафета, и их затворы позволяли каждому отдельное заряжание, вертикальную наводку и стрельбу независимо друг от друга. По воспоминаниям, установки были неповоротливы и для быстрого поворота к двум наводчикам, вращающим механизмы горизонтального наведения, добавлялись остальные «номера» расчета, толкая либо казенные, либо дульные части. Установка T.I. Mark I имела углы вертикального наведения -10°...+30°, горизонтального - 360°. Вес установки с броневым щитом 18 800 кг, без - 17 755 кг. Расчет - 32 человека. На линейных крейсерах типа Renown разместили по пять таких установок, причем весьма удачно - две установки побортно на платформе боевой рубки достаточно высоко над палубой полубака, вне зоны действия пороховых газов носовых 381-мм башен при стрельбе за траверз; три остальные - в диаметральной плоскости: одна между кормовой трубой и грот-мачтой, две другие на кормовой надстройке линейно-возвышенно.
Кроме строенных установок, каждый корабль получил еще по два 102-мм/45 орудия Mark IX на одиночных станках СРI - по краям от носовой надстройки, сразу за возвышенной 381-мм башней «В». Установка СРI имела ручные приводы наведения, углы вертикального наведения -10°...+30°, горизонтального - 360°. Вес установки - 4 797 кг.
Для 102-мм/45 орудий Mark IX имелось два основных типа снарядов весом 14,1 кг: фугасный и полубронебойный с радиусом оживала вы три калибра. Вес порохового заряда - 3,5 кг кордита «MD16». Начальная скорость 800 м/с, дальность стрельбы - 12 344 м (полубронебойный) или 12 660 м (фугасный) при угле возвышения в 30°. Первоначально боекомплект составлял 150 унитарных выстрелов на орудие: 45 полубронебойных и 105 фугасных. Позднее общий боекомплект увеличили до 200 на орудие, из которых было 50 полубронебойных, 120 фугасных и 30 фугасных с ночным трассером. Кроме того имелось 100 осветительных снарядов на корабль.
Вооружение линейных крейсеров типа Renown дополняли два зенитных 76-мм/45 орудия Mark I. Они располагались на палубе надстройки по бокам от второй дымовой трубы. Установка модели HA Marks II весом 2862 кг (из них 1020 кг само орудие), c углами возвышения -10°...+90°, имела унитарное заряжание и ручное наведение. Длина ствола - 3375 мм, нарезной части - 2980 мм. Вес выстрела - 12,8 кг, снаряда - 5,67 кг, начальная скорость снаряда - 762 м/с, максимальную дальность стрельбы - 9970 м (54 кабельтовых), эффективная досягаемость по высоте - 7160 мм, скорострельность - 12-14 выстрелов в минуту. Боекомплект - 150 выстрелов на ствол.
Кроме того, крейсера типа Renown, как и другие линейные крейсера, получили четыре салютных 47-мм/40 орудия «Hotchkiss» Mark I с боекомплектом 64 выстрела на ствол. Пять 7,62-мм пулемета конструкции Максима устанавливались на треногах в различных местах крейсеров или на пехотных станках шли на вооружение десантных партий. Морская пехота имела десять 7,62-мм пехотных пулеметов Lewis.
![](https://wiki-cdn.lesta.ru/images/thumb/2/2b/GB_BC_154.jpg/350px-GB_BC_154.jpg)
Цифрами обозначены:1 - дальномер с базой 2,74 м; 2 - 102-мм трехорудийная установка; 3 - сигнальный 610-мм прожектор; 4 - дальномер с базой 3,65 м; 5 - пост управления огнем главного калибра; 6 - пост управления огнем 102-мм артиллерии; 7 - боевой 914-мм прожектор; 8 - сигнальный прожектор; 9 - бронированный пост управления огнем главного калибра; 10 - 102-мм одноствольная артустановка.
Торпедное вооружение
При вступлении в строй торпедное вооружение линейных крейсеров типа Renown состояло из двух бортовых подводных 533-мм торпедных аппаратов, расположенных под нижней палубой впереди барбета башни «A» с общим боекомплектом 10 торпед. При испытаниях HMS Renown успешно стрелял из своих подводных торпедных аппаратов на полной скорости. Однако, на практике это не использовали и ограничили скорость пуска 23 узлами, поскольку иначе направляющая балка сильно изгибалась под действием давления набегающей воды и могла деформировать торпеду. В результате, неудобства заведомо перекрывали возможности, и от подводных аппаратов впоследствии избавились. Им на смену пришли более удобные в обслуживании и размещении надводные.
На надводных кораблях применялись 533-мм торпеды разработки «Armstrong» и «Hardcastle». Торпеда «Armstrong» имела длину 6,3 м, вес боевого заряда 130 кг, стоимость 750 фунтов стерлингов, «Hardcastle» соответственно 6,8 м, 130 кг и 1000 фунтов стерлингов. На дистанции до 5000 м (27 кабельтовых) скорость торпеды типа «Hardcastle» на 1 узел превосходила скорость изделия «Armstrong» и достигала на дистанции 1000 м (5 кабельтовых) 45 узлов, 2000 м (11 кабельтовых) 42 узлов, 5000 м (27 кабельтовых) 33 узла. На дистанции 6000-8000 м (32-43 кабельтова) разница скоростей достигала 4-7 узлов. Поскольку гироскоп торпед работал только 8 минут, то за наибольшую дистанцию следует принять 7000 м.
Управление огнем
Для управления огнем легкие линейные крейсера типа Courageous были оснащены шестью дальномерами конструкции «Barr & Stroud»:
- пять с базой 4,57 м: по одному на трех 381-мм башнях, четвертый во вращающемся бронированном посту управления (так называемом «треножным постом») на крыше боевой рубки, пятый на аналогичном посту, но небронированном, установленного на платформе фор-марса.
- два с базой 2,74 м: на заднем боевом посту управления торпедной стрельбой и в корректировочном посту на площадке марса фок-мачты;
- один зенитный с базой 2,0 м - на грот-мачте, поверх поста управления стрельбой 102-мм артиллерии.
Линейные крейсера типа Renown при постройке получили по два поста с приборами центральной наводки управления огнем главного и противоминного калибра. Посты централизованного управления огнем главного калибра располагались на марсе фок-мачты и в бронированном вращающемся колпаке на крыше передней боевой рубки. Один пост управления стрельбой 102-мм орудий располагался на марсе фок-мачты, ниже поста управления стрельбой орудий главного калибра, другой - на грот-мачте. В нижней части боевой рубки помещался счетно-решающий пост (т.н. «столик») Дрейера Mk.IV*.
Авиационное вооружение
Осенью 1917 года HMS Repulse довелось стать первым линейным крейсером, вооруженным Т-образной стартовой платформой для запуска самолетов. Единственным разумным местом для старта самолетов стали крыши возвышенных башен главного калибра, где хрупким конструкциям не угрожали орудийные газы, а относительно большой запас высоты над уровнем моря позволял надеяться на благополучный старт. Весной 1918 года платформы удлинили за счет складывающихся секций, раскрывающихся на стволы орудий.
Весной 1918 года аналогичными платформами оснастили башни «В» и «Y» на HMS Renown. Оба корабля несли звено самолетов в составе двух истребителей и двух разведчиков: по одному истребителю Sopwith «Camel» на платформе башни «Y» и одному двухместному Sopwith «1½ Strutter» на платформе башни «В». Для их хранения прямо на палубах перед башнями оборудовались складные ангары из легких конструкций и брезента. Процедура извлечения из них самолета и установки на стартовую платформу отнюдь не была простой: башню сначала следовало немного развернуть из диаметральной плоскости, затем завести сложную систему талей и поднять аппарат на крышу башни. Тем не менее принципиальная возможность использования авиации с больших кораблей в бою была доказана. К сожалению для моряков, возможность эта через несколько лет исчезла с улучшением лётных характеристик самолетов, которым уже никак
После окончания Первой Мировой войны поступившим на вооружение новым самолетам уже не хватало для старта «башенных» взлетных платформ. В 1919-22 годах колесную авиацию с обоих крейсеров убрали, хотя сами площадки на башнях сохранялись еще некоторое время.
Энергетическая установка и ходовые качества
Из-за спешки при проектировании, в проекте крейсеров типа Renown пришлось повторить хорошо зарекомендовавшую себя силовую установку линейного крейсера HMS Tiger, чтобы не задерживать готовность новых кораблей. От прототипа взяли и общее расположение машинно-котельных отделений. Для получения некоторого запаса мощности была добавлена еще одна кочегарка с тремя котлами. Предполагалось, что при достижении форсированной мощности 120 000 л.с. крейсера смогут на испытаниях показать скорость в 32 уз. при 275 оборотах валов в минуту.
Пар для турбин вырабатывали 42 водотрубных котла системы «Babcock & Wilcox» с трубками большого диаметра максимальным давлением 20 атм и рабочим - 16,5 атм. Котлы стояли в шести котельных отделениях: 3 - в отделении «А», 7 - в отделении «В», в кочегарках «С», «D», «Е» и «F» находилось по 8 в каждом. Суммарная нагревательная поверхность котлов равнялась 14 605 м². Большое число котлов давало некоторое преимущество лишь с точки зрения живучести, но и привело к чрезмерному усложнению котельной установки из-за увеличенного количества трубопроводов и клапанов.
Машинная установка линейных крейсеров типа Renown состояла из двух комплектов турбин системы «Brown-Curtis», размещенных в машинном отделении №1, разделенном на два отсека продольной переборкой. В каждом отсеке располагались по две турбины высокого давления в общем корпусе (одна переднего, другая - заднего хода), действующие на внешние валы, и по две турбины низкого давления в общем корпусе (также переднего и заднего хода), действующие на внутренние валы. В корму от отделения №1 находилось машинное отделение №2, также разделенное продольной переборкой на два отсека, в каждом из которых размещались по два главных и одному вспомогательному холодильнику, а также по одному опреснительному агрегату.
Итоги ходовых испытаний | |||
---|---|---|---|
HMS Repulse | HMS Renown | ||
Дата | 15.09.1916 | | |
Вид испытаний Водоизмещение, т Осадка, м Скорость, уз. Мощность, л. с. Число об./мин. |
мерная миля 29 900 8,6 31,73 119 025 275,1 |
мерная миля 27 900 7,93 носом/8,31 кормой 32,58 126 300 281,6 |
4-часовые н/д н/д 32,28 123 850 279 |
Испытания механической установки HMS Renown прошли столь же успешно, как и у HMS Repulse. Они также начались с заводских, состоявшихся 12 сентября 1916 года, и продолжились официальными, проведенными, на той же мерной миле у Аррана 18 сентября. Линейный крейсер развил мощность при форсировке в 126 300 л.с., превысив проектную почти на 13%, и при водоизмещении 27 900 т показал скорость 32,68 узла при 281,6 об/мин. и осадке 7,93 м носом и 8,31 м кормой. Поскольку это водоизмещение соответствовало лишь 1/3 запаса топлива, провели дополнительное 4-часовое испытание в полном грузу. И здесь механизмы работали прекрасно и дали в среднем около 123850 л.с., что позволило кораблю продемонстрировать прекрасные ходовые качества, развив 32,28 узла, всего на 0,4 узла меньше, чем в «легкой» нагрузке.
Запас топлива при нормальном водоизмещении составлял по проекту 1000 т нефти и 100 т угля для бытовых нужд, полный - 4000 т нефти и 100 т угля. Расчетная дальность плавания равнялась 3100 миль при скорости хода 26,5 узла, 4000 миль при 19 узлах и 4800 миль при 18 узлах. Однако эти значения учитывали только расход нефти главными механизмами. В итоге, HMS Repulse и HMS Renown оказались не слишком «дальноходными» на экономических ходах. Если при 25 узлах они реально могли пройти около 2700 миль, примерно на 15% меньше проектного значения, то максимальная дальность, около 4700 миль, достигалась не при 18 узлах, а лишь при 12.
Средства связи, обнаружения, вспомогательное оборудование
Электрическая энергия на линейных крейсерах типа Renown вырабатывалась двумя генераторами мощностью по 200 кВт, приводившимися в действие паровыми машинами, одним 200-кВт турбогенератором и одним 150-кВт дизель-генератором. При вступлении в строй каждый из крейсеров типа Renown нес по восемь 914-мм боевых прожекторов: два - на мостике (на компасной площадке), два - на площадках передней трубы и четыре - на площадке задней трубы. На HMS Renown все прожекторные посты располагались на одинаковой высоте от палубы и соединялись между собой переходными мостиками. Кроме того, у основания носовой дымовой трубы размещались два 610-мм сигнальных прожектора. В 1917 году прожекторные посты на второй дымовой трубе сделали закрытыми, в виде рубок. Площадки на первой трубе убрали, а оба прожектора перенесли на новую платформу на грот-мачте. Кроме того, прожекторы с компасной площадки перенесли на адмиральский мостик.
Линейные крейсера HMS Renown и HMS Repulse несли по три бесштоковых якоря весом по 7,37 т (два основных в носовых клюзах и один запасной) и один вспомогательный кормовой весом 3 т. Якорные шпили имели паровые приводы.
На линейных крейсерах типа Renown имелся один полубалансирный руль, в то время как все линейные крейсера предыдущих проектов имели два руля, расположенных рядом или друг за другом. Весьма высоких оценок заслуживает маневренность кораблей. Несмотря на большую длину корпуса и наличие только одного руля, линейные крейсера хорошо следовали перекладке и могли разворачиваться на циркуляции диметром около трех корпусов. Эти качества очень пригодились HMS Repulse в последнем бою, когда ему пришлось уворачиваться от японских авиационных торпед.
Экипаж
Экипаж линейных крейсерах типа Renown, после вступления в строй, по штату в мирное время составлял 953 человек, в военное - увеличивался до 1043. Рядовой состав размещался в основном в носовой оконечности, на верхней и главной палубах. Каюты офицеров традиционно располагались в кормовой части корпуса, на главной палубе[31]. Старшие офицеры жили на верхней палубе, вблизи кают-компании. Кубрики команды размещались в обширной носовой части на уровне двух верхних палуб. Условия обитания были вполне приличными - принудительная вентиляция неплохо справлялась с охлаждением помещений даже в тропических водах. Помогали в этом и иллюминаторы, в большом количестве прорезавшие борта полубака. Дополнительные отверстия не увеличивали прочность 38-мм «верхнего пояса», но удобство экипажа оказалось важнее.
При использовании кораблей в качестве флагманских экипаж увеличивался на 14 человек. Адмиральские помещения и каюты членов его штаба располагались в кормовой надстройке. Каюты, особенно адмиральские помещения, как и на большинстве крупных британских кораблей, были просторными и даже роскошными.
По мере того как корабли модернизировались, и состав их вооружения и оборудования изменялся, росло и число членов экипажа. Уже в 20-е годы команда состояла из примерно 1200 человек. HMS Renown после капитальной перестройки 1936-1939 годов по штату имел команду в 1205 человек. HMS Repulse вышел в свой последний бой имея на борту более 1300 членов экипажа. Команда HMS Renown в 1945 году насчитывала уже 1433 матроса и офицера.
Однако, даже при постоянном росте экипажа, англичанам удавалось постепенно улучшать условия обитания. Хотя площадь помещений в расчете на одного человека естественным образом падала, пытались отыграться на комфортности «жилых зон». Так, при модернизации HMS Renown в 1923 году в числе работ отмечены установка электрообогревателей и улучшение освещения, а в читальных залах для петти-офицеров разместили мягкую мебель, как и у их коллег более высокого ранга. На обоих кораблях имелся довольно обширный кинозал - почти роскошь по тем временам. Хорошим оборудованием могли похвастаться камбузы и другие компоненты «пищеблоков»: корабельная пекарня, холодильники и т.п. - ещё одна хорошая английская традиция.
Окраска
Как и у большинства крупных кораблей британского военно-морского флота, за время службы внешней вид линейных крейсеров неоднократно менялся.
На протяжении Первой мировой войны на кораблях первой линии использовались различные типы камуфляжной окраски. Однако, к моменту вступления в строй линейных крейсеров типа Renown, эксперименты с окраской кораблей первой линии, несущих службу в Северном море, в основном, прекратились.
В 1916-18 годах окраска корпуса линейных крейсеров типа Renown осталась светло-серой. Подводная часть - темно-красная. После окончания Первой мировой войны надводная часть крейсеров была была окрашена средне-серой краской.
До начала Второй Мировой войны окраска надводной части крейсеров лишь на некоторое время, на рубеже 1930-х годов, менялась на темно-серую, затем вновь вернулись к светло-серой. Металлические участки палуб красились аналогично, деревянные настилы палуб - под цвет дерева.
С началом новой войны эксперименты с камуфляжем боевых кораблей и транспортных судов продолжились, впрочем, линейные крейсера типа Renown, окраску не меняли. Опыт использования камуфляжа в Норвежской компании и эвакуации британских войск из Дюнкерка оказался неоднозначен, и среди офицеров флота встречались диаметрально противоположные взгляды на саму идею использования защитной окраски. И к осени 1940 года на большинстве кораблей в водах Метрополии вернулась к однотонному средне-серому цвету.
В 1940 году офицер Добровольного резерва Питер Скотт, служащий на лидере HMS Broke, основываясь на своем опыте художника и натуралиста, а также используя наработки американского художника Тайера[32], сформулировал принципы скрадывающего «противолодочного» камуфляжа. Получивший его имя и стандартизованный впоследствии Адмиралтейством под названием «окраска Западных подходов» (Western Approaches), этот тип камуфляжа стал одним из самых известных и эффективных, просуществовав с незначительными изменениями до конца войны.
Камуфляж был стандартизован Адмиралтейством в середине 1941 года под названием «Окраска Западных подходов» - по названию берегового командования, отвечавшего за проводку атлантических конвоев. При окраске кораблей использовалось три основных цвета - светло-серый как основа со вставками светло-голубого (Western Approaches Blue), светло-зеленого (Western Approaches Green) и белого. Иногда командиры «творчески» дорабатывали идею и вносили свои «дополнения», вводя, например, дополнительные темные полосы или пятна. Или использовали краску более темных тонов. Подобные опыты получили известность как «Схема Скотта модифицированная».
Рисунок камуфляжа правого и левого борта должен был быть идентичен, хотя встречались исключения - левый борт HMS Renown в 1943 году был окрашен в камуфляж более темных тонов. В 1942 году выяснилось, что пятна малых размеров даже на небольших дистанциях сливаются и не столь эффективны как первоначально казалось, было принято решение об упрощении рисунка.
В начале 1944 года HMS Renown вернули стандартную средне-серую окраску, а в середине года окрасили по новой Адмиралтейской схеме со светло-серым корпусом и надстройками и широкой синей полосой в средней части корпуса. В синий цвет окрашивались также боковые стенки башен главного калибра.
После окончания Второй Мировой войны опять вернулись к окраске кораблей серой краской различных оттенков.
Модернизации
В 1917 году HMS Repulse и HMS Renown вполне справедливо оценивались как слабейшее звено в соединении линейных крейсеров, поэтому, Адмиралтейство приняло решение радикально усилить броневую защиту, причем на сей раз не только горизонтальную, но и вертикальную. Главный конструктор флота предложил обшить борта кораблей от нижней кромки 152-мм брони вверх до палубы полубака броневыми 127-мм плитами, которые должны были крепиться на специальных броневых решетчатых конструкциях поверх существующего 152-мм пояса, что в сумме обеспечивало как бы 280-мм главный пояс и 165-мм верхний[33]. Что касается подводной защиты, то предлагалось прикрыть машинные отделения бортовыми булями, которые заодно позволили бы несколько нивелировать очень значительный вес дополнительной брони.
Главнокомандующий Гранд-Флитом адмирал Битти одобрил эти предложения. В дополнение к ним он рекомендовал увеличить толщину лобовой части башен и их барбетов, а также продлить предлагаемые були и на длину котельных отсеков в стремлении получить одинаковую защиту корпуса на всем его протяжении. В качестве альтернативы вместо весьма экзотической «плетенки» теперь предлагалось просто заменить 152-мм плиты главного пояса на 229-мм. Для одного из крейсеров их можно было бы позаимствовать с недостроенного Almirante Cochrane[34]. Второй линейный крейсер должен был получить либо новые 229-мм плиты, либо специальное усиление броней на решетчатых конструкциях, как предлагал главный конструктор. Борт над главным поясом предлагалось покрыть 102-мм плитами. Решение о усовершенствовании защиты приняли в конце 1918 года, но его реализации пришлось ждать довольно долго. По результатам опытов, «броневые плетенки» были отвергнуты.
С момента начала осуществления на практике этой модернизации, бронирование HMS Repulse и HMS Renown перестало быть одинаковым. В результате своеобразной «броневой гонки», они стали технически различными кораблями, но в ходе которой бывшие «консервные банки» стали почти современными боевыми единицами, почти преодолев изначальную слабость защиты.
HMS Renown
* * * * *
На HMS Repulse заметно улучшилась горизонтальная защита, и, в отличии от HMS Renown, оставшись при этом с дополнительным 152-мм верхним поясом. Оба линейных крейсера получили вполне адекватное прикрытие против орудий «новых немцев» - 280-мм/52 орудий SK C/28 «карманных линкоров» типа Deutschland и 280-мм/54,5 орудий SK C/34 строившихся Scharnhorst и Gneisenau, которые должны были стать их главными противниками. Однако, в результате улучшения защиты водоизмещение HMS Repulse в 1936 году возросло на четверть по сравнению с проектным! Вывод о полном исчерпании резервов следует и из итогов последней модернизации HMS Renown. Полностью перестроенный в 1936-1939 годах, он подвергся лишь небольшим изменениям в отношении бронирования.
Если не считать некоторых «дырок», защита обоих крейсеров типа Renown к началу Второй Мировой войны выглядела неплохо. Однако, она очень сильно уступала бронированию линкоров нового поколения - корабли по-прежнему оставались линейными крейсерами. Защита, с ярко выраженным акцентом на палубы, позволяла вести бой на дальних дистанциях даже с более мощными противниками и не слишком бояться попаданий бомб весом менее тонны, не говоря уже о прямых задачах - ловле вражеских крейсеров и «карманных линкоров». А по сравнению с исходным состоянием бронирования «консервных банок» изменения в защите были просто кардинальными.
Перестройка HMS Renown в 1936-39 гг.
В сентябре 1936 года HMS Renown прибыл в Портсмутское адмиралтейство для прохождения грандиозной модернизации, в ходе которой на крейсере обновили почти все: модифицировали артиллерию главного калибра, полностью заменили вспомогательную артиллерию, усилили палубное бронирование и заменили энергетическую установку на более экономичную. И это не считая установки нового оборудования для практически всех служб. В ходе модернизации использовались те же конструктивные решения, что и при перестройке линкора «Уорспайт». В то же время, поскольку корабль относился к совершенно другому классу и типу, имелись некоторые важные различия. Модернизация длилась ровно три года и полностью завершилась 2 сентября 1939 года.
В ходе работ башни с 381-мм орудиями были демонтированы и отправлены на заводы, где они подверглись модернизации, заключавшейся в увеличении угла возвышения до 30°. Дальность стрельбы возросла до 26520 м (143 каб), а при использовании вновь разработанных снарядов с баллистическим наконечником с радиусом головной части 6/10 калибров - до 29 260 м (158 каб). Модернизированная артсистема получила обозначение Mark I(N).
Расположенный поверх боевой рубки пост управления стрельбой с массивным бронированным куполом перенесли на кормовую надстройку. Дальномерное обеспечение 381-мм калибра включало один дальномер с базой 9,14 м (в башне «В») и четыре дальномера с базой 4,57 м: по одному в задней части башен «А» и «Y» и по одному в бронированных куполах переднего и заднего постов управления стрельбой центральной наводки.
Вместо старых противоминной артиллерии и зенитных орудий HMS Renown получил 20 новейших 114-мм/45 орудий моделей Mark I(16 шт.) и Mark III(4 шт.)[37] в универсальных спаренных установках Mark I. Размещение установок на спардеке - по три в носу и по две в корме с каждого борта крейсера - обеспечивало хорошие сектора обстрела и высокую плотность огня по бортам, но ограничивало возможности стрельбы по корме и делало практически невозможным стрельбу прямо вперед. Новые орудия, с их высоким темпом стрельбы, требовали вместительных снарядных погребов. Это условие удалось выполнить за счет замены энергетической установки новой, занимающей гораздо меньший, чем прежняя, объем корпуса.
Управление стрельбой новой средней артиллерией осуществлялось четырьмя постами типа Mark IV - два на специальных возвышенных площадках с кормовой стороны мостика и два на кормовой надстройке. Все они имели дальномеры с базой 4,57 м.
Зенитное вооружение ближнего действия включало три восьмиствольных 40-мм автоматов «pom-pom» Mark VI: две на возвышенных платформах между дымовыми трубами и одну в кормовой части спардека. Их дополняли четыре счетверенных 12,7-мм пулемета «Vickers», смонтированных побортно по два в носовой и кормовой частях спардека.
Одновременно были сняты носовые 533-мм подводные торпедные аппараты, но зато дополнительно установлены восемь надводных 533-мм торпедных труб - парами побортно в районе второй дымовой трубы и грот-мачты.
При переоборудовании HMS Renown получил также поперечную самолетную катапульту типа D-III-H. Ангары для самолетов разместили побортно от второй дымовой трубы. Самолеты и общее авиационное оборудование практически не отличались от аналогичного на HMS Repulse (до 4 самолетов).
Важнейшим этапом модернизации стала замена энергетической установки новой, значительно более экономичной и легкой - при чуть большей мощности она была легче на 2800 т. Давление пара в новых котлах повысилось с 20 до 28,1 атмосфер. Восемь трехколлекторных водотрубных котлов адмиралтейского типа размещались в четырех кормовых (из прежних шести) котельных отделениях. Большая компактность котлов позволила уменьшить ширину котельных отделений и установить по бокам от них продольные переборки толщиной 19 мм, подкрепленные двутавровыми балками. Получившиеся дополнительные бортовые отсеки предполагалось использовать как топливные бункеры и цистерны для запаса котельной воды. Это разделение еще и существенно дополняло подводную защиту. Котельные отсеки разделялись в диаметральной плоскости продольной переборкой, в результате чего каждый котел находился в собственном, полностью изолированном, отсеке. Вместо прежних вспомогательных механизмов установили новые, рассчитанные на большее рабочее давление пара.
Оба освободившихся носовых котельных отделения были разделены переборками на ряд помещений, в которых разместили вспомогательные котлы, погреба 114-мм универсальных орудий, счетно-решающее оборудование поста управления зенитным огнем, а также дополнительный топливный бункер.
Замена турбин с прямым приводом на турбины с зубчатым редуктором привела к существенной перепланировке машинных отделений. Машинное отделение №1 разделили поперечной переборкой на два, в переднем разместились турбины, в заднем - их редукторы. В освободившемся машинном отделении №2 теперь проходили только валы винтов и располагались погреба кормовой группы 114-мм артиллерии. Продольные переборки, разделявшие машинные отсеки, оставили на месте, но заменили материал на листы из стали «D».
Произошла замена всех старых парогенераторов на турбо- и дизель-генераторы, установку новых более производительных гидравлических насосов и компрессоров сжатого воздуха, замену парового привода якорных устройств на электрический. Электромоторы заменяли паровые машинки везде, где это было возможно, например, рулевое устройство стало электрогидравлическим. Важным фактором стало усиление водоотливной системы за счет добавления семи насосов производительностью по 350 т/ч каждый.
Модернизация изменила внешний вид HMS Renown, который стал теперь походить на новейшие линкоры типа King George V или модернизированных «старших братьев» - корабли типа Queen Elizabeth. В ходе работ полностью заменили все надстройки выше палубы бака, за исключением носовых барбетов. Новая навесная палуба (спардек) имела такую же ширину, что и корпус корабля. Это позволило разместить среднюю артиллерию на уровень выше и лучше защитить ее от непогоды и волн. В наибольшей степени изменила силуэт крейсера носовая надстройка, сдвинутая в нос и расположенная непосредственно за 381-мм башней «В». Сама надстройка и компоновка мостиков в целом напоминали аналогичные конструкции линкора HMS Warspite с некоторыми отличиями.
Она представляла собой массивную угловатую конструкцию. На ее уровнях разместились штурманская рубка, шифровальный кабинет, комната сигнальщиков и визирные устройства - всё необходимое для управления кораблем и принятия необходимых решений. Снятие тяжелой и тесной бронированной боевой рубки позволило сэкономить вес и значительно улучшить условия работы командования, но одновременно оставило его практически без защиты. Тонкими листами стали «STS» (19-38 мм) бронировались только штурманская рубка и расположенные рядом помещения шифровальщиков, остальные помещения не имели даже противоосколочной защиты. Прикрывались легкой броней также посты управления огнем главной и вспомогательной артиллерии, возвышавшиеся над верхними уровнями и придававшие всей конструкции грозный вид. Так же, на крыше находился открытый штурманский мостик, с которого и управлялся корабль практически все время, однако, тут на большом ходу образовывались сильные потоки воздуха, уносившие за борт все незакрепленные вещи. Для карт оборудовали закрытое помещение, а с ветром боролись экспериментальным путем, продувая различные варианты надстройки в аэродинамической трубе. В конце концов остановились на закругленной конструкции, которую воздух обтекал более плавно вне зависимости от направления ветра. В надстройке также находились помещения для адмирала, командира и старших офицеров корабля, как рабочие, так и жилые - «дублеры» помещений в корме, где у офицеров и адмирала оставалось основное «жилье». Близость к постам управления позволяла сократить до минимума время реагирования на постоянные в военное время чрезвычайные обстоятельства.
Ликвидация двух носовых котельных отделений позволила сместить обе дымовые трубы в корму - как можно дальше от носовой надстройки и мостиков. Одновременно, увеличили высоту труб, они стали более плоскими, но визуально воспринимались крупнее из-за увеличившейся ширины. Кроме того, уменьшилось и расстояние между трубами. Новое расположение оказалось удачным - задымления надстроек и далее до юта не наблюдалось.
Практически полностью было заменено оборудование крейсера, которое теперь вполне соответствовало современным требованиям. И прежде всего, это касалось систем управления огнем.
Универсальная вспомогательная 114-мм/45 артиллерия управлялась комбинированными постами, включавшими отдельные элементы для зенитной стрельбы «HACS» Mark IV и ведения огня по надводным целям - постом залпового огня адмиралтейского типа Mark VII, каждая со своим компьютером: вычислитель «HACS» и прибор «AFC» соответственно. Единым оставался директор-целеуказатель НА/1-А. Новыми постами управления были оснащены и восьмиствольные 40-мм автоматы «pom-pom».
Полностью обновилось и радиооборудование, включавшее теперь 6 передающих и 7 приемных станций, работающих во всех диапазонах волн, не считая УКВ-устройств для связи на малых расстояниях. HMS Renown получил современный среднечастотный радиопеленгатор типа «FM-2», штурманское метеорологическое оборудование и новую корабельную телефонную сеть.
Полностью заменили противопожарное оборудование и сигнализацию. Для многих новых систем пришлось выделять дополнительные помещения и мощности электроустановки. И все это сопровождалось полной заменой электроэнергетики: силовых кабелей, распределительных щитов и собственно генераторов.
Шесть прожекторов диаметром 91-см заменили на более мощные диаметром 112-см, но к 1945 году их осталось только два. Кроме того, крейсер имел четыре прожектора диаметром 61-см и четыре сигнальных прожектора с диаметром зеркала 25,4 см. Роль дальномеров и прожекторов во многом перешла к радиолокаторам, и, во второй половине 1941 года, во время очередной модернизации, HMS Renown получил сразу десять радаров различного назначения.
Модернизация броневой защиты
При коренной перестройке крейсера изменения в бронировании зонами, не получившими дополнительной защиты из нецементированной брони во время модернизации 1923-1926 годов, а также палубой над погребами 114-мм артиллерии. Однако, при сохранении толщин во многих местах изменился материал: сталь «STS» заменили новой сталью («Ducol»), являвшейся гомогенной никелевой (крупповской) броней[38].
На главной палубе над снарядными погребами зенитной артиллерии настелили 102-мм броню, а над машинными отделениями - 51-мм. Погреба 114-мм артиллерии стали самыми защищенными сверху - 127 мм: 25 мм прежних плит + 102 мм новых. Главная палуба имела 102-мм толщину районе погребов 381-мм артиллерии и машинных отделений, 63-мм - над котлами. На главной палубе в носовой части была настелена дополнительная 51-мм броня, в кормовой части нижней палубы добавили плиты толщиной 76-63 мм[39].
Продольные переборки по бокам от вентиляционных шахт котельных отделений (на уровне между главной и верхней палубами) сняли. Это позволило разместить в этом районе большие по площади броневые плиты толщиной 38 мм из стали «D» - вся горизонтальная часть главной палубы над котельными отделениями получила одинаковую броневую защиту.
Увеличили толщину носовых барбетов, не изменявшихся с постройки - боковое бронирование барбета «А» между главной и верхней палубами, а также барбета «В» между главной палубой и полубаком довели со 102 до 152 мм. Это улучшило защиту 381-мм башен, но не решало вопроса - 152-мм броня не могла считаться достаточной для защиты барбетов. Однако, дальнейшее увеличение толщины влияло на осадка, остойчивость и главное - скорость крейсера.
* * * * *
Первые ходовые испытания обновленного HMS Renown прошли 10, 11, 14 и 15 мая 1939 года. Во время заводской пробы на мерной миле крейсер, имея водоизмещение 32 800 т, достиг скорости 29,93 узла[40] при мощности механизмов 120 560 л.с. Позднее, в море крейсер развил скорость 30,1 уз. при значительно большем водоизмещении в 34 800 т. Для развития 10-узлового хода крейсеру требовалась мощность всего около 4000 л.с., а 21-узлового - 35 000 л.с.
Артиллерийские стрельбы прошли успешно, практически без замечаний. Новые 114-мм универсальные орудия вполне оправдали ожидания, но сами «межпалубные» установки оказались слишком тесными: при непрерывной подаче боезапаса при максимальной скорострельности люди сильно мешали друг другу.
Проектные расчеты, сделанные в 1936 году, показывали, что к моменту окончания перестройки максимальное водоизмещение крейсера должно было составить 38 105 т. Однако, фактическое «боевое» водоизмещение оказалось на 2000 т меньше, чем по расчетам 1936 года, и более чем на 1500 т меньше, чем в начале перестройки. Считалось, что при «боевом» водоизмещении он мог показать 30,75 уз - скорость на уровне большинства современных линкоров.
Модернизация HMS Renown обошлась в 3 088 008 фн.ст. - дороже чем его начальная стоимость. Однако, в реальности, фунт стерлингов заметно обесценился, а оборудование и вооружение сильно усложнилось за прошедшие двадцать лет.
Изменение вооружения в годы Второй Мировой войны
Во время ремонта в Англии, с 18 августа по 31 октября 1941 года, установили шесть одноствольных 20-мм автоматов «Oerlikon». Установлены радиолокационные станции: две управления огнем (УО) типа «285» (антенны установлены поверх постов управления огнем 114-мм орудий), одна УО типа «284» (антенна установлена поверх главного поста управления стрельбой 381-мм калибра), две УО типа «282» (антенны установлены поверх постов управления 40-мм автоматов «pom-pom»), три типа «283» (антенны установлены поверх постов управления заградительным зенитным огнем), одна обнаружения надводных целей (ОНЦ) типа «281» (антенны установлены на верхушках мачт), одну (ОНЦ) типа «273» на звезде фок-мачты, один среднечастотный пеленгатор типа «РМ-2» на лобовой части надстройки, три поста управления заградительным огнем вместо кормового поста управления огнем 40-мм автоматов «pom-pom» и двух 2,74-м дальномеров на нижнем мостике. Установили стойки-подпоры грот-мачты.
К осени 1942 года, во время ремонта в Англии, добавили десять одноствольных 20-мм автоматов «Oerlikon» и сняты сняли все 12,7-мм/62 пулеметы «Vickers».
Во время ремонта в Росайте, с 22 февраля по 9 июня 1943 года дополнительно установлено три одноствольных и 13 спаренных 20-мм автоматов «Oerlikon». Все авиационное «хозяйство» было демонтировано: корабельная авиация на линкорах потеряла свое значение, а для корректировки огня и ближней разведки теперь решали, в основном, радиолокаторы. Шлюпки и катера с крыши ангаров перенесены вниз, на место демонтированной катапульты.
С декабря 1943 по январь 1944 года в Росайте на крыше 381-мм башни «В» установлен счетверенный 40-мм автомат «pom-pom», а стоявшие здесь ранее 20-мм зенитные «Oerlikon» перенесены в другое место, добавлены еще пять одноствольных и семь спаренных 20-мм автоматов «Oerlikon». Сняты два 1120-мм прожектора.
В Дурбане, с декабря 1944 по 21 февраля 1945 года установлены два одноствольных 20-мм автомата «Oerlikon». Сняты еще два 1120-мм прожектора с кормовой надстройки. Радар УО типа «284» заменили на «285» и таких станций стало три.
В Англии, в апреле 1945 года сняты 533-мм торпедные аппараты.
В мае 1945 года, в Англии сняты 114-мм универсальные орудия носовой группы (6 х 2).
История службы
Первая мировая война
Сразу по вступлении в строй, 16 сентября 1916 года HMS Repulse присоединился к Гранд-Флиту в главной базе английского флота Скапа-Флоу, став флагманским кораблем 1-й эскадры линейных крейсеров, изрядно сократившейся в ходе Ютландского сражения. В начале следующего месяца в Скапа-Флоу пришел HMS Renown, также вошедший в состав 1-й эскадры. Большинство моряков встретило это пополнение весьма прохладно - еще слишком свежа была память о злосчастном для этого класса кораблей бое, в ходе которого погибли из-за недостатков бронирования и защиты погребов три линейных крейсера, унеся жизни более трех тысяч человек.
К счастью для HMS Renown и HMS Repulse, активность Флота Открытого моря (название немецкого линейного флота в Первую Мировую войну) после Ютландского боя сошла на нет. До конца войны он всего один раз решился выйти в море в полном составе - в августе 1916 года, да и то поспешно вернулся в свою базу, как только немецкому командованию стало известно о развертывании Гранд-Флита. Английские линейные силы после 1916 года также снизили частоту выходов в море, опасаясь вражеских подводных лодок. В итоге боевой опыт HMS Renown и HMS Repulse ограничился участием в единственной малозначительной операции. Речь идет о бое в Гельголандской бухте 17 ноября 1917 года.
С начала Первой Мировой войны Гельголандская бухта стала ареной интенсивной минной войны. Немцы выставили оборонительные заграждения для предотвращения самой возможности нападения британского флота на свое побережье и весьма уязвимое из-за зависимости от приливов и отливов устье реки Яде, где располагалась главная стоянка Флота Открытого Моря. Англичане использовали то, что уже сделал их противник, для того, чтобы закупорить его главную базу, для чего их легкие силы выставляли дополнительные минные банки, которые немцам приходилось регулярно тралить. В итоге в бухте практически всегда находилось изрядное количество тральщиков и прорывателей заграждений, в принципе представлявших собой легкие цели. Их приходилось прикрывать, обычно легкими крейсерами, эсминцами и миноносцами, но иногда действия обеспечивались и более тяжелыми кораблями. Во всяком случае, в устье Яде всегда находились «дежурные» - линкоры или линейные крейсера.
Понятно, что набег на тральные силы напрашивался сам собой, но как предприятие довольно рискованное, которое надо было проводить внезапно и быстро. Первый бой в Гельголандской бухте 28 августа 1914 года принес англичанам небольшой урожай в лице трех потопленных легких крейсеров. Затем общий ход военных действий на море заставил все время откладывать такие экспедиции. И вот в конце 1917 года новый командующий Гранд-Флитом адмирал Д.Битти, сменивший на посту более осторожного Д.Джеллико, счел, что настало время возобновить набеговые действия. 31 октября значительные легкие силы нанесли «проникающий удар», пытаясь вызвать на бой крейсера прикрытия. Немцы предпочли не реагировать боевыми кораблями, но при этом потеряли 10 траулеров и вооруженный пароход. В принципе потери с военной точки зрения незначительные, но если бы ситуация повторилась несколько раз, они могли бы стать куда более чувствительными. Поэтому обе стороны понимали, что последующие набеги почти обязательно приведут к серьезным стычкам легких кораблей.
Адмиралтейство захотело воспользоваться такой ситуацией для нанесения «бесплатного и гарантированного» ущерба противнику. А заодно активизировать своих «белых слонов», к числу которых относились быстроходные, но слабо защищенные легкие линейные единицы, а также HMS Repulse и HMS Renown. Британская радиоразведка достигла серьезных успехов и весьма точно сообщала о тральных операциях противника. Значительное оживление их стало очевидным в середине ноября, и рано утром 16 ноября 1917 года Битти отдал распоряжение провести «большой набег».
Для операции выделялись внушительные силы. Нанесение непосредственного удара выпало на долю 1-й эскадры крейсеров (легкие линейные крейсера HMS Courageous и HMS Glorious) под командованием вице-адмирала Нэпира, который осуществлял и общее командование передовыми силами, включавшими еще 1-ю и 6-ю эскадры легких крейсеров (всего 8 наиболее быстроходных единиц). Силы Нэпира обеспечивали 10 эсминцев. Получилось достаточно компактное и сильное соединение, дополнительным козырем которого являлась скорость. «Тормозящими» являлись легкие крейсера, но и они были способны развить 29 узлов, тогда как их соперники от противной стороны - на пару узлов меньше, не говоря уже о тихоходных тральщиках. Построение выглядело так: впереди двумя кильватерными колоннами шли 1-я и 6-я эскадры легких крейсеров, за которыми в 30 кабельтовых следовали легкие линейные HMS Courageous и HMS Glorious. Примерно в 15 милях слева позади передового отряда располагалось прикрытие, 1-я эскадра линейных крейсеров: HMS Lion (под флагом вице-адмирала Пэкинхема, командующего силами линейных крейсеров), HMS Princess Royal, HMS Tiger и HMS Repulse (несший флаг второго флагмана эскадры, контр-адмирала Филимора). В последний момент Битти решил усилить эскадру, добавив к ней HMS New Zealand. Более чем странное усиление, учитывая то, что скорость отряда сразу снижалась как минимум на 2-3 узла, не говоря уже о том, что слабо бронированный корабль с 305-мм орудиями вряд ли был бы полезен в строю более мощных «кошек» и HMS Repulse с их 343-381-мм артиллерией. Наконец, дальнее прикрытие осуществляла 1-я эскадра линкоров в составе 8 самых сильных единиц, включая три типа «R». Общее руководство осуществлял командующий соединением линейных крейсеров вице-адмирал Пэкинхэм. Всего же для операции выделялось 15 линейных кораблей и крейсеров, 9 легких крейсеров и 29 эсминцев самых современных типов, силы, вроде бы способные сражаться с доброй половиной Флота Открытого Моря.
Однако можно сразу же заметить насколько сложной выглядела организация и насколько проблематичным было взаимодействие отдельных отрядов британской «полуармады». Но на деле проблемы оказались куда большими. Причина тому заключалась в сведениях о минных заграждениях. Ответственное за отслеживание минных заграждений Гидрографическое Управление Адмиралтейства скрупулезно наносило каждую минную банку и каждый известный проход на особую карту, строго секретную и представлявшую, естественно, большую ценность. Но англичане перемудрили с секретностью: эта карта оставалась в недрах Адмиралтейства, а на действующем флоте ее экземпляр получал только один человек - главнокомандующий Гранд-Флитом! Как меланхолически отмечается в официальной истории действий британского флота в Первой Мировой войне, «ее скорее всего видел (!) командующий линейными крейсерами, а командующие эскадрами и командиры кораблей не видали никогда». В результате именно те люди, которым такие сведения были нужнее всего, оказались вынужденными составлять собственные карты, на которых они отмечали потенциально опасные (или наоборот, безопасные) районы по отдельным меморандумам Адмиралтейства. Излишне говорить, что такая ситуация таила в себе как минимум неразбериху в бою. Так и оказалось на практике. На карте вице-адмирала Нэпира был отмечен «опасный рубеж», за которым на самом деле простиралось довольно значительное пространство, свободное от мин и пригодное для маневрирования. Впрочем, адмирал для себя решил, что может «в критическом случае пройти на 12 миль за этот рубеж». Почему именно на 12 миль - ответ на этот вопрос мог бы дать только он сам. В виде своеобразной компенсации контр-адмирал Александер-Синклер и коммодор Коуэн, командовавшие 6-й и 1-й эскадрами легких крейсеров, наоборот, не имели на своих картах вполне реальных «ниток» мин, находящихся еще дальше за «опасным рубежом» Нэпира. Все это ярко проявилось в ходе боя: при отсутствии надежной связи, когда решения следовало принимать за считаные минуты, адмиралы действовали в соответствии со своими принципиально разными сведениями. В то время как Нэпир со своими «белыми слонами» отворачивал перед чистой водой, легкие крейсера смело шли прямо по минному полю.
Между тем радиоразведка Адмиралтейства не ошиблась. 16 ноября практически одновременно с приближающимися к Гельголандской бухте англичанами в море вышел очередной караван тральщиков (три полуфлотилии) и прорывателей минных заграждений в сопровождении 2-й разведывательной группы контр-адмирала фон Рейтера (легкие крейсера SMS Königsberg, SMS Frankfurt, SMS Pillau и SMS Nürnberg, 2 полуфлотилии эсминцев). В готовности к выходу в устье Яде стояли дредноуты SMS Kaiserin и SMS Kaiser, вышедшие в море утром 17-го.
Около 7.30 утра с кораблей адмирала Нэпира обнаружили вражеские тральщики. Англичане подошли с темной стороны горизонта, и немцы обнаружили присутствие противника только по огромным столбам воды, вставшими посреди группы тральщиков. Казалось, все козыри на руках у нападавших, и время жизни немецких кораблей исчисляется немногими минутами. Однако Рейтер и его командиры оказались на высоте. Крейсера и эсминцы дружно развернулись в сторону превосходящего противника, чтобы выставить дымзавесу и прикрыть отход тральщиков, убегавших в восточном направлении. Все это произошло настолько быстро, что британцам даже не удалось определить, с какими силами они имеют дело. Мощная дымовая завеса перекрыла всю юго-восточную сторону горизонта, и английские крейсера оказались вынужденными прекратить огонь и двинуться в неизвестность - в закрывшую полнеба черную «тучу». У Нэпира не выдержали нервы, и перед самой завесой он резко отвернул влево, опасаясь торпед. И не зря: спустя 10 минут эсминец HMS Ursa схлопотал торпедное попадание. С учетом того, что 1-я эскадра крейсеров шла далеким от максимального ходом (как выяснилось после боя, только в отдельные моменты сверхбыстрые легкие линейные крейсера развивали 25 узлов), произошедшее чудо - спасение немецких тральщиков - уже не кажется таким уж чудом. Они просто не спеша отходили на северо-восток своей парадной скоростью, около 10 узлов, а английский адмирал все свои силы бросил на юг, против кораблей Рейтера, не заметив легких целей и не выделив для преследования хотя бы несколько эсминцев.
Обогнув дымзавесу с востока, легкие линейные крейсера вновь увидели немцев и снова открыли по ним огонь. Рейтер опять приказал поставить дымовую завесу, и история повторилась почти в точности. В итоге «белые слоны» оказались вне игры, лишь изредка выпуская залп-другой по открывающимся на недолгое время немецким легким крейсерам. Вся тяжесть боя легла на эскадры Коуэна и Синклера. Но здесь дела у англичан обстояли совсем не здорово. Несмотря на двукратное численное преимущество (8 крейсеров против 4), британцы получали довольно-таки чувствительные повреждения.
Руководитель операции, вице-адмирал Пэкинхем, находясь на мостике HMS Lion, располагал лишь отрывочными сведениями о том, что происходило в 20 милях к югу. У него создалось впечатление, что неприятель имеет значительные легкие силы. Дело в том, что непрерывно маневрирующие четыре крейсера Рейтера появлялись то слева, то справа по курсу от британского авангарда, соответственно неоднократно умножаясь в сообщениях. И тогда британский командующий решил ввести в дело своего «ферзя» - скоростной и мощный HMS Repulse. Контр-адмирал Филимор получил приказ поддержать передовые силы, «не заходя на минные заграждения». Около 08.00 HMS Repulse вышел из строя эскадры линейных крейсеров (которая взяла курс на восток) и пошел на юг, увеличивая ход до полного.
Филимор проявил куда больше решительности, чем его начальник и коллеги. Отклонения HMS Repulse от генерального курса преследования - на юго-восток - были минимальными, и он постепенно нагонял отряды Нэпира. Через полчаса он оказался всего в 6 милях слева за кормой от HMS Courageous, который вновь потерял противника, выставившего третью дымзавесу. Между тем легкие линейные крейсера находились уже на первом опасном рубеже предполагаемого минного заграждения (который на деле являлся вполне безопасным).
Контр-адмирал Филимор и командир HMS Repulse кэптен Димареск справедливо рассудили, что, если немцы отходят в юго-восточном направлении, то можно без особого риска последовать прямо за ними: вряд ли они собираются играть роль героев-самоубийц, заманивающих врага на мины. И вот наконец за несколько минут до 09.00 впереди открылись крейсера Рейтера. Линейный крейсер впервые в своей жизни открыл огонь главным калибром по реальным целям.
Условия для стрельбы никак нельзя назвать не только хорошими, но даже просто приемлемыми: густые клубы дыма из труб кораблей противника и собственных легких крейсеров, находившихся на директрисе стрельбы, плюс остатки дымзавес и естественный туман не часто позволяли выпустить прицельный залп по свободно маневрирующим скоростным и небольшим целям. Тем не менее HMS Repulse при каждом удобном случае стрелял в разрывы в дыме и дымке 4-орудийными залпами из обеих носовых башен, и постепенно его огонь становился все более точным.
Как бы для того, чтобы до предела затруднить задачу, в момент начала стрельбы HMS Repulse Пэкинхем, окончательно потерявший нити управления боем, приказал силам Нэпира отвернуть и прекратить преследование. Но даже этот не слишком активный адмирал счел невозможным отходить как раз в тот момент, когда немцы оказались достаточно прилично видны и когда в дело вступили 15-дюймовки HMS Repulse. Поэтому погоня продолжалась.
Рейтер в очередной раз поставил дымзавесу и прикрыл свой отход торпедной атакой. Несколько смертоносных «рыбок» прошли через строй 1-й эскадры легких крейсеров, но не дошли до HMS Repulse. Однако ему угрожала другая опасность. В 09.30 коммандер Фримантл, сопровождавший своими эсминцами 6-ю эскадру легких крейсеров, заметил в непосредственной близости подводную лодку. Прямо на нее и выходил линейный крейсер. Фримантл проявил инициативу и решительность, тут же сообщив об опасности Филимору и окружив HMS Repulse тремя своими эскадренными миноносцами.
Между тем для у сблизившихся с противником британских легких крейсеров настала пора решительного боя. HMS Cardiff и HMS Calypso получили серьезные повреждения от огня кораблей Рейтера. Но и ответная стрельба несколько улучшилась - особенно опасными оставались залпы с HMS Repulse, пусть и редкие. HMS Courageous и HMS Glorious к тому моменту полностью вышли из боя: 1-я эскадра крейсеров подошла ко «второму опасному рубежу» и Нэпир приказал отвернуть. Так, спустя полчаса, он все же выполнил приказание своего командующего.
Обе эскадры легких крейсеров уже дошли до линии реального минного заграждения, когда получили приказ Нэпира. Совершить экстренный поворот на 16 румбов «помог» им противник. В 09.50 около колонны лег первый залп тяжелых снарядов: на место боя подоспели SMS Kaiserin и SMS Kaiser.
Теперь вперед шел только HMS Repulse. Распоряжение Нэпира пытались передать ему прожектором, но прошло не менее 10 минут прежде чем Филимор понял, что пора уходить и ему. И в этот момент последовал успех: 381-мм полубронебойный снаряд попал в SMS Königsberg, располагавшийся в этот момент практически по линии огня. 870-килограммовый снаряд последовательно пробил все три дымовые трубы, палубу и разорвался в угольной яме, вызвав большой пожар. Скорость крейсера снизилась до 17 узлов, казалось, что идея Фишера наконец-таки осуществляется, но у англичан уже не было времени, чтобы развить успех. Этот залп оказался последним: HMS Repulse также повернул на обратный курс, сопровождаемый снарядами с немецких линейных кораблей. Всего он выпустил только 54 снаряда - совсем немного за час стрельбы, в среднем по снаряду на орудие в каждые 4 минуты, но надо иметь в виду, что огонь приходилось неоднократно прерывать ввиду очень плохих условий видимости из-за дыма и тумана.
Даже после появления на сцене немецких линкоров Пэкинхем продолжал сохранять преимущество над противником, имея пять кораблей против двух и 38 орудий калибра 305-381 мм, не считая пушек HMS Courageous и HMS Glorious, против 20 двенадцатидюймовок у немцев. Но он предпочел строго следовать новым инструкциям о применении линейных крейсеров - принципиально не ввязываться в бой с линейными силами неприятеля. Не использовал он и 1-ю эскадру линейных кораблей, хотя англичане наконец таки получили возможность попытаться уничтожить часть Флота Открытого Моря превосходящими силами. Злой иронией звучат слова из отчета британского командующего, что «вскоре после 10.00 он наконец успокоился, поняв, что его силы отходят, не преследуемые противником».
В целом второй бой в Гельголандской бухте стал для англичан заметным позором. Имея подавляющее преимущество, упустили даже тихоходные тральщики. Единственной крайне сомнительной добычей стала брандвахта тральных сил Kehdingen, на которой не успели расклепать якорный канат до того, как в несчастный неподвижный кораблик не попал снаряд. К тому же британские легкие крейсера получили более серьезные повреждения, чем их немецкие коллеги. В этой неприглядной грязно-серой картине единственным более или менее ярким мазком стало попадание с HMS Repulse. Для самого линейного крейсера оно стало поистине звездным, ведь первый успех так и остался последним. Больше ни один снаряд линейного крейсера не поразил неприятельский корабль ни в Первую Мировую войну, ни во Вторую мировую войну.
Впрочем, этим боем участие HMS Repulse в «Великой войне» и закончилось. До подписания исторического перемирия 11 ноября 1918 года он, как и HMS Renown, выходил в море только для непродолжительных тренировок. В ходе одного из таких выходов, 12 декабря 1917 года, HMS Repulse столкнулся с линейным крейсером HMAS Australia. Повреждения оказались незначительными - пострадал только HMAS Australia, да и на нем ремонт успели завершить всего за несколько недель.
Служба в межвоенный период
После окончания Первой Мировой войны появилась возможность провести на линейных крейсерах модернизацию, принципиальное решение по которой Совет Адмиралтейства принял еще в начале 1918 года. Однако получилось так, что работы в декабре 1918 года начались лишь на HMS Repulse в Портсмутском адмиралтействе и продолжались до января 1921 года, после чего корабль присоединился к Атлантическому флоту (так стал называться Гранд-Флит после окончания войны).
HMS Renown же вместо запланированной в начале 1918 года модернизации отправился в поход через Атлантику с принцем Уэльским на борту. Плавание длилось с 5 августа по 1 декабря 1919 года, и за это время корабль посетил Ньюфаундленд, Галифакс, Квебек и Нью-Йорк. Часть пути по Канаде и США принц Уэльский проделал на поезде, а крейсер в это время успел нанести визиты в порты Карибского бассейна и Южной Америки. После возвращения в Англию HMS Renown встал на трехмесячный ремонт, в ходе которого корабль подготовили к следующему плаванию с наследником престола на борту - на сей раз в Австралию. Корабль отправился в путь 16 марта 1920 года по кругосветному маршруту Портсмут-Барбадос (Карибы) - Панамский канал - Сан-Диего (США) - Гавайские острова - Фиджи - Новая Зеландия - Австралия - Фиджи - Самоа - Гавайские острова - Панамский канал - Акапулько (Мексика) - Портсмут. В Англию корабль вернулся 5 ноября 1920 года, после чего вновь встал в ремонт, продолжавшийся с ноября 1920-го по сентябрь 1921 года.
Столь внушительная «королевская яхта», видимо, пришлась по душе будущему королю. 26 октября 1921 года HMS Renown вышел в свой третий поход с принцем Уэльским на борту, на сей раз в Индию и страны Юго-Восточной Азии, по маршруту Портсмут - Мальта - Суэцкий канал - порты Персидского залива - Бомбей - Карачи - Бомбей - Порт-Свиттенхам - Сингапур - Йокогама - Манила - Пенанг - Тринкомали - Суэцкий канал - Мальта - Гибралтар-Портсмут. Корабль прибыл в Англию 20 июня 1922 года.
Пока HMS Renown плавал в дальних представительских вояжах, в результате подписания Вашингтонского соглашения об ограничении военно-морских вооружений Британский флот заметно сократился. В его составе осталось всего 4 действующих линейных крейсера, HMS Hood, HMS Repulse, HMS Renown и HMS Tiger, теперь объединенные в единственную эскадру бывшего Гранд-Флита, преобразованного в Атлантический. Соединение получило обозначение 1-й эскадры линейных крейсеров Атлантического флота (так стал называться Гранд-Флит после окончания войны). Командование эскадрой 18 мая 1920 года принял контр-адмирал сэр Роджер Кийз, первым из длинной череды поднявший свой флаг на HMS Hood, сменившем в почетной роли HMS Tiger.
Эскадра стала «постоянным местом прописки» HMS Repulse. Вместе с ней линейный крейсер зимой совершал плавания в теплые средиземноморские воды, а летом и осенью возвращался к берегам Великобритании. С самого начала ее существования пошла долгая череда годов, в которые эскадра постоянно «теряла» свои корабли, редко собираясь в полном составе. То один, то другой из «братцев» поочередно отправлялся на ремонт или модернизацию - на них постоянно накладывались еще и работы на HMS Hood, который хотя и не модернизировался существенно единовременно, зато практически ни разу не пропускал ежегодных профилактических ремонтов. Так 28 июля 1922 года, всего месяц спустя после прибытия из «королевского круиза», HMS Renown вывели в резерв для давно назревшей модернизации. Работы проводились на верфи ВМС в Портсмуте в течение более трех лет, с мая 1923-го по сентябрь 1926 года. Лишь по их окончании корабль по-настоящему вошел в состав Атлантического флота.
В начале 1927 года HMS Renown совершил плавание с герцогом Йоркским (будущим королем Георгом VI) в Австралию, после чего присоединился 1-й эскадре линейных крейсеров. 1 сентября 1927 года эскадра линейных крейсеров в составе HMS Hood и HMS Renown направились в Инвергордон, проведя по пути боевую стрельбу главным калибром по щиту. Оба крейсера продемонстрировали хорошую подготовку. Пришлось им проверить себя и на предмет полного хода. В плохую погоду оба корабля дали максимальные обороты, погружаясь в высокие волны по барбеты передних башен. И здесь HMS Renown отстал, развив только 28, тогда как HMS Hood без проблем дал в столь сложных условиях 31 узел, В конце года к ним присоединился HMS Repulse, и эскадра линейных крейсеров продолжила боевую подготовку в столь редком полном составе, крейсируя вдоль восточного побережья между Девонпортом и Инвергордоном.
11 июля 1931 года флаг командующего эскадрой линейных крейсеров контр-адмирала Томкинсона вернулся с HMS Repulse на вышедший из ремонта HMS Hood. А в сентябре всегда отличавшийся высокой дисциплинированностью экипаж HMS Repulse вместе со своими товарищами с флагманского корабля принял участие в «Инвергордонском бунте» - многодневном протесте моряков Атлантического флота, вызванном попыткой правительства снизить им жалованье на четверть. HMS Renown повезло - его в это время с эскадрой не было. В результате он получил репутацию в высшей мере благонадежного корабля, что сказалось в 1933 году, когда командующий эскадрой контр-адмирал У.Джеймс перенес свой флаг с HMS Hood на HMS Renown, пусть и ненадолго, всего с 10 по 26 сентября. Этот факт газеты связывали с рецидивом «инвергордонской болезни»: на «старшем брате» имели место нарушения дисциплины. Он получил «временную отставку» и не принял участие в начавшихся маневрах, а Джеймс командовал своей усеченной эскадрой с мостика дисциплинированного HMS Renown. В марте 1932 года Атлантический флот переименовали во Флот Метрополии.
HMS Renown в это время продолжал службу в составе эскадры, заменив «систершип» в качестве напарника HMS Hood. В начале 1934 года эти линейные крейсера представляли свою эскадру в больших двухдневных маневрах в испанских водах, в которых приняли участие соединения Флота Метрополии и Средиземноморского флота. В январе следующего 1935 года та же пара отправилась в «весенний круиз» в те же теплые воды, где ее ждало неприятное происшествие. 18 января флот собрался в бухте Ароза у северного побережья Испании, служившей много лет стоянкой британских кораблей при плавании в испанских водах. На следующий день здесь начались учения, продлившиеся более недели. Но не для всех участников.
22 января 1935 года около полудня во время совместных учений с подводными лодками произошло большое ЧП. Маневры уже заканчивались, командующий эскадрой контр-адмирал Бейли был их ходом вполне доволен. По плану оставалось только HMS Renown вступить в кильватер HMS Hood, а затем всему соединению предписывалось изменить навпраление и лечь на курс 180°.
Командир HMS Renown кэптен Соубридж считал, что HMS Hood уже повернул и следует курсом 180°, тогда как в действительности он еще шел прежним курсом 254°. Бейли с мостика флагманского корабля заметил, что крейсера постепенно сближаются. Он обратил на это внимание командира HMS Hood и приказал поднять сигнал: «Строй кильватера, курс 254°, скорость хода 12 узлов». Но в это время расстояние между кораблями составляло всего чуть более 7 кабельтовых. Сигнал подняли в 12.20, а через 2 минуты HMS Renown 2-узловым ходом «въехал» во флагмана.
Его форштевень врезался в правый борт HMS Hood в районе кормовой башни. От совсем серьезных последствий линейные крейсера спасло то, что они следовали на небольшой скорости (около 12 узлов), а HMS Renown в последний момент еще более сбросил ход и попытался уклониться от столкновения. Соубридж, спешно вызванный на мостик, действовал решительно. Он сначала приказал застопорить машины и положить руль право на борт, а в 2,5 кабельтовых дал полный назад. HMS Hood же пытался проскочить: сначала он склонился влево и дал 15 узлов, а за минуту до столкновения на нем также положили руль право на борт и дали полный ход вперед. Тем не менее огромная масса HMS Renown все еще обладала значительной инерцией и достаточной скоростью, чтобы догнать «старшего брата». Хотя удар пришелся под довольно острым углом, почти по касательной, на флагмане был вмят внутрь броневой пояс и обшивка борта. Затем нос HMS Renown проскользнул к корме HMS Hood, зацепился за один из винтов и погнул его вал. Сам таранящий пострадал едва ли не больше: у крейсера была значительно повреждена носовая оконечность и образовалась трещина в форштевне. История получила широкий резонанс в Адмиралтействе и стала предметом судебного разбирательства. После тщательного расследования комиссия приняла решение о том, что в столкновении виноват командир HMS Renown Соубридж. Можно сказать в его защиту, что он едва ли успевал что-либо сделать, поскольку вызвали его на мостик слишком поздно, и он принял командование только когда расстояние между кораблями сократилось до 6 кабельтовых и они шли резко сходящимися курсами. Причем до последнего момента командир Соубридж полагал, что флагманский корабль уже лег на курс 180", меняя свой курс в соответствии с этим предположением. Британская система сработала в соответствии со своими традициями Изначально военно-морской суд полностью оправдал флагмана и командира HMS Hood, присудив командира HMS Renown к суровому наказанию - отрешению от должности. Но Адмиралтейство изменило решение суда: командиру HMS Renown всего лишь объявили строгий выговор с оставлением в должности, а флагману и командиру HMS Hood досталось по «замечанию».
Временный ремонт HMS Renown прошел в Гибралтаре в течение 25 суток, а 18 февраля он перешел в Портсмут, где работы продолжались до 18 мая. Во время ремонта на левом борту рядом с первой дымовой трубой успели установить второй восьмиствольный 40-мм автомат «pom-pom» Mark V, правда, без поста управления стрельбой. 12 июля того же года HMS Renown прибыл на Спитхедский рейд, где с 15 по 17 июля проходил смотр и морской парад в честь 25-летнего «серебряного» юбилея восшествия на трон короля Георга V.
Между тем еще в марте 1935 года Адмиралтейство задумало рокировку своих линейных сил. Смысл ее состоял в образовании двух однородных эскадр из линкоров типа Queen Elizabeth и типа Royal Sovereign. Предполагалось постепенно перевести быстроходные и постоянно обновляемые корабли типа Queen Elizabeth в Средиземноморский флот, где все время назревали неприятности с Италией, а менее скоростные и маломодернизированные линкоры типа «R» оставить в составе флота Метрополии. Однако постоянная перестройка линейных кораблей типа Queen Elizabeth приводила к тому, что в Средиземном море постоянно не хватало одного линкора. Для компенсации решили направить туда эскадру линейных крейсеров. (Передислокация была временной, формально она оставалась в составе флота Метрополии.) В сентябре наступила очередь HMS Hood и HMS Renown.
14 апреля в Портсмуте HMS Repulse полностью укомплектовали экипажем после окончания модернизации. Настала его очередь войти в состав Средиземноморского флота в соответствии с планом 1935 года по реорганизации ВМФ. 8 июня 1936 года он отбыл из Портсмута в Средиземное море, где сменил HMS Renown, для которого настала очередь «обновляться».
Этот «братец» с января по май 1936 года входил в состав Средиземноморского флота. В сентябре того же года HMS Renown встал на свою самую значительную модернизацию на верфи в Портсмуте, завершившуюся три года спустя, 2 сентября 1939 года, всего за сутки до вступления Англии во Вторую мировую войну.
Вторая мировая
Первые месяцы войны. Охотники за рейдерами
Начало Второй мировой войны HMS Repulse встретил в составе эскадры линейных крейсеров Флота Метрополии, базирующейся на Скала Флоу. Помимо HMS Repulse в это соединение входил линейный крейсер HMS Hood. В конце сентября к двум названным кораблям присоединился закончивший модернизацию HMS Renown.
Первое боевое столкновение английских линейных крейсеров с противником произошло уже 26 сентября. В этот день английский флот под командованием адмирала Форбса (командующего Флота Метрополии) в составе линкоров HMS Nelson, HMS Rodney, авианосца HMS Ark Royal, линейных крейсеров HMS Hood и HMS Renown находился в море, прикрывая возвращение поврежденной у Хорнс-Рифа подводной лодки HMS Spearfish. Во второй половине дня немецкая летающая лодка обнаружила английские корабли. Для удара по ним были направлены 13 Не-111 и Ju-88 из состава X авиакорпуса, специально подготовленных для действий против морских целей. В ходе налета ни один из английских кораблей не получил повреждений, но Адмиралтейство убедилось в опасности атаки с пикирования и низкой эффективности зенитного огня.
В начале октября Флот Метрополии провел масштабную операцию, пытаясь перехватить немецкий линкор Gneisenau, который, по мнению адмирала Форбса, собирался прорваться на просторы Атлантики. Gneisenau и сопровождавшие его корабли были обнаружены английской авиацией 8 октября возле маяка Листер, и Форбс приступил к развертыванию своих сил. HMS Hood и HMS Repulse вместе с легкими крейсерами и эсминцами вышли из Скапа-Флоу к побережью Норвегии, а главные силы флота направились в район к северо-востоку от Шетландских островов. Весь следующий день английский флот искал противника в Северном море, но безрезультатно. Дело в том, что первый боевой поход немецкого линкора был не более чем вылазкой, направленной на то, чтобы заманить Флот Метрополии под удар самолетов X авиакорпуса. Сам Gneisenau и его эскорт еще вечером 8 октября повернули обратно и направились в Киль. Немецкий план атаки Флота Метрополии в море также закончился неудачей, поскольку англичане развернули свои основные силы вне радиуса действия авиации Люфтваффе. Под удар армады из 148 бомбардировщиков угодили лишь легкие крейсера и эсминцы, но добиться попаданий немецким пилотам не удалось.
После завершения бесплодной охоты в Северном море 8-10 октября главные силы флота ушли в Лох Ю на западном побережье Шотландии. После непродолжительной стоянки Форбс собирался уйти в Скапа-Флоу, но 12 октября над главной базой были замечены немецкие самолеты-разведчики. Опасаясь появления вслед за разведчиками бомбардировщиков, командующий Флотом Метрополии отложил возвращение. Как оказалось, это решение спасло англичан от большой беды - в ночь с 13 на 14 октября в Скапа-Флоу проникла немецкая подводная лодка U-47 (командир - лейтенант Прин) и потопила линкор HMS Royal Oak.
HMS Renown не принимал участия в перехвате Gneisenau 8-10 октября, так как еще 2 октября вместе с авианосцем HMS Ark Royal он вышел из Скапа-Флоу и направился в Южную Атлантику на поиски другого немецкого корабля - «карманного» линкора Admiral Graf Spee.
Для поисков рейдера было сформировано восемь поисково-ударных групп. HMS Renown и HMS Ark Royal образовали «Соединение К» под командованием вице-адмирала Уэллса. Им выделялся район поисков между портами Фритаун на африканском берегу и Ресифи на южноамериканском. 12 октября оба корабля прибыли во Фритаун, а спустя еще два дня приступили к патрулированию в океане.
Через некоторое время стало известно, что Admiral Graf Spee переместился в Индийский океан, и HMS Renown направили на усиление «Соединения Н», базирующегося на Кейптаун. Перехватить немецкий рейдер в ходе патрулирования в водах, омывающих мыс Доброй Надежды, HMS Renown так и не удалось, но некоторым утешением могло служить то, что 2 декабря орудиям крейсера все же представилась возможность провести не учебные, а боевые стрельбы по настоящей цели. В тот день HMS Renown и крейсер HMS Sussex обнаружили немецкий лайнер Watusi. Дав время экипажу покинуть судно, HMS Renown отправил его на дно несколькими залпами 381-мм орудий башни «В». Причем с первым выстрелом артиллеристы линейного крейсера форменным образом оконфузились, не попав в крупную неподвижную цель с очень близкой дистанции. Этот промах вызвал бурное веселье среди машинной команды, поднявшейся на палубу полюбоваться на «представление».
13 декабря английские корабли наконец-то настигли неуловимого Admiral Graf Spee в устье Ла-Платы. После напряженного боя с тремя крейсерами коммодора Харвуда (HMS Exeter, HMS Ajax и HMS Achilles) немецкий корабль укрылся в порту Монтевидео (Уругвай). В тот момент англичане находились в весьма затруднительном положении: повреждения вражеского рейдера были незначительны, в то время как тяжелый крейсер HMS Exeter фактически потерял боеспособность, и его пришлось отправить на Фолкленды. Против Admiral Graf Spee остались всего лишь два легких крейсера, на одном из которых к тому же действовала только половина артиллерии. В сложившейся ситуации англичан спасла мнительность командира Admiral Graf Spee Лангсдорфа. Запущенные английской агентурой в Монтевидео слухи о скором приходе линейного крейсера HMS Renown и авианосца HMS Ark Royal убедили его в том, что уйти без боя не удастся. Когда же один из офицеров корабля умудрился увидеть на горизонте корабль, опознанный им как HMS Renown, Лангсдорф окончательно отказался от самой идеи прорыва и после консультаций с Берлином принял решение затопить свой корабль. На закате 17 декабря Admiral Graf Spee был взорван экипажем в устье Ла-Платы. Так HMS Renown, находясь за несколько тысяч миль от места событий, сыграл решающую роль в судьбе немецкого рейдера.
С завершением охоты в Южной Атлантике HMS Renown вернулся в воды метрополии. Там 28 декабря он чуть не стал жертвой немецкой подводной лодки U-30. В этот день линейный крейсер следовал проливом Северный Минч вместе с линкором HMS Barham в сопровождении эсминцев. Несмотря на противолодочную завесу, лодка провела успешную торпедную атаку, добившись одного попадания в HMS Barham.
В феврале 1940 года HMS Renown вновь отделился от Флота Метрополии для выполнения «спецзадания». Вместе с авианосцем HMS Ark Royal он с 16 февраля по 3 марта 1940 года занимался охотой на немецкие торговые суда, пытающиеся прорваться из испанского порта Виго в Германию. Из шести блокадопрорывателей до цели добрался только один. Четыре были перехвачены HMS Renown и HMS Ark Royal, еще один разбился у побережья Норвегии.
Пока HMS Renown гонялся за Admiral Graf Spee и торговыми судами, его собрат в составе Флота Метрополии довольно часто выходил в море, прикрывая важные скандинавские конвои с железной рудой, которые следовали в залив Ферт-оф-Форт. В начале декабря HMS Repulse входил в эскорт первого канадского войскового конвоя из быстроходных пассажирских лайнеров, перевозящих в Европу канадских солдат. Несмотря на кажущуюся рутинность службы HMS Repulse в этот период, ее напряженность лучше всего характеризует тот факт, что с первых дней войны по начало марта 1940 года крейсер провел в море 130 суток. «Странная война» на море выглядела вполне серьезной.
4 марта и HMS Renown вернулся в состав эскадры линейных крейсеров. К этому времени оборону Скала Флоу привели в надлежащий порядок, и Флот Метрополии вновь стал базироваться там.
Один против двоих - Норвежская кампания
«Странная война» в Европе закончилась 9 апреля 1940 года вторжением немецких войск в Норвегию. Эта операция, получившая название «Везерюбунг», предусматривала участие в ней практически всего наличного состава немецкого флота для перевозки и поддержки частей Вермахта. Подготовка велась в условиях строжайшей секретности, и до самого момента высадки англичане не догадывались о намерениях противника.
Практически в это же время английский флот приступил к выполнению своего плана, направленного на полное прекращение поставки в Германию скандинавской руды. С этой целью предполагалось заминировать шхерный фарватер в норвежских территориальных водах, по которому обычно следовали немецкие транспорты с рудой. Операция получила название «Уилфред» и намечалась на 8 апреля. Для постановки мин выделялись несколько групп эсминцев. Прикрытие операции возлагалось на эскадру вице-адмирала Уитворта в составе HMS Renown и четырех эсминцев.
В ночь с 6 на 7 апреля английская авиация обнаружила в Северном море немецкие корабли, опознанные как линкоры. Адмирал Форбс предположил, что противник предпринял очередную попытку прорваться на просторы Атлантики. Исходя из этого, командующий Флотом Метрополии и расположил свои силы. 7 апреля главные силы флота (линкоры HMS Rodney, HMS Valiant, линейный крейсер HMS Repulse, 3 крейсера и 12 эсминцев) вышли из Скапа-Флоу и к утру следующего дня были уже северо-западнее Шетландских островов.
Этим утром произошло первое в ходе Норвежской кампании боевое столкновение. Эсминец HMS Glowworm из эскорта HMS Renown отстал от своего отряда для поиска смытого за борт матроса. Около 9.00 корабль натолкнулся на немецкое соединение, следующее в Тронхейм (крейсер Admiral Hipper и четыре эсминца). После отчаянного сопротивления английский эсминец был потоплен, но перед гибелью он успел передать сообщение о своем противнике. Адмирал Форбс выделил из своих сил линейный крейсер HMS Repulse, крейсер и четыре эсминца и направил их на соединение с HMS Renown.
HMS Renown, который в это время вместе с единственным оставшимся эсминцем прикрытия HMS Greyhound находился севернее Лофотенских островов, повернул на юг, чтобы перекрыть подходы к Нарвику. Там, как совершенно справедливо опасались англичане, немцы могли высадить свои войска. Во второй половине дня 8 апреля к нему присоединилась группа эсминцев, ранее выставившая мины у Боде. Теперь Уитворт имел под своим началом численно внушительные силы. Помимо HMS Renown они включали 9 эсминцев, но 4 из них предназначались для минных постановок, несли всего по два 120-мм орудия и вовсе не имели торпед. Кроме того, его «усиление» сильно зависело от погодных условий, которые никак нельзя было назвать благоприятными. Погода у северного побережья Норвегии в течение всего дня ухудшалась и к вечеру разразился настоящий шторм. Волны заливали даже высокий полубак HMS Renown и сильно качали линейный крейсер, что же говорить о эсминцах, которые просто не смогли бы удержаться на назначенной им линии патрулирования у входа в Вест-фиорд. Это вынудило Уитворта двинуться на северо-запад, в открытое море, держась против волны. Таким курсом он следовал до полуночи, пока погода несколько не улучшилась, после чего корабли вновь повернули на юго-восток, и в 02.40 уже следующего дня, 9 апреля следовали прямо к Вест-фиорду 12-узловым ходом. Эти упражнения в маневрировании и предопределили время и место первого боевого столкновения линейных сил во Второй Мировой войне.
Около 03.37 с HMS Renown, находящегося в этот момент примерно в 60 милях к западу от Лофотенских островов и следующего курсом 130° все теми же 12 узлами, заметили на светлеющем горизонте темный силуэт корабля, периодически скрываемый снежным шквалом. Хотя скорость ветра упала «всего» до 50 км/час, он продолжал нести с севера все новые порции мокрого снега. Уитворт справедливо полагал, что противник его еще не обнаружил, и в течение 10 минут спокойно отдавал приказы увеличить ход до 20 узлов и подготовить к действию артиллерию. Такая медлительность может показаться излишней, но возможность развить высокую скорость и иметь преимущество над противником перевесили прочие соображения. Тем более что корабль неприятеля лежал на встречном курсе и постепенно сближался. Кроме того, из-за большой дистанции и плохой видимости в посту управления огнем главного калибра HMS Renown первое время просто не могли разглядеть цель, хотя тот и находился на более светлой стороне горизонта. Через несколько минут рядом с первым был замечен и второй корабль. То, что это противник, никто из находившихся на мостике HMS Renown не сомневался. Однако адмирал и командир HMS Renown кэптен Саймон посчитали, что перед ними линкор типа Scharnhorst и тяжелый крейсер типа Admiral Hipper. На самом деле, противник оказался более серьезным: HMS Renown противостояли все линейные силы Германии, быстроходные линкоры Gneisenau (именно его англичане заметили первым) и Scharnhorst, имевшие среди моряков Флота Метрополии прозвище «близнецы». Находившиеся под началом вице-адмирала Лютьенса немецкие корабли предназначались для поддержки флотилии эсминцев, направленных для захвата Нарвика, и двигались почти строго на север.
HMS Renown повернул влево на 50° и начал сближаться. В 03.50 на борту Gneisenau заметили неясную тень, и пока на немецком флагмане разбирались в ситуации, набравший скорость линейный крейсер лихо развернулся на истинный курс 305° и двигался теперь на немного сходящемся параллельном курсе. Немцы раздумывали не меньше англичан - только через 10 минут Лютьенс и офицеры его штаба решили, что видят линкор типа HMS Nelson и что надо что-то предпринимать. Немецкий адмирал приказал объявить боевую тревогу и оповестить Scharnhorst, где о происходящем не имели никакого понятия. Англичане «оповестили» раньше: в 04.05 HMS Renown дал первый залп из всех трех башен. Бой начался. Исходная дистанция по данным дальномеров составляла около 90 кабельтовых. Первый же залп лег недолетом в 1,5-2,5 кабельтовых от борта Gneisenau.
На флагманском корабле Лютьенса наконец зашевелились. Спустя 3 минуты немецкий адмирал отвернул вправо на 40° на курс 350° и увеличил ход. Главный калибр HMS Renown вел огонь по головному Gneisenau, а 114-миллиметровки открыли стрельбу по Scharnhorst. Деяние практически безнадежное: дистанция оставалась настолько большой, что снаряды едва ли могли долетать, не говоря уже о том, что наблюдать за их падением в тяжелых погодных условиях на таком расстоянии было просто невозможно. Офицер, управлявший огнем универсальной артиллерии, приказал просто выпускать залп за залпом «лестницей» вокруг дистанции, сообщаемой с дальномерного поста. К этой бесполезной работе присоединились и эскадренные миноносцы. Кэптен Уорбертон-Ли, которому вскоре предстояло доблестно погибнуть в бою в гавани Нарвика, приказал своим четырем эсминцам вести отрядный сосредоточенный огонь. Поскольку эсминцы находились еще дальше от противника, чем HMS Renown, немцы даже не видели вспышек от их залпов, только отдаленные «зарницы». Тем не менее даже они сыграли свою роль: Лютьенс в этот момент решил, что позади линейного крейсера (в 04.10 его наконец совершенно правильно распознали, как HMS Renown) следует другой крупный корабль. Минуту спустя Gneisenau ответил из своих 280-мм орудий.
Стрельба стала регулярной. В течение 10 минут противники обменивались залпами с дистанции 7-8 миль. Британские снаряды ложились хорошо для столь скверной погоды, третий залп упал совсем близко от цели, а шестой накрыл ее. Немцы сделали это на залп быстрее, хотя по времени и позже, в 04.13.
Поначалу Льютенс, убедившись, что HMS Renown все-таки находится в одиночестве, не спешил прекратить сражение. Gneisenau лежал теперь на курсе 330° и двигался 24-узловым ходом, который набрал всего за 6 минут. Scharnhorst старательно повторял все маневры флагмана. Немцам сильно мешало море: их башни были развернуты в корму почти на предельных углах, и набегающие с носа волны проникали внутрь через расположенные в задней стенке открытые дверки для выброса стреляных гильз. Вода то и дело закорачивала цепи управления стрельбой, а иногда и проводку моторов наведения, что выводило их из строя.
Тем не менее обе стороны начали добиваться результата, причем почти одновременно. Два 280-мм снаряда поразили HMS Renown, на счастье для англичан, оба - без разрыва. Первый перебил опору треногой мачты, по которой проходили кабели, прервав на некоторое время радиосвязь. Второй попал в правый борт в районе башни «Y», пролетел между главной и нижней палубами и, никого не задев и пробив левый борт, упал в море. Это попадание все же вызвало некоторый переполох среди команды HMS Renown. Оказались разрушенными находившиеся на его пути офицерские кладовки, в том числе адмиральский винный погреб. По воспоминанию одного из офицеров корабля, он ни до, ни после этого случая не видел такого количества добровольцев, рвущихся на помощь аварийной партии, исправлявшей повреждения в этом месте. По некоторым данным, еще один снаряд, также не взорвавшийся, продырявил обтекатель носовой дымовой трубы, однако это мог быть и осколок от недолета. На протяжении всего боя в корабли обеих сторон попадало немало таких осколков, один из которых принес единственную потерю в людях на борту HMS Renown, ранив в ногу старшего штурмана корабля лейтенанта-коммандера М.Эванса.
Ответ англичан оказался куда более существенным - по воле случая. В 14.17 один из пятнадцатидюймовых снарядов 16-го залпа линейного крейсера попал в топ передней мачты Gneisenau и взорвался непосредственно на броне, прикрывавшей ПУАО. На HMS Renown это попадание отметили в виде яркой оранжевой вспышки в районе мостика «немца». От сильного удара пост вместе с дальномером полностью вышли из строя, а осколки повредили еще и ПУАО вспомогательной артиллерии. Из числа персонала шестеро было убито и 9 получили ранения. И, главное, Gneisenau лишился возможности вести точный прицельный огонь - дальномеры в башнях располагались слишком низко и не могли нормально функционировать в таких погодных условиях. На время стрельбу пришлось прекратить совсем.
Чтобы сбить пристрелку англичан, Gneisenau резко отвернул на 60° вправо и лег на северо-восточный курс. Scharnhorst в течение 2-3 минут продолжал следовать прежним курсом, прикрыв своего флагмана с кормы дымзавесой, а затем лег на параллельный курс. HMS Renown также повернул на северо-восток, и поскольку единственной видимой целью оставался Scharnhorst, огонь пришлось перенести на него. Однако на новом курсе ветер и волна шли практически с носа, и для продолжения стрельбы линейному крейсеру пришлось сбросить ход до 23 узлов. Эсминцы отставали все больше, становилось понятно, что принять участие в бою они уже не смогут, а вот немецкие перелеты создавали определенную угрозу: тяжелые снаряды упали недалеко от HMS Hardy и HMS Hunter. Уитворт отослал их обратно для патруля у входа в Вест-фьорд. Как оказалось, слишком поздно: груженные немецкими егерями эсминцы противника уже прошли к Нарвику.
Между тем Gneisenau и Scharnhorst продолжали уводить HMS Renown на север. Противники неоднократно исчезали друг у друга из прицелов. Вначале HMS Renown стрелял из всех орудий, тогда как Gneisenau отвечал только из своей кормовой башни, а Scharnhorst, лишенный такой возможности, периодически разворачивался, чтобы дать бортовой залп из башен «A» и «B». Линейный крейсер, стремясь улучшить результаты своего огня, на время сбросил скорость до 20 узлов, тогда как Льютенс в конце концов приказал прекратить бесполезные «упражнения» и увеличил ход до 27 узлов. HMS Renown пришлось снова увеличить скорость и довернуть на противника. Около 04.30 из угла вышла кормовая башня «Y», успевшая сделать только 5 залпов, зато вроде бы почти бесполезным на столь значительных дистанциях 114-миллиметровкам удалось добиться двух попаданий в Gneisenau. (После переноса огня главного калибра на Scharnhorst теперь уже вспомогательный калибр стал стрелять по немецкому флагману.) Одно из них, в платформу с зенитной артиллерией сзади по левому борту прошло практически незамеченным, зато второе оказалось исключительно удачным. Снаряд попал в корпус дальномера, установленного в башне «А». Волны теперь захлестывали через новую пробоину в башне, быстро закоротив электрические цепи и выведя башню из строя.
Немцы на время остались ровно с половиной артиллерии, причем на выбранном курсе отхода у них действовали только три орудия. Поэтому около 04.37 Gneisenau отвернул на курс 40°, HMS Renown последовал за ним. И вновь бьющие с носа волны заставили уменьшить скорость до 20 узлов, чтобы иметь возможность продолжить стрельбу из башен «А» и «В». Дистанция в это время составляла около 100 кабельтовых и быстро увеличивалась. Последние выстрелы Gneisenau дал около 04.45 уже со 125 кабельтовых. У немцев хватало своих проблем: Scharnhorst на время отстал, и Льютенсу пришлось приказать сбросить ход. Такое «перетягивание каната» вроде бы закончилось через 10 минут, когда оба «немца» смогли держать 26 узлов. Очередной раунд боя продолжался почти до пяти утра, когда в 04.56 англичане окончательно потеряли неприятеля из вида в налетевшем вихре дождя и мокрого снега.
Однако перерыв оказался временным. Упрямый Уитворт попытался предугадать, куда направятся немцы, изменил курс на восток, и угадал. Корабли Льютенса скорее всего смогли бы обойти своего противника с севера, но на Scharnhorst опять начались неприятности с машинами, и скорость пришлось сбросить до 15 узлов. В результате, перерыв продолжался всего 20 минут. В 05.15 отставший «немец» вновь оказался в поле зрения дальномеров, оставалось лишь немного довернуть на него и возобновить стрельбу.
Двум носовым башням HMS Renown» отвечала одна кормовая Scharnhorst, вновь введенная в строй. Удалось справиться с проблемами и немецким механикам, подняв ход до 25 узлов. Противники теперь опять шли на северо-северо-восток, причем HMS Renown на время по оборотам развил свой максимум - 29 узлов. Тем не менее дистанция продолжала оставаться очень большой, свыше 12 миль, попаданий ни одна из сторон не достигла, а в 06.15 контакт был окончательно утерян. Уитворт не желал признать, что бой закончился, и в течение почти двух часов продолжал гонку в пустоту. Затем он развернул HMS Renown на запад, предполагая, что неприятель рано или поздно пойдет на юг, и тогда его можно будет вновь перехватить. Однако он ошибся в расчетах: оторвавшись, немцы вновь сбросили ход, поскольку их носовые башни опять стали страдать от волн, поэтому благополучно миновали точку возможного перехвата.
Бой завершился. Несмотря на отсутствие сколь-нибудь значительного материального результата, он имел важное значение. Соотношение сил несомненно было в пользу немцев: эсминцы в столь плохую погоду не играли заметной роли, а соотношение по большим кораблям - два против одного - практически отражало возможности сторон. Немецким восемнадцати 280-мм орудиям HMS Renown мог противопоставить лишь шесть 381-мм стволов. Почти втрое больший вес английских снарядов лишь отчасти компенсировал превосходство немецкой стороны в числе орудий и их скорострельности. Дело в том, что Gneisenau и Scharnhorst имели значительно более мощное вертикальное бронирование: толщина пояса и у них, и у HMS Renown составляла примерно одинаковую относительную величину - 80% от калибра орудия противника, что свидетельствует о том, что пробивалась эта броня с приблизительно одинаковой дистанции. В таких условиях, когда каждое попадание в жизненные части может стать решающим, чрезвычайно важна плотность огня, преимущество в которой у немцев несомненно. Следует отметить, что преимущество модернизированного HMS Renown в горизонтальной защите с учетом легкого немецкого снаряда оставалось явным и несомненным. Поэтому наиболее выгодным для немцев было бы сближение на дистанцию пробития вертикальной брони и решительный бой на параллельных курсах. В этом случае судьба британского линейного крейсера стала бы печальной: даже если бы он успел вывести из дела одного из своих противников, второй успел бы прикончить его или как минимум полностью «обезопасить».
Однако Льютенс отказался от использования своих преимуществ, уходя от противника. На курсе же преследования HMS Renown имел 4 орудия против 6 немецких, то есть получал преимущество в силе огня с учетом своих тяжелых снарядов. Причина такого решения отчасти понятна: немецкий адмирал «выманивал» британский линейный крейсер (и другие сопровождающие его корабли, наличие которых предполагалось) подальше от Вест-фьорда, куда подходили эсминцы с десантом. Понятно и то, что Льютенс опасался прибытия подкреплений к своему оппоненту. Однако, убедившись в том, что HMS Renown (от которого он уходил) остался в одиночестве, он в теории вполне мог бы навязать ему бой в куда более выгодных условиях. Ну, а на практике выход из строя башен от попадания воды в электросети и поражение поста управления огнем на Gneisenau в начальной стадии боя делали такой вариант куда как более опасным.
Надо сказать, что с технической точки зрения бой англичане так и не выиграли. HMS Renown выпустил 230 снарядов главного калибра и 1065 из 114-миллиметровок, добившись соответственно одного и двух попаданий (0,4% и 0,2%)[41]. У противников наименее пострадавший Scharnhorst ответил только 195 одиннадцатидюймовыми снарядами (из которых лишь 50 - из обеих носовых башен), а Gneisenau - всего 54-мя. Они добились двух попаданий (около 0,8%). К этому немцы добавили 91 снаряд 150-мм вспомогательной артиллерии, выпущенных «в молоко». Ничтожные проценты попаданий обусловлены прежде всего отвратительной погодой. Бурное волнение в сочетании с сильным ветром (10-12 м/сек), порывами, достигавшими ураганной силы, и периодической потерей видимости делало стрельбу настоящим мучением.
Однако незначительный материальный результат с лихвой перекрывался моральным. После этого боя для англичан и немцев все в войне на море встало на свои места: первые вполне законно считали любые воды своими, а немцы - чужими и недружественными. Печать активности HMS Renown, проявленной в бою у Лофотенов, оставила свой след на всех последующих артиллерийских сражениях с участием крупных кораблей давних соперников. Вне зависимости от соотношения сил англичане решительно атаковали, а их противник лишь оборонялся или спасался бегством.
Между тем действия у берегов Норвегии продолжались. В 14.00 того же 9 апреля у входа в Вест-фиорд к HMS Renown присоединился HMS Repulse. Вечером пять эсминцев из группы HMS Renown под началом кэптена Уобертона-Ли отделились от линейных крейсеров и направились в глубь фиорда проверить сообщение о высадке вражеского десанта в Нарвике. Ранним утром 10 апреля в гавани этого порта произошло сражение между пятью английскими и десятью немецкими эсминцами, получившее известность как первый бой у Нарвика. Каждая из сторон потеряла по два корабля (немцы - плюс несколько транспортов и поврежденных эскадренных миноносцев). Хотя материально «по очкам» бой закончился практически ничьей, судьба оставшихся восьми немецких кораблей была предрешена. Выход из мышеловки, в которую превратился Нарвик, перекрывала мощная английская эскадра. 12 апреля держащий флаг на HMS Renown адмирал Уитворт принял решение ввести в Вест-фиорд один из имеющихся в его распоряжении тяжелых кораблей. Экипаж HMS Repulse рвался в бой, не желая уступать отличившемуся несколько дней назад собрату, но адмирал отправил в Вест-фиорд линкор HMS Warspite, который 13 апреля во главе отряда из девяти эсминцев уничтожил остатки немецкой флотилии во втором бою у Нарвика.
HMS Renown вернулся в Скапа-Флоу 15 апреля, HMS Repulse - несколькими днями позже. Первый из них вскоре встал на ремонт, который занял около месяца. В перечне работ, составленном на верфи, исправление повреждений, полученных во время шторма, занимало гораздо больше места, чем полученных в бою с немецкими «близнецами». Воздействие газов от собственных залпов, выпущенных на острых курсовых углах, и удары мощных волн в совокупности привели к многочисленным мелким и средним повреждениям палубы и обшивки. Так, один из люков в носовой части сорвало с места, и вода хлынула в нижние помещения, затопив некоторые из них. Пришлось ликвидировать и заново герметизировать все эти «шрамы».
На завершающем этапе Норвежской кампании ни HMS Renown, ни HMS Repulse отличиться не удалось. Вышло так, что 8-10 июня, когда конвоям с эвакуируемыми из-под Нарвика союзными войсками угрожала реальная угроза со стороны вновь появившимися на сцене Scharnhorst и Gneisenau, оба английских линейных крейсера находились достаточно далеко. В проходе между Исландией и Фарерскими островами они безуспешно пытались обнаружить «неопознанные корабли, похожие на линкоры», сообщение о которых поступило с одного из судов-ловушек. На самом деле Scharnhorst и Gneisenau находились гораздо восточнее, у побережья Норвегии. В Адмиралтействе в этом убедились слишком поздно - Норвежская кампания завершилась для англичан унизительной «оплеухой», когда 10 июня «близнецы» потопили авианосец HMS Glorious, самостоятельно возвращающийся от берегов Норвегии. Поиски противника, предпринятые HMS Renown, HMS Repulse и другими кораблями Флота Метрополии, успехом не увенчались.
«Клубная жизнь» - HMS Renown и «Соединение Н»
Летом 1940 года в Гибралтаре было сформировано знаменитое «Соединение Н» под командованием адмирала Сомервилла, призванное заменить флот капитулировавшей Франции (По соглашению между союзниками, принятому накануне войны, ответственность за западную часть Средиземного моря нес французский флот). В начале августа бывший флагман соединения линейный крейсер HMS Hood отправился в метрополию на ремонт. На его место из состава Флота Метрополии в середине месяца прибыл HMS Renown, который с авианосцем HMS Ark Royal и легким крейсером HMS Sheffield на последующие двенадцать месяцев составил неразлучное трио, ставшее ядром «Соединения Н» и прозванное защитниками Гибралтара в лучших британских традициях «клубом».
Первой операцией обновленного «Соединения Н» в конце августа стало прикрытие перехода из Гибралтара в Александрию подкрепления для Средиземноморского флота.
После возвращения в Гибралтар «клуб» ненадолго разделился: HMS Ark Royal и HMS Sheffield ушли для участия в операции «Менейс» против сил Виши в Дакаре. HMS Renown остался в Гибралтаре, и именно на него обрушилась месть французов - авиационный налет на британскую крепость. 25 сентября около 60 бомбардировщиков вылетели из Марокко и атаковали HMS Renown - единственный крупный корабль в гавани Гибралтара. ПВО базы оказалась неэффективной, у борта линейного крейсера разорвались две бомбы, и, хотя они не причинили вреда, Сомервилл решил вывести свой флагман в море. Корабль покидал Гибралтар, ведя огонь из всех своих 114-мм зенитных орудий.
После провала операции против Дакара у Адмиралтейства возникли опасения, что французы попытаются увести недостроенный линкор Richelieu из Дакара в один из портов Атлантического побережья.
Чтобы воспрепятствовать этому, с 29 сентября по 4 октября HMS Renown патрулировал в Атлантике в районе Азорских островов, однако Richelieu так и не появился, и английский корабль вернулся в Гибралтар.
В начале ноября HMS Renown вновь ушел в Атлантику - на этот раз для участия вместе с кораблями Флота Метрополии в охоте на немецкий «карманный линкор» Admiral Scheer, потрепавший 5 ноября конвой «НХ-84» и потопивший вспомогательный крейсер HMS Jervis Bay.
Охота закончилась ничем - Admiral Scheer ускользнул в Южную Атлантику. HMS Renown вернулся в Гибралтар, но практически сразу опять вышел в море. С 15 по 20 ноября он вместе с остальными «членами клуба» сопровождал старый авианосец «Аргус», доставлявший самолеты на Мальту.
В конце ноября HMS Renown принял участие в операции «Коллар» - проводке через Средиземное море сквозного конвоя из Гибралтара в Александрию. К операции были привлечены практически все наличные корабли Средиземноморского флота и «Соединения Н». 25 ноября конвой из трех транспортов в сопровождении HMS Renown, HMS Ark Royal, четырех крейсеров, эсминцев и корветов вышел из Гибралтара в море. Тем временем в восточной части Средиземного моря началось проведение нескольких вспомогательных операций, направленных на то, чтобы отвлечь итальянцев. Навстречу гибралтарскому конвою следовала группа возвращающихся в метрополию кораблей (линкор HMS Ramillies, два крейсера) и отряд, который должен был сменить «Соединение Н» в западной части Средиземного моря.
На рассвете 27 ноября «Соединение Н» и конвой находились в 120 милях к юго-западу от мыса Спартивенто (о. Сардиния). В 10.05 державшему свой флаг на HMS Renown Сомервиллу доложили об обнаружении самолетом HMS Ark Royal северо-восточнее конвоя неизвестных кораблей. Первоначально их приняли за группу HMS Ramillies, которая, как знал Сомервилл, недавно вошла в Сицилийский пролив. Вскоре, однако, стало ясно, что обнаружены не английские, а итальянские корабли. Сомервиллу противостояли главные силы итальянского флота: линкоры Vittorio Veneto, Giulio Cesare, 6 тяжелых крейсеров и 14 эсминцев.
Около 08.00, незадолго до наступления рассвета, HMS Ark Royal, отделившийся от конвоя и находившийся в сопровождении HMS Renown, крейсера HMS Sheffield и четырех эсминцев, выпустил 7 самолетов для поиска противника. После его обнаружения в 10.15 Сомервилл отослал свои оставшиеся два эсминца (другая пара осталась с авианосцем) и двинул одинокий HMS Renown (крейсера двигались впереди и в стороне) полным 28-узловым ходом на восток. Этим маневром он одновременно располагался между кораблями противника и конвоем и шел на соединение со спешащим навстречу HMS Ramillies. HMS Ark Royal было приказано маневрировать самостоятельно и быть готовым поднять в атаку торпедоносцы.
Итальянский командующий знал состав обоих английских соединений, и, как только ему стало известно, что те скоро соединятся, отказался от намерения атаковать конвой и повернул назад.
В 12.07, вскоре после того, как к HMS Renown присоединился HMS Ramillies, ими был замечен и противник. В 12.20 английские и итальянские крейсера начали перестрелку. В 12.24 в дело вступили орудия HMS Renown, с дистанции около 130 кабельтовых он открыл огонь по врагу. По свидетельству очевидцев, первые же снаряды легли среди итальянских кораблей, но попаданий не было. Всего HMS Renown дал 7 залпов, после чего огонь пришлось прекратить, поскольку противник скрылся в дымовой завесе. К тому же под конец погони на линейном крейсере начались греться подшипники валов, и скорость пришлось снизить. До 12.45 линейный крейсер еще несколько раз открывал огонь (выпустив 10 залпов) по итальянским крейсерам, то здесь, то там появляющимся в разрывах дымовых завес. Вскоре чуть было не произошел неприятный инцидент, когда на западе HMS Renown обнаружил силуэты двух больших судов. Линейный крейсер уже развернул орудийные башни и приготовился открыть огонь, когда выяснилось, что это два больших французских лайнера, случайно оказавшиеся в «ненужном месте в ненужное время».
Окончательно потеряв противника из виду, HMS Renown повернул назад к конвою, но в это время с него заметили два уходящих на большой скорости корабля, принятых за итальянские линкоры (на самом деле это были крейсера). Линейный крейсер дал по ним последние два залпа, легших недолетами. На этом столкновение, в котором по сложившейся уже на Средиземном море традиции итальянцы убегали, а англичане пытались их догнать, закончилось.
Во второй половине декабря HMS Renown в составе «Соединения Н» ненадолго выходил в Атлантику, а 24 декабря прикрывал переход с Мальты в Гибралтар двух порожних транспортов. В самом конце года «Соединение Н» вновь вышло в Атлантику для поиска немецкого крейсера Admiral Hipper, но, попав в жестокий шторм, повернуло обратно.
В начале января 1941 года HMS Renown, HMS Ark Royal, HMS Sheffield и присоединившийся к ним линкор HMS Malaya осуществляли прикрытие очередного конвоя на Мальту (операция «Эксесс»), Во время этого похода с борта авианосца на Мальту перелетела партия из 12 Hawker «Hurricane», предназначавшихся для усиления ПВО острова.
В начале февраля «Соединение Н» совершило рейд на Геную. Ранним утром 9 февраля самолеты с HMS Ark Royal нанесли удар по базе итальянского флота в Специи. Как только ударная группа вернулась на авианосец, HMS Renown, HMS Malaya и HMS Sheffield на полной скорости устремились к Генуе. В 06.55 они открыли огонь по берегу. Главной целью были доки судостроительной компании «Ansaldo», где ремонтировался линкор Caio Duilio. Над заливом стоял густой туман, но благодаря поднятым в воздух корректировщикам англичане вели стрельбу достаточно метко, тем более что артиллеристы кораблей заранее ознакомились с целями на специально сооруженном макете.
Артиллерийский налет стал для итальянцев полной неожиданностью. Береговые батареи ответили с большим опозданием, к тому же их стрельба оказалась неэффективной. Отсутствие сопротивления привело к тому, что англичане вскоре перенесли огонь на все заметные объекты на побережье, по большей части не имеющие военного значения. Сомервиллу даже пришлось запросить сигналом по эскадре: «Кто разбил маяк и зачем?»
Во время обстрела самолеты с HMS Ark Royal барражировали над соединением, но ни одного итальянского самолета в воздухе не появилось. Выпустив 273 15-дюймовых, 782 6-дюймовых и более 400 120-мм снарядов, британские корабли легли на обратный курс. Из 55 находившихся в гавани судов англичане потопили четыре парохода и учебный корабль Garaventa, погибли 144 человека. 11 февраля «Соединение Н» без приключений вернулось в Гибралтар. Итальянский флот, вышедший в море, так и не смог, из-за плохо поставленной авиаразведки, перехватить соединение Сомервилла, хотя в 15.15 корабли противников разошлись в каких-то 30 милях.
В марте 1941 года главной заботой Адмиралтейства стали прорвавшиеся в Атлантику немецкие линкоры Scharnhorst и Gneisenau. «Соединение Н» выходило на прикрытие конвоев, курсировавших между Гибралтаром и Сьерра-Леоне. 17 марта один из патрульных Fairey «Swordfish» с HMS Ark Royal заметил противника в 110 милях северо-восточнее HMS Renown, но из-за поломки рации на самолете сообщение было получено Сомервиллем слишком поздно, и противник смог уйти. «Соединение Н» вернулось в Гибралтар 24 марта. За последние два месяца HMS Renown пробыл в море 50 дней.
Весной 1941 года положение англичан в Северной Африке резко ухудшилось. Недавно прибывший на театр военных действий немецкий Африканский корпус под командованием генерала Роммеля нанес ряд серьезных поражений британской армии. В сложившихся условиях было принято решение о проводке через все Средиземное море в Александрию конвоя с танками и самолетами. Операция получила кодовое название «Тайгер».
Конвой из пяти транспортов вошел в Средиземное море 6 мая. «Соединение Н» (HMS Renown, HMS Ark Royal, крейсера HMS Sheffield и HMS Fiji) должно было сопровождать его первую половину пути, до входа в Сицилийский пролив. Благодаря ненастной погоде и плохой видимости, до 8 мая конвой и его эскорт оставались необнаруженными. Лишь около полудня 8 мая английские корабли были замечены неприятельским разведчиком. Двумя часами позже HMS Sheffield, игравший роль корабля радиолокационного дозора и наведения истребителей, с дистанции в 32 мили обнаружил большую группу самолетов. Истребители воздушного патруля бросились на перехват, но все же восемь торпедоносцев «SM.79» смогли выйти в атаку на HMS Renown и HMS Ark Royal. К счастью для англичан, торпеды прошли мимо. Спустя три часа налет повторился, но англичанам опять повезло, хотя одна из итальянских торпед прошла всего в 50 метрах перед носом HMS Renown.
После боя итальянцы утверждали, что им удалось добиться попадания в линейный крейсер, но на самом деле повреждения, полученные HMS Renown, оказались причинены его собственной артиллерией. Из-за отказа блокиратора 3-й 114-мм башни левого борта два выпущенных ей на предельном угле горизонтального наведения снаряда попали в соседнюю башню (№2). Пять человек было убито на месте, еще один скончался позднее, ранения получили 22 человека. После возвращения HMS Renown в Гибралтар в нос и в корму от 114-мм башен установили специальные ограничительные ограждения, исключающие повторение подобных случаев в будущем.
После проводки конвоя «Тайгер» «Соединение Н» во главе с HMS Renown успело принять участие в операции «Сплайс» по доставке на Мальту истребителей (19-22 мая). Но как только корабли вернулись в Гибралтар, им пришлось спешить на просторы Атлантики...
18 мая 1941 года немецкие линкор Bismarck и тяжелый крейсер Prinz Eugen вышли из Готенхафена с целью прорыва в Атлантику. Утром 24 мая в скоротечном бою в Датском проливе немцы потопили линейный крейсер HMS Hood, после чего смогли оторваться от преследователей. Почти двое суток англичане вели лихорадочные поиски. Лишь утром 26 мая Bismarck был обнаружен. В этот момент ближе всех к нему находилось «Соединение Н».
В артиллерийском бою шансы HMS Renown против Bismarck, не говоря о возможной помощи последнему со стороны Prinz Eugen, сводились к минимуму.
Но, как и год назад у Лофотенов, ни доли сомнения у британцев не возникло. Получив на рассвете 24 мая сообщение о прорыве немецких рейдеров в Атлантику, Сомервилл вышел из Гибралтара и полным ходом пошел на север. Из-за встречного ветра, перешедшего в штормовой, пришлось отпустить эсминцы в Гибралтар и снизить ход до 17 узлов. Отсутствие противолодочного охранения чуть не привело к трагедии. Английские корабли обнаружила немецкая подводная лодка U-556, причем HMS Ark Royal и HMS Renown шли прямым курсом, без зигзага, и субмарина оказалась в чрезвычайно выгодном положении. К счастью для англичан, лодка к этому времени израсходовала все свои торпеды.
Вечером 26 мая самолетам с HMS Ark Royal удалось повредить Bismarck, на котором в результате единственного торпедного попадания заклинило руль и он лишился возможности маневрировать. Это предопределило судьбу немецкого корабля, потопленного на следующий день артиллерийским огнем линкоров HMS King George V и HMS Rodney.
По возвращении в Гибралтар HMS Renown в составе «Соединения Н» участвовал в операциях по переброске на Мальту истребителей: «Рокет» (5-7 июня), «Трейсер» (13-14 июня) и «Рейлуэй» (26 июня-1 июля).
С 21 по 24 июля HMS Renown совместно с линкором HMS Nelson прикрывал следующий на Мальту конвой «Сабстенс» из семи транспортов. «Соединение Н» вернулось в Гибралтар 27 июля, но уже 31-го вновь вышло в море, прикрывая доставку на Мальту подкреплений в рамках операции «Стайл».
Напряженная служба в составе «Соединения Н», частые походы в Бискайский залив с его постоянными штормами, а также погоня за Bismarck не могли пройти бесследно для корпуса и машин HMS Renown.
Его були текли почти по всей длине, и корабль требовалось срочно ставить в док. В Гибралтаре провести ремонт было невозможно, поэтому по завершении операции «Стайл» HMS Renown ушел в метрополию.
Последний линейный крейсер
С 18 августа по 31 октября 1941 года HMS Renown прошел ремонт, во время которого было усилено зенитное вооружение. После ремонта он вошел в состав Флота Метрополии (существовали планы отправить корабль после ремонта на Дальний Восток вместе с HMS Prince of Wales, но вместо HMS Renown туда ушел HMS Repulse), которым командовал адмирал Тови, сменивший Форбса в декабре 1940 года. В Скапа-Флоу корабль прибыл 22 ноября 1941 года.
В марте 1942 года главные силы Флота Метрополии вышли в море для прикрытия проводки двух встречных арктических конвоев - следующего в СССР «PQ-12» и возвращающегося в Англию «QP-8». 6 марта адмирал Тови развернул свои силы в составе линкоров HMS King George V, HMS Duke of York, линейного крейсера HMS Renown, авианосца HMS Victorious, крейсера и 12 эсминцев, чтобы обезопасить конвои от базирующегося на Тронхейм немецкого линкора Tirpitz.
Вечером 6 марта Tirpitz под флагом адмирала Цилиакса вышел в море в сопровождении трех эсминцев и взял курс на север, собираясь атаковать идущий в порты СССР конвой. Вскоре он был обнаружен английской подводной лодкой, и в полночь с 6 на 7 марта Тови уже знал о том, что его противник в море.
Тови имел все шансы на успех, но в дело «вмешалась» непогода, и англичане очень долго не могли обнаружить немецкие корабли. Те, в свою очередь, также не могли выйти на конвои, хотя в полдень 7 марта все основные участники событий находились на расстоянии не более 80 миль друг от друга. Tirpitz англичане обнаружили слишком поздно, когда он уже шел в базу, так и не сумев найти конвои.
Весной 1942 года HMS Renown ненадолго вернулся в Средиземное море. В составе «Соединения W» он 14-27 апреля и 9-15 мая сопровождал американский авианосец USS Wasp, который перебрасывал на Мальту истребители Supermarine «Speatfire».
Летом и в начале осени 1942 года HMS Renown базировался на Рейкьявик (Исландия), обеспечивая прикрытие атлантических конвоев.
В ноябре 1942 года HMS Renown привлекался к участию в операции «Торч» по высадке союзных войск в Северной Африке.
В задачу крейсера входила охрана района десантирования от возможного вмешательства надводных кораблей противника. В составе «Соединения Н» (помимо HMS Renown в него входили линкор, два авианосца, три крейсера и 16 эсминцев), он патрулировал севернее Алжира и Орана. В огневой поддержке войск HMS Renown участия не принимал.
С февраля по июнь 1943 года корабль прошел ремонт в Розайтском адмиралтействе, после чего вновь вошел в состав Флота Метрополии. В сентябре Уинстон Черчилль на борту HMS Renown возвращался в Англию из Канады с Квебекской конференции. Осенью было решено отправить корабль в Индийский океан на усиление Восточного флота, которым командовал адмирал Сомервилл. Перед уходом на восток HMS Renown встал на непродолжительный ремонт для усиления зенитного вооружения. 27 января 1944 года корабль прибыл в Коломбо и стал флагманом Восточного флота.
В этот период силы англичан в Индийском океане еще заметно уступали японским, поэтому Восточный флот ограничивался проведением незначительных операций совместно с американцами. Важнейшей из них стал рейд против японских баз и аэродромов на севере Суматры, Анданамских и Никобарских островах. В нем HMS Renown прикрывал авианосцы HMS Illustrious и USS Saratoga, нанесшие 19 апреля авиаудар по нефтеперегонным заводам в Сабанге на Суматре. 25 апреля налет был повторен, а 30 апреля и 1 мая HMS Renown пустил в ход свою артиллерию главного калибра, произведя обстрел Порт-Блэйр на Андаманских островах. В дальнейшем HMS Renown выполнял привычную для него роль прикрытия авианосцев. 17 мая палубная авиация Восточного флота (с АВ HMS Illustrious и HMS Victorious) бомбила Сурабаю, 21 июня - Порт-Блэйр. 25 июля вновь нашлась работа для орудий HMS Renown - с дистанции 18 000 ярдов они вели огонь по гавани и береговым сооружениям Сабанга. Крейсер оказался в хорошей компании: в обстреле вместе с ним участвовали обновленные британские линкоры HMS Queen Elizabeth, HMS Valiant и французский Richelieu. В октябре HMS Renown вновь прикрывал английские авианосцы, наносящие отвлекающий удар по Никобарским островам.
В ноябре линейный крейсер перешел на Цейлон, бросив якорь в Тринкомали. Он теперь входил в состав 3-й эскадры линкоров Восточно-Индийского флота вместе с HMS Queen Elizabeth и HMS Valiant, ставшую своеобразным «тыловым соединением» в войне с Японией в связи с приходом на театр новых линкоров. Тем более, что было сочтено, что HMS Renown нуждается в очередном ремонте. В декабре 1944 года он ушел в Дурбан, где работы на заводе продолжались до конца февраля 1945 года. Корабль едва успел возвратиться в Коломбо, когда 30 марта последовало указание Адмиралтейства срочно вернуться в Англию. Руководство флота опасалось возможности прорыва немецкого флота с Балтики в Северное море. 14 апреля HMS Renown прибыл в Скапа-Флоу, пройдя за 306 ходовых часов 7642 мили, то есть его средняя скорость на протяжении всего перехода составляла 25 узлов! Как тут не вспомнить прозвище, которым еще в годы Первой Мировой войны наградил линейные крейсера этого типа адмирал Битти, - «Скакуны».
Вернувшись в Европу, HMS Renown сменил линкор HMS Rodney в качестве флагмана Флота Метрополии. С окончанием боевых действий работы для него не осталось, и уже 15 мая корабль начали готовить к очередной модернизации вооружения. В июле носовую группу 114-мм установок сняли, предполагая впоследствии заменить их на полностью автоматизированные с дистанционным управлением. После капитуляции Японии от планов проведения модернизации отказались.
Служба линейного крейсера близилась к своему завершению. Постоянные военные модернизации, на первый взгляд незначительные, привели к существенному росту и без того огромного водоизмещения. Еще в Дурбане установили, что порожнее водоизмещение HMS Renown составляет 32 025 т, а полное 38 395 т. Путем расчетов по осадке определили, что водоизмещение корабля после большой довоенной модернизации 1936-1939 годов увеличилось на 2315 т. Самое интересное, что 694 т перегрузки нашло какое-либо документальное подтверждение (установка радиолокационных станций, зенитных автоматов, увеличение их боекомплекта и запасов снабжения)! Более 1600 т дополнительной нагрузки корабль получил за счет «скрытых запасов», примерно так же, как броненосцы типа «Бородино» по пути из Кронштадта к Цусиме. После проведенного расследования инженеры сочли, что большую часть этого груза составляют хранящиеся в трюмах и кладовых нештатные запасные части и различные виды снабжения, которые командир корабля считал необходимым иметь на всякий случай, особенно когда корабль находится в заграничных водах и вдали от баз. В результате корпус погрузился в воду на дополнительные полметра с лишним, и верхняя кромка пояса находилась теперь всего в 80 см над ватерлинией, а главная броневая палуба - на 20 см.
Впрочем, и Вторая Мировая война подошла к концу. В самом конце своей карьеры HMS Renown успел выполнить почетную миссию - 3 августа 1945 года в Плимуте на его борту состоялась встреча короля Георга VI и президента США Трумэна, возвращавшегося домой с Потсдамской конференции на крейсере USS Augusta.
В октябре 1945 года предполагалось осуществить еще один 6-месячный ремонт и модернизацию, но от такого решения отказались до начала работ. В конце года экипаж корабля был сокращен до 40% его штатной численности. В октябре 1946 года его перевели в резерв категории С, а спустя два года в июле 1948 года продали на слом. 3 августа заслуженный корабль - последний линейный крейсер - проследовал на буксире в свой последний путь на завод в Фаслейне.
Командиры
Звание | Ф.И.О. | Период |
---|---|---|
Кэптэн[42] | Hugh F. P. Sinclair | 12 сентября 1916 г. – 13 августа 1917 г. |
Кэптэн | Michael H. Hodges | 13 августа 1917 г. – апрель 1918 г. |
Кэптэн | Arthur W. Craig | 17 апреля 1918 г. – 14 января 1919 г. |
Кэптэн | Ernest A. Taylor | 14 января 1919 г. – 2 августа 1921 г. |
Кэптэн | Herbert Meade | 4 августа 1921 г. – 16 октября 1922 г. |
Кэптэн | The Hon. E. Rupert Drummond | август 1922 г. – 21 декабря 1922 г. |
Коммандер[43] | Edward G. de S. Jukes Hughes | 21 декабря 1922 г. – 18 июля 1923 г. |
Кэптэн | Norton A. Sulivan | 20 июля 1926 г. – 19 декабря 1927 г. |
Кэптэн | Sidney R. Bailey | 19 декабря 1927 г. – 1 апреля 1929 г. |
Кэптэн | Cecil P. Talbot | 1 апреля 1929 г. – 20 декабря 1930 г. |
Кэптэн | G. Frederick B. Edward-Collins | 22 декабря 1930 г. – 21 марта 1932 г. |
Кэптэн | Henry G. Thursfield, 21 March | 1932 г. – май 1932 г. |
Кэптэн | Thomas F. P. Calvert, 16 May | 1932 г. – 14 август 1933 г. |
Кэптэн | Geoffrey Layton, 18 August | 1933 г. – 3 мая 1934 г. |
Кэптэн | Henry R. Sawbridge | 3 мая 1934 г. – 18 декабря 1935 г. |
Кэптэн | Roderick B. T. Miles | 19 декабря 1935 г. – 31 августа 1936 г. |
Кэптэн | Charles E. B. Simeon | 15 мая 1939 г. – 23 января 1941 г. |
Кэптэн | Rhoderick R. McGrigor | 23 декабря 1940 г. – 26 августа 1941 г. |
Кэптэн | Charles S. Daniel | 26 августа 1941 г. – 2 января 1943 г. |
Кэптэн | William E. Parry | 2 января 1943 г. – 8 декабря 1943 г. |
Кэптэн | Basil C. B. Brooke | 8 декабря 1943 г. – 4 января 1946 г. |
Кэптэн | John H. Jauncey | 4 января 1946 г. – 10 августа 1946 г. |
Этот корабль в искусстве
Линейный крейсер HMS Renown представлен в игре «Мир Кораблей»:
- исследуемым линкором VI уровня Renown английской ветки. Линкор представлен на май 1945 года после снятия носовой группы из шести 114-мм башен и небольшими отличиями в мелкокалиберной зенитной артиллерии и конфигурации надстроек;
- акционным премиумным линкором VII уровня Renown'44 английской ветки. Линкор представлен на середину 1944 года с небольшими отличиями в мелкокалиберной зенитной артиллерии и конфигурации надстроек.
Примечания
- ↑ Один из вариантов - проект Гарда-Фишера «Uncatchable» (рус. «Неуловимый») нес четыре башни, расположенных по линейно-возвышенной схеме, что позволяло иметь восемь орудий в бортовом залпе и по четыре в носовом и кормовом. Проект был отвергнут по тем же соображениям, что и проекты линкора с аналогичным размещением артиллерии: отсутствие данных о влиянии дульных газов при стрельбе возвышенных установок на нижние.
- ↑ Термин «линейный крейсер» первое время применялся неофициально и был окончательно утвержден только в 1911 году, уже во время строительства кораблей типа Indefatigable.
- ↑ Вместо обычного длительного обсуждения альтернативных вариантов с различными комбинациями характеристик в дело пошел единственный проект, разработанный исключительно по заказу одного человека - лорда Фишера.
- ↑ Полное наименование - «Palmers Shipbuilding and Enginiring, К°».
- ↑ Полное наименование - «John Brown & Со. Ltd, Shipbuilding & Engine Works».
- ↑ Полное наименование - «Fairfield Shipbuilding & Engineering Co., Ltd».
- ↑ Все предложения относительно усиления защиты не встретили понимания у Фишера, считавшего бронирование «достаточным», а лучшей защитой - 32-узловую скорость. В любом случае, такие модификации увеличивали срок постройки, что было, на его взгляд, совершенно недопустимым. Тогда Д'Эйнкорт попытался сыграть на известной слабости своего «большого шефа» к большим пушкам и предложил установить на крейсерах четвертую 381-мм башню. В таком виде даже «тонкокожий монстр» выглядел бы довольно устрашающим. Конструктор обещал, что водоизмещение при этом не выйдет за разумные пределы. Предложение выглядело многообещающе, но Фишер наступил на горло собственной песне. В принятые сверхкороткие сроки удавалось изготовить только шесть башен - ожидание еще одной пары никак не позволяло уложиться в обещанные 15 месяцев. В итоге, корабли вошли в строй с задержкой 4-5 месяцев, а требуемое время на изготовление двух башен составляло три...
- ↑ От этого дефекта избавиться было невозможно в принципе, так как это потребовало бы слишком серьезных модификаций «прочностных» конструкций. Некоторого прогресса удалось достичь на полностью перестроенном перед Второй Мировой войной HMS Renown, а HMS Repulse так и страдал от «скоростной тряски» вплоть до своей гибели.
- ↑ Плюс 100 т угля.
- ↑ Плюс 104 т угля.
- ↑ Плюс 104 т угля.
- ↑ В том числе корпус с системами и устройствами - 10 800 т.
- ↑ Наибольшей ширины в 27,45 м корпус кораблей типа Renown достигал по булям и верхней палубе, в то время как по ватерлинии он был примерно на 1,5 м уже. Характерная «трапеция» вместе с выступающими ниже ватерлинии булями придавала мидель-шпангоуту новых крейсеров достаточно необычный вид с ярко выраженной «талией». Решение, на то время, оказалось весьма удачным и аналогичные обводы Д’Эйнкорт повторил в своих последующих проектах - легких линейных крейсеров, тяжелых типа Hawkins и вершины своей конструкторской деятельности - HMS Hood.
- ↑ Против 330 мм у линкоров типа Queen Elizabeth и типа Royal Sovereign.
- ↑ Против 229 мм у линкоров.
- ↑ Против 300 мм у линкоров.
- ↑ «STS» - «Special Treatment Steel» - аналог гомогенной брони.
- ↑ Многие специалисты считали и считают его лучшим крупнокалиберным орудием Британского флота за всю его историю.
- ↑ Кроме технологических сложностей, основным недостатком проволочного способа скрепления ствола являлась его малая продольная прочность. К тому же изготовленные таким образом стволы получались значительно более тяжелыми, чем имеющие скрепленную конструкцию - из насаживаемых в горячем состоянии друг на друга стальных труб (т.н. колец).
- ↑ Привод затвора имел название «pure-coupled» (рус. «связанный»).
- ↑ Аналогичное немецкое 380-мм/45 орудие SK L/45 скрепленной конструкции весило около 80 000 кг.
- ↑ 2,4,6-Тринитрофенол (пикриновая кислота) - химическое соединение с химической формулой - C6H2(NO2)3OH, нитропроизводное фенола. Желтое кристаллическое ядовитое вещество. Пикриновую кислоту и ее соли (пикраты) используют как взрывчатые вещества. Во Франции и Российской империи называлась мелинитом, в Великобритании - лиддитом, в Японии - шимозой. Бризантность примерно соответствует тротилу. При длительном хранении имеет склонность к разложению, а при пожарах - к самодетонации. Главным недостатком являлась преждевременная детонация снарядов при ударе о броню.
- ↑ Ды́мный по́рох (также «чёрный порох») - исторически первое взрывчатое вещество, состоящее в основном из трёх компонентов: селитры, древесного угля и серы. Изобретён в Китае, в Средневековье. К 1890-м годам оказался почти полностью вытеснен из военной сферы более совершенными взрывчатыми веществами, а как метательное вещество уступил место различным видам бездымного пороха.
- ↑ TNT - тринитротолуол, тринитрометилбензол, тротил, тол - одно из наиболее распространённых бризантных взрывчатых веществ. Представляет собой желтоватое кристаллическое химически стойкое вещество.
- ↑ Шеллит, «Shellite» представляет собой смесь пикриновая кислота и динитрофенол или гексанитродифениламин в соотношении 70/30 - 60/40. Шеллит был менее чувствителен к ударам чем лиддит, а также имел преимущество низкой точки плавления, что позволяло легко его плавить и заливать в снаряды во время производства.
- ↑ Вместо разрывного заряда снаряд начинялся песком соответствующего веса. Иногда добавлялась 200-300-граммовая пороховая шашка, для обозначения места падения снаряда.
- ↑ Кордит - название одного из видов нитроглицеринового бездымного пороха. В 1887 году в Великобритании Альфред Нобель разработал баллистит, один из первых нитроглицериновых бездымных порохов, состоящий в одном из последних вариантов из равных частей пороха и нитроглицерина. Баллистит был модифицирован Фредериком Абелем и Джеймсом Дьюаром в новый состав - кордит. Он также состоит из нитроглицерина и пороха, но использует самую нитрированную разновидность пороха, нерастворимую в смесях эфира и спирта, в то время как Нобель использовал формы, растворимые в данных смесях.
- ↑ Кордит «MD45» состоял из 65% нитроцеллюлозы (13,1% азота), 30% нитроглицерина и 5% жидкого парафина (вазелина). При длительном хранении, кордит был подвержен разложению, а затем и самовозгаранию, что привело к гибели в собственных базах нескольких крупных кораблей. Недостатком кордитных порохов является высокая температура и скорость горения: первая приводила к быстрому выгоранию стволов, вторая приводила к взрыву порохового погреба и гибели корабля в случае возгорания зарядов в нем, в отличие от немецких кораблей, которые горели, но не взрывались. Немецкие орудия, использующие медленногорящие пороха, имели, как минимум, на треть большую живучесть ствола по количеству выстрелов полным зарядом.
- ↑ HMS Tiger стал единственным британским представителем класса линейных крейсеров, имевшим 152-мм артиллерию противоминного калибра. 152-мм орудиями были вооружены линейные корабли типа Iron Duke, типа Queen Elizabeth, типа Royal Sovereign, а после окончания Первой Мировой войны и линкоры типа Nelson.
- ↑ Модель Mark IX* отличалась тем, что не имела внутренней трубы «А». Модификация Mark IX** была сконструирована для производства на более старом производственном оборудовании на заводах фирм «EOC» и «COW» и не имела внутренней трубы «А», имела наружную трубу «B» и небольшой кожух, а также при изготовлении использовался старый метод ступенчатой намотки проволоки.
- ↑ На линейных крейсерах до HMS Queen Mary и первых сериях дредноутов, офицерские каюты были оборудованы в носовой части, а каюты моряков рядового и старшинского состава - в кормовой. Такая схема размещения была выбрана по инициативе адмирала Фишера, считавшего, что каюты офицеров должны быть ближе к боевым постам на мостике и в боевой рубке. Новшество впоследствии было признано неудачным и вернулись к традиционному размещению.
- ↑ Эббот Хэндерсон Тайер, основываясь на своих наблюдениях маскировочной окраской животных и птиц, разработал принцип камуфляжа, названный «противотени» (Countershading). Его принцип основывался на выясненном Тайером механизме работы мозга при восприятии визуальных образов, когда он в первую очередь реагирует на контрастные области. На основе их анализа мозг формирует предварительную «картинку» для «узнавания». Таким образом, «играя с контрастом», можно обмануть мозг и либо убедить его в том, что он ничего не видит, либо затруднить идентификацию объекта.
- ↑ На деле эффективная прочность такой двухслойной конструкции была бы заметно меньшей, чем сплошные плиты такой же толщины.
- ↑ Линейные корабли Almirante Cochrane и Almirante Latorre строились в Эльсвике для Чили. В августе 1914 года их постройку прекратили, затем корабли приобрело британское правительство. Almirante Latorre достроили под названием HMS Canada, а Almirante Cochrane перестроили в авианосец HMS Eagle.
- ↑ Ранее для горизонтальной защиты в основном применялась сталь повышенного сопротивления «STS».
- ↑ Для увеличения прочности новые плиты палубного бронирования имели большую площадь и по ширине простирались между новыми продольными переборками без стыков. Чтобы их уложить, пришлось временно снять все промежуточные переборки и соответствующее оборудование. И хотя этот метод оказался довольно трудоемким и дорогостоящим, Адмиралтейство пошло на дополнительные расходы для создания полноценной и эффективной защиты.
- ↑ Модели Mark I и Mark III 114-мм/45 орудий различались деталями механизма стрельбы и были взаимозаменяемы. Часто, на кораблях были установлены орудия обоих моделей, в зависимости от того, что было доступно на момент постройки или модернизации кораблей.
- ↑ При замене механической установки, корпус HMS Renown буквально «выпотрошили», убрав большинство переборок и весь настил палуб, вплоть до броневой, и заменив плиты на новые, это дало возможность при неизменном весе и толщине защиты, значительно усилить ее стойкость.
- ↑ Ни в одном из источников не указывается, было ли сохранено, изменено или удалено бронирование остальных палуб, однако, точно известно, что 51-мм нижняя броневая палуба осталась на своем месте. Можно предположить, что и выше расположенные палубы сохранили свое «полубронирование» из стали «STS», так как в случае замены на сталь «D» слишком сильно изменилась бы общая прочность конструкции корпуса.
- ↑ Пробеги проводились на мелководье, что вызвало потерю скорости не менее чем в 0,75 узла.
- ↑ Стоит отметить, что единого мнения на сей счет нет. По одной из версий, в немецкий корабль угодило два 381-мм снаряда, по другой всех трех попаданий добились 15-дюймовки. Однако наиболее правдоподобным, судя по описаниям повреждений, является приведенный вариант.
- ↑ Соответствует званию «Капитан 1-го ранга» в ВМФ СССР/России.
- ↑ Соответствует званию «Капитан 2-го ранга» в ВМФ СССР/России.
Литература и источники
Ссылки
- navweaps.com
- Naval History and Heritage Command
- www.naviearmatori.net
- Kreiser
- forums.airbase.ru
- Reddit-WarshipPorn
Литература
- Friedman N. Naval weapons of World War one. — Barnsley, UK: Seafort Publishing, 2011. — EPub с. — ISBN 978-1-84832-100-7
- Campbel J. Naval weapons of World War two. — Annapolis, Maryland, USA: Naval Institute Press, 1985/2002. — 406 с. — ISBN 0-87021-459-4
- Roberts J. British battlecruisers: 1905-1920. — Barnsley, Great Britain: Chatham Publishing/Seaforth Publishing, 1997/2016. — 134 с. — ISBN 978-1-4738-8235-5
- Мужеников В.Б. Линейные крейсера Англии. Часть 3. — «Боевые корабли мира». — С-Пб.: Арбузов В.В., 2001. — 96 с.
- Мужеников В.Б. Линейные крейсера Англии. Часть 4. — «Боевые корабли мира». — С-Пб.: Арбузов В.В., 2006. — 118 с.
- Кофман В.Л. Гибель владыки морей. Линейный крейсер «Худ». — «Война на море». — Москва: Яуза, Эксмо, 2009. — 128 с. — ISBN 978-5-699-36380-3
- Кофман В.Л., Дашьян А.В. Ужас «карманных» линкоров. Линейные крейсера «Ринаун» и «Рипалс». — «Война на море». — Москва: Яуза, Эксмо, 2011. — 128 с. — ISBN 978-5-699-50358-2
- Паркс О. Линкоры Британской Империи. Часть 7: Эпоха дредноутов. — СПб: ООО «Галея Принт», 2008. — 116 с. — ISBN 978-5-8172-0132-1
- Паркс О. Линкоры Британской Империи. Часть 8: Последние властелины морей. — СПб: ООО «Галея Принт», 2011. — 190 с. — ISBN 978-5-8172-0140-6
- Мужеников В.Б. Немецкие линейные крейсера Первой мировой. — «Война на море». — Москва: Яуза, Эксмо, 2018. — 176 с. — ISBN 978-5-9955-0992-9
- Патянин С.В., Дашьян А.В. Дредноуты Первой мировой. Уникальная энциклопедия. — «Война на море». — Москва: Яуза, Эксмо, 2015. — 384 с. — ISBN 978-5-699-78217-8
- Лисицын Ф.В. Крейсера Первой Мировой. — «Война на море». — Москва: Яуза, Эксмо, 2015. — 448 с. — ISBN 978-5-699-84344-2
Галерея
курсивом обозначены отдельные корабли, обычным шрифтом − типы кораблей