SandBox08
Линейные корабли
типа North Carolina
типа North Carolina
США
Общие сведения
Линейные корабли типа North Carolina являются первыми американскими так называемыми «договорным линкорам» (treaty battleships), появление которых связано с Вашингтонским соглашением 1922 года, которое прервало естественный ход развития военно-морских вооружений. Фатальные последствия этот документ имел для класса линейных кораблей. Его принятие поставило точку для целых эскадр бронированных гигантов, отправленных на переплавку. Полтора десятилетия (до 31 декабря 1936 года, с учетом продления в 1930 году в Лондоне) действовали жесткие ограничения калибра главной артиллерии и водоизмещения - не более 16 дюймов (406 мм) и 35000 тонн. Срок службы линкоров до списания и замены новыми кораблями должен был составлять минимум 20 лет, что и приводило к длительному перерыву в их строительстве (т. н. «линкорные каникулы»).
Линкоры типа North Carolina вобрали в себя множество новинок кораблестроения и вооружения: паротурбинную установку с высокими параметрами пара и двухступенчатыми редукторами, внутренний броневой пояс, новейшие 406-мм/50 орудия Mark 7 и универсальные 127-мм/38 орудия Mark 12, кормовую часть со скегами и др. новинки. Неудивительно, что «опытные» корабли первоначально страдали множеством «болезней», а вибрация на средних ходах так и не была исправлена до конца активной службы кораблей.
История создания
Предшественники
Предпосылки к созданию
В течение 1934 года и в начале 1935 года при предварительном проектировании предполагалось, что, когда Соединенные Штаты возобновят строительство капитальных кораблей, они будут «обычными», то есть хорошо бронированными и смогут развивать скорость около 23 узлов. Возможно, некоторые из них будут быстроходными линкорами, созданными в соответствии с конкретными иностранными типами. Вместо этого Соединенные Штаты строили только то, что можно было бы назвать быстроходными линкорами, хотя на самом деле к концу 1930-х годов сочетание тактических и стратегических требований повысили стандарты скорости в других военно-морских флотах настолько, что некоторые из новых американских кораблей считались тихоходными. К тому же, наиболее вероятный противник, Япония, уже обладал значительно более скоростной боевой линией. Два линкора типа North Carolina почти с самого начала планировались как специализированные быстроходные линкоры, но последовавшие за ними корабли типа South Dakota вполне могли бы быть значительно медленнее, если бы не разведданные, полученные в конце 1936 года. Более того, на оба типа в значительной степени повлияли детали Лондонского военно-морского договора 1936 года, который заменил Вашингтонский договор, подписанный полтора десятилетия назад.
В марте 1934 года Япония объявила о своем намерении отказаться от соблюдения договоров. Остальные подписавшие его страны (Великобритания, Франция и Соединенные Штаты) хотели продолжить процесс заключения договора, но нуждались в каких-то средствах убедить Японию ограничить свои действия. В противном случае она построила бы (что и было сделано) суперкорабли, превосходящие «договорные» корабли. Их принципом была «скользящая шкала» - ограничения договора могли быть смягчены, если сторона, не подписавшая его, не соглашалась с ними или если одна из сторон, подписавших его, чувствовала угрозу своей национальной безопасности. В случае с линкорами типа North Carolina ключевым пунктом было ограничение калибра орудий до 14 дюймов (356 мм). Япония отказалась подписать договор, и ограничение было увеличено до 16 дюймов (406 мм), что было слишком поздно, чтобы изменить защиту этих кораблей, но достаточно рано, чтобы изменить их вооружение. Примерно через год была применена оговорка об увеличении тоннажа, в результате чего был разработан проект кораблей типа Iowa.
По сравнению с предыдущими американскими линкорами, новому поколению приходилось сталкиваться с двумя новыми угрозами: бомбардировками и подводными попаданиями снарядов, причем последнее было связано с увеличением дальности боя. В то же время они должны были противостоять более мощным подводным взрывам и быть намного быстрее. Бюро строительства и ремонта[1] предстояло внедрить комбинацию инноваций, включая новую форму палубной брони, наклонную бортовую броню и механизмы, работающее при высоких температуре и давлении.
Военно-морской флот США впервые признал подводные попадания снарядов угрозой примерно в 1935 году, хотя японцы заметили (и использовали) их потенциал после испытаний на недостроенном линкоре "Тоса" еще в 1924 году. На очень дальних дистанциях снаряды ударялись о воду достаточно круто, чтобы сохранять значительную скорость на коротких дистанциях, на более коротких дистанциях они разбивались вдребезги. Эксперименты с кессоном показали, что такие попадания наносили серьезные повреждения, даже если они не достигали цели. Бюро C&R сообщило, что «...плиты брони [часто] были отодвинуты назад, так что задняя часть и обшивка корпуса под нижним краем пояса оказывались без защиты ...». Проблема была осознана только после того, как началась серия новых разработок, и конструкторы смогли предусмотреть только вспомогательный тонкий пояс из стали STS[2] под основным. Они рекомендовали утоньшающийся пояс шириной 2,134 метра и средней толщиной 89 мм, который весил бы 420 тонн. Даже это было невозможно в серии 35 000-тонных проектов, которые были чрезвычайно плотными. В конечном счете, корабли типа North Carolina могли быть снабжены только листами из внутренней брони защищающих погреба главного калибра. Такие накладки создавали дополнительные проблемы, поскольку они препятствовали упругой деформации обычных многобалочных систем защиты от торпед. В худшем случае такая конструкция в конструкции следующего типа кораблей (тип South Dakota) может практически свести на нет ценность всей системы противоторпедной защиты.
Все «договорные» американские линкоры были спроектированы таким образом, чтобы противостоять 317,5-кг заряду в тротиловом эквиваленте, и эта цифра была получена в результате проведенного в 1935 году разведывательного исследования основных иностранных торпед и мин. Военно-морской флот США пребывал в блаженном неведении о японской тяжелой торпеде[3] вплоть до начала Второй мировой войны. Чтобы добиться такой защиты, конструкторы, как правило, создавали многослойную конструкцию из пустых и заполненных отсеков: пустота в наружной части корпуса, затем слой жидкости для поглощения ударной волны от взрыва и улавливания фрагментов корпуса, а затем пустота для задержки фильтрации воды. Такая конструкции была характерна, как для «Большой пятерки»[4], так и для более поздних кораблей. В проектах конца 1930-х годов противоосколочная палуба служила верхней границей всей системы, удерживая ее вместе при воздействии подводных взрывов. Противоосколочную палубу необходимо было поддерживать в водонепроницаемом состоянии, так как она обычно находилась ниже ватерлинии, а по ее бортам проходили проходы для предотвращения повреждений. Эксперименты с кессоном, проведенные в 1934 году, показали, что даже 38 мм не были слишком тяжелой обшивкой для противоосколочной палубы, а 32 мм в ранних «договорных» проектах, разработанных в США, считались абсолютным минимумом.
Проектирование
Строительные каникулы, объявленные в Лондоне в 1930 году, должны были закончиться 31 декабря 1936 года, в середине 1937 финансового года. Сроки выполнения работ были таковы, что в мае 1935 года Генеральный совет флота США[5] официально запросил проектные исследования. Было уже довольно поздно. Теоретически, предварительный проект должен был быть готов к 1 декабря 1935 года. Однако, учитывая экономические трудности Великой депрессии, совет не могл надеяться на более ранние сроки начала работ.
Проектирование нового поколения линкоров США началось с того, что 11 июля Генеральный совет объявил конкурс на разработку трех альтернативных эскизных проектов флагманских быстроходных линкоров («A», «B» и «C»), вооруженных вспомогательной артиллерией образца 1934 года, состоящей из двенадцати 127-мм/38 орудий в одиночном или спаренном исполнении. Все три проекта должны были иметь «полную» противоторпедную защиту, максимально возможную защиту от газов и очень большой запас хода - 15 000 морских миль при скорости 15 узлов. Силовая установка не была установлена. При предварительном проектировании можно было выбирать между турбоэлектрическими и одно- и двухредукторными турбинными силовыми установками. Вскоре стало очевидно, что только редукторные турбины будут достаточно легкими, чтобы быть установленными на такие быстрые корабли.
В отличие от предыдущих проектов, рассчитанных на то, чтобы развивать скорость при фиксированном запасе топлива, корабли нового проекта должны были развивать максимальную скорость с половиной от максимального запаса мазута. Построенные линкоры часто имели значительный запас топлива на случай чрезвычайных ситуаций, превышающий тот, который требовался для обеспечения их проектного радиуса действия. Эти дополнительные танки обычно заполнялись в процессе эксплуатации, часто создавая такую большую осадку, что броневые пояса были почти погружены в воду. Схема «A» представляла собой консервативную альтернативу: корабль со скоростью 30 узлов, вооруженный девятью 356-мм орудиями, установленными в носовой части и защищенными от огня снарядов 356-мм/50 орудий на дистанциях от 20 100 до 24 700 метров. Это соответствовало 292-мм борту и 114-мм палубе. Для защиты на аналогичных дистанциях от американских 406-мм/45 орудий потребовалась бы 381-мм бортовая и 132-мм палубная броня.
Схемы «B» и «C» представляли собой корабли со скоростью 30,5 узлов, защищенные от обстрела снарядами 356-мм/50 орудий на дистанциях 17 400 и 27 400 метров и вооруженные, соответственно, двенадцатью 356-мм/50 орудиями в трехорудийных башнях и восемью 406-мм/45 орудиями[6] в двухорудийных. Защита от 356-мм/50 орудий требовала 337-мм поясной и 133-мм палубной брони. Для защиты на аналогичных дистанциях от американских 406-мм/45 орудий потребовалась бы 422-мм бортовая и 157-мм палубная броня.
Американское, а не иностранное оружие всегда использовалось в качестве стандарта для пробития брони. Например, в то время японскому 410-мм/45 орудию приписывали снаряд весом 1000 кг и начальную скорость 790 метров в секунду[7] по сравнению с 1020 кг и 762 метрами в секунду для американского 406-мм/45 орудиями. Таким образом, для зоны неуязвимости проекту «A» для защиты от нее потребовалась бы 345-мм бортовая и 137-мм палубная броня. Для сравнения, чтобы противостоять новому американскому сверхтяжелому 680-кг 356-мм снаряду, схеме «A» потребуется бортовая броня толщиной 338 мм и 118-мм палубная броня, что не так уж и сильно различается.
На всех трех эскизных проектах были изображены чередующиеся машинные и котельные отделения в качестве страховки от потери хода при удачных подводных взрывах, а также большая трубчатая надстройка-башня управления огнем, характерная для американских капитальных кораблей, построенных несколькими годами позже. Они также сэкономили на защите от торпед, убрав одну из обычных пяти переборок, исходя из теории, что у быстроходного корабля будет больше шансов уклониться от торпед.
Водоизмещение в 32 150 тонн по схеме «A» находилось в пределах установленного договором лимита. Схемы «B» и «C» показали, насколько жестким был этот лимит. Их дополнительная толщина брони составила 4286 (против 3683) тонн палубной и 4095 (против 3478) тонн поясной брони, увеличившись на 1220 тонн. Простое использование четырех, а не трех барбетов стоило 375 тонн (плюс 260 тонн на башни). Таким образом, их вес превысил допустимый предел - 36 800 и 36 500 тонн соответственно. Новый 356-мм сверхтяжелый снаряд, 680 кг против 635 кг, разработанный Бюро вооружений[8], только усугубил ситуацию, поскольку стал стандартом для защиты. Теперь для «A» требовалось 343 мм поясной брони, а для «B» и «C» - 381 мм. Схемы «A1», «B1» и «C1» были попытками модифицировать первоначальные схемы, чтобы противостоять новым снарядам на первоначальных дистанциях. «A1» едва укладывался в установленный договором лимит в 34 500 тонн, но «B1» и «C1» значительно превысили договорной лимит - 39 550 и 39 500 тонны соответственно. Таким образом, не было никакой надежды - без применения нетрадиционных методов - на быстрое сочетание более ранних стандартов вооружения и защиты.
На схеме «A» башня №3 была установлена над двумя другими, так что все девять орудий могли вести огонь вперед под углом возвышения примерно в 4,5° на дальность около 9 100 метров[9]. Как и у французского линкора "Дюнкерк", это было идеальное решение для быстроходного корабля, предназначенного для преследования. Оно также защищало самолеты, необходимые для разведки (одиночным быстроходным крупным кораблем) или для управления огнем (в линейном бою), от огня тяжелых орудий. Однако с точки зрения веса это было дороже, чем более традиционное решение. Это не было реализовано в течение нескольких месяцев.
Эти предварительные исследования ни в коем случае не были основой для проекта следующего типа крупных кораблей США. Генеральный совет рассматривал их как средство пополнения своего списка альтернатив. Дело дошло до того, что в Военно-морском колледже был задан вопрос, каким должен быть следующий линкор - обычным, с 23-узловой скоростью, восемью или девятью 406-мм орудиями и поясом 380-406 мм, или быстроходным, таким как «A», «B» и «C». 23 августа Командующий флотом США[10] настаивал на создании обычного тихоходного линкора с очень большой дальностью плавания - 18 000 морских миль при скорости 15 узлов. Он также должен был учитывать возможность того, что следующий Лондонский договор (который будет подписан в 1936 году) добавит новые ограничения.
В 1934 году британцы предложили дальнейшее сокращение до 25 000 тонн и 305-мм орудий. Соединенные Штаты отказались от какого—либо сокращения чистого тоннажа, утверждая, что тоннаж обеспечивает как дальность плавания, так и устойчивость к повреждениям, и что бомбы и торпеды не будут соответственно ограничены. Поэтому британцы предложили ограничить орудия калибром 356 мм, возможно, потому, что их собственные исследования показали, что сбалансированный линкор с 406-мм орудиями не может быть построен водоизмещением менее 40 000 тонн. Соединенные Штаты в конечном счете согласились на ограничение калибра до 356 мм только в том случае, если другие державы согласятся на это. Поэтому в конечном итоге в договоре была принята оговорка об скользящей шкале. С точки зрения США, было важно продемонстрировать тщетность британских предложений по созданию линкоров меньшего размера. 21 августа Начальник военно-морских операций[11] запросил ряд проектов, в которых подчеркивались оборонительные характеристики при минимальном водоизмещении. Ни один из них не был особенно привлекательным. На самом деле, предварительный проект характеризовал худший вариант (восемь 305-мм орудий, 25 000 тонн, 23 узла, защита от огня 305-мм орудий) как смертельную ловушку.
| Проекты линейных кораблей США, 1935 г. | ||||||||||
|---|---|---|---|---|---|---|---|---|---|---|
| Размерения, м | ГК | Пояс, мм |
Палубы, мм |
Dcт, т | Нефть, т |
Dп, т | V, уз. | ЭУ, л.с. | ЗСМ, км | |
| «A» | 216,41×31,09×8,69 | 9×356 мм | 292 | 114 | 32,450 | 2550 | 35,615 | 30 | 160,000 | 20,1-24,7 |
| «A1» | 216,41×31,09×9,06 | 9×356 мм | 343 | 114 | 34,500 | 2550 | 37,365 | 30 | 166,500 | 20,1-24,7* |
| «В» | 216,41×32,00×9,34 | 12×356 мм | 336 | 133 | 36,800 | 2600 | 39,730 | 30.5 | 180,000 | 17,4-27,4 |
| «B1» | 216,41×32,00×9,95 | 12×356 мм | 381 | 133 | 39,550 | 2650 | 41,930 | 30.5 | 200,000 | 17,4-27,4* |
| «C» | 216,41×32,31×9,28 | 8×406 мм | 336 | 133 | 36,500 | 2600 | 39,430 | 30.5 | 180,000 | 17,4-27,4 |
| «C1» | 216,41×32,31×9,95 | 8×406 мм | 381 | 133 | 39,500 | 2650 | 41,980 | 30.5 | 200,000 | 17,4-27,4* |
| «D» | 228,60×32,31×9,75 | 9×406 мм | 431 | 159 | 40,500 | 2880 | 43,730 | 30.5 | 185,000 | 17,4-27,4(1) |
| «E» | 228,60×32,31×9,75 | 8×406 мм | 431 | 159 | 40,500 | 2880 | 43,730 | 30.5 | 185,000 | 17,4-27,4 |
| «F» | 207,26×30,78×10,03 | 8×356 мм | 343 | 114 | 31,750 | 2450 | 34,082 | 30 | 160,000 | 20,1-24,7* |
| «G» | 179,83×32,00×9,33 | 9×356 мм | 343 | 114 | 31,500 | 2150 | 33,950 | 23 | 20,1-24,7* | |
| «H» | 182,27×32,46×9,34 | 9×356 мм | 381 | 133 | 32,500 | 2150 | 34,750 | 30 | 65,100 | 17,4-27,4* |
| «J» | 216,41×32,00×9,75 | 12×356 мм | 317 | 133 | 37,383 | 30 | 190,000 | 20,1-27,4* | ||
| «J1» | 216,41×32,00×9,14 | 12×356 мм | 203 | 133 | 35,000 | 30 | 170,000 | .-27,4(2) | ||
| «К» | 216,41×31,09×9,14 | 9×356 мм | 381 | 133 | 35,000 | 30.5 | 170,000 | 17,4-27,4* | ||
| «L» | 216,41×31,09×9,14 | 12×356 мм | 317 | 114 | 35,045 | 30 | 170,000 | 20,1-24,7* | ||
| «1» | 165,20×30,18×8,08 | 8×305 мм | 267 | 83 | 23,500 | 1575 | 24,033 | 23 | 57,500 | 17,4-22,6(3) |
| «3» | 171,30×31,39×9,30 | 8×305 мм | 356 | 133 | 29,000 | 2100 | 31,300 | 23 | 67,500 | 18,3-27,4(4) |
| «4» | 201,17×31,39×9,11 | 8×305 мм | 356 | 133 | 32,500 | 2185 | 34,985 | 30 | 180,000 | 18,3-27,4(4) |
| «5» | 201,17×31,39×9,11 | 6×356 мм | 356 | 133 | 32,500 | 2185 | 34,985 | 30 | 180,000 | 18,3-27,4(4) |
| Примечания: Зоны свободного маневрирования рассчитаны для 356-мм орудий старого типа, за исключением случаев, когда указано: (*) указывает на 356-мм орудие нового типа. (1) указывает на 406-мм орудие нового типа. Защитные зоны для «J», «К» и «L» рассчитаны для курсовых углов прицеливания в 75°, а не в 90°. (2) Для «J1» зоны не существует, с дальности 27,4 км начинает поражаться палуба. (3) указывает на имеющееся 305-мм орудие. (4) указывает на 305-мм орудие нового типа. | ||||||||||
Бюро строительства C&R вернулось к своим 35 000-тонным проектам. Учитывая неудачу с проектами «B» и «C», в конце сентября конструкторы попробовали пять альтернативных вариантов: «D», «E», «F», «G» и «H». Последние два были традиционными тихоходными (23 узла) кораблями, вооруженными девятью 14-дюймовыми орудиями и защищенными от новых 356-мм снарядов на расстоянии от 20 100 до 24 700 («G») или от 17 400 до 27 400 («H») ярдов. Они были прямыми потомками проектов 1933-34 годов, вполне укладывались в рамки договора и имели пять, а не четыре отсека противоторпедной защиты - тихоходный корабль было бы легче поразить торпедами. По сравнению с «A» и «A1», они были на 30 метров короче, имели на одну катапульту меньше и одну надстройку с мостиками управления. Предварительный проект «H» был особенно хорошо сбалансирован. Но поскольку они не соответствовали интересам Генерального совета в отношении быстроходных, многоцелевых кораблей, они не получили дальнейшего развития.
Первым значительным снижением веса конструкторами C&R стало сужение высоты пояса с 5,33 до 4,72 метров. Это было обосновано предположением, что корабли, как правило, вступают в бой почти с полной осадкой. Защита от торпед настолько сильно зависела от степени заполнения боковых (топливных) отсеков, и можно было ожидать, что капитаны будут заполнять эти отсеки морской водой по мере сжигания мазута. Ширина пояса не должна обязательно учитывать диапазон возможного изменения смещения, например, в зависимости от проектных и аварийных условий.
С другой стороны, существовала большая вероятность того, что новым стандартным орудием линкора станет 406-мм. Таким образом, варианты «D» и «E» были вооружены и защищены от нового снаряда весом 1020 кг (406-мм/45 орудие), аналогичного новому 356-мм, на дальности от 17 400 (431-мм пояс) до 27 400 (159-мм палуба) метров. Корабли пришлось удлинить до 228,60 метров, чтобы разместить более тяжелое вооружение. Что, в свою очередь, несколько уменьшило требуемую мощность. В любом случае они были слишком крупные, поскольку их стандартное водоизмещение составляло 40 000 тонн.
Вариант «F» был радикальной альтернативой, унаследованной от эскортных авианосцев 1933 года: линкор, подчеркивающий авиационные черты, но сохраняющий мощную батарею. В носовой части у него должны были быть две катапульты, а в ангаре под ними - десять бомбардировщиков со сложенными крыльями. Две четырехорудийные 356-мм башни были установлены в кормовой части, но они были расположены на одном уровне, чтобы уменьшить высоту и снизить вес барбета. В предварительном проекте предполагалось, что бомбардировщики компенсируют потерю носовых башен главной батареи. Несмотря на то, что он был необычным, у него были «...достоинства, требующие дальнейшего изучения...». Водоизмещение было в пределах допустимого - 31 750 тонн. Его ни в коем случае нельзя было назвать чрезмерно эксцентричным. Несколько военно-морских сил были заинтересованы в гибридных кораблях, и ВМС США были близки к тому, чтобы заказать «...крейсер с летной палубой...», с главной батареей в носовой части и полноценной полетной палубой в кормовой части, а Швеция фактически построила примерно такой же корабль - крейсер "Готланд". Однако, примерно в то же время интерес к боевым самолетам, запускаемым с помощью катапульты, начал ослабевать из-за того, что им приходилось платить за эксплуатационные характеристики из-за наличия поплавков, позволяющих им садиться в море.
Эти исследования определяют проблему. Соединенные Штаты могли выбрать либо относительно легко вооруженный (и бронированный) корабль с 30-узловой скоростью (проект «A»), либо более медленный, но лучше вооруженный корабль, которыми и стали линкоры типа North Carolina. Чтобы защитить линкоры от огня 406-мм орудий, потребовались бы «героические» меры как, в дальнейшем, с кораблями типа South Dakota. На тот момент только вариант «A» был действительно жизнеспособен, хотя и слишком слабо вооружен и защищен.
Теперь в предварительном проекте можно было увеличить броню до «A» или уменьшить до «В». 8 октября Бюро представило еще пять проектов: «J», «J1», «К», «L» и «M». «J» и «J1» были последними четырехбашенными вариантами, которые увеличивали водоизмещение за счет брони. Вариант «J1» имел пояс толщиной 203 мм и высотой 4,05 м, чтобы оставаться в рамках договорных ограничений. Это оставляло поле для разработки трехбашенных систем. Это не запрещало строительство двенадцатипушечного корабля, поскольку Бюро вооружений могло разработать четырехорудийную 356-мм башню, как на французских линкорах типа "Дюнкерке".
Конструкция «К» была вариантом «A1» с усиленной броней. Чтобы увеличить вес для дополнительной брони, пояс был сужен до 4,27 метров, а кормовая надстройка с КДП и второе внутреннее дно были удалены[12]. Сэкономленные 1450 тонн соответствуют 381-мм поясу и 133-мм палубе, что соответствует зоне защиты варианта «В1» от 17 400 до 27 400 метров (от сверхтяжелого 356-мм снаряда). Предварительный проект был признан привлекательным, но возникли опасения, что он настолько жесткий, что любая дальнейшая доработка приведет к превышению установленных договором пределов.
«L» был двенадцатиорудийным вариантом, в котором использовались четырехорудийные башни. Как и в «J», пояс был сокращен до толщины 317 мм и высоты 4,05 метра. Броневая палуба была уменьшена до 114 мм (дальняя граница ЗСМ - 24 700 метров), противоосколочная палуба - до 25 мм, а барбеты, боевая рубка и коммуникационная труба - до 317 мм, что соответствовало меньшей зоне поражения, чем у пояса, поскольку эти круглые конструкции никогда не имели иного угла прицеливания, кроме 90°. Как и в конструкциях «A» и «К», у «L» все три башни были направлены вперед. Еще 200 тонн (125 тонн барбетной брони, 75 тонн броневой цитадели) можно было сэкономить, переместив одну башню в кормовую часть (конструкция «M»); это позволило увеличить главную палубу на 6 мм, или на 630 метров защитной зоны. И «L», и «M» были настолько близки к установленному в договоре пределу, что отдел предварительных проектов опасался, что их нельзя будет превратить в подробные проекты, не превысив его. Таким образом, наилучшим компромиссом оставалась вариант «К».
В октябре Генеральный совет принял решение приступить к его реализации, а не к более традиционному проекту, в основном исходя из своих ожиданий от тихоокеанской кампании. Адмирал Уильям Х. Стэндли, командующий военно-морским флотом, настаивал на том, чтобы четыре быстроходных линкора образовали две оперативные группы с двумя тяжелыми авианосцами USS Lexington и USS Saratoga. Он не хотел, чтобы новые линкоры имели скорость авианосца в 33 узла, но, скорее, достаточную для того, чтобы обогнать и вступить в бой с самыми быстрыми крупными кораблями на Тихом океане, 26-узловыми линейными крейсерами типа "Конго", то есть он хотел иметь скорость не менее 27 узлов[13]. Однако Стэндли также выразил обеспокоенность по поводу японских тяжелых крейсеров и авианосных сил, которые медлительная боевая линия линкоров США не могла принудить к бою и которые, безусловно, могли обогнать любой линкор с 27-узловой скоростью.
Адмирал Уильям С. Пай, в то время президент военно-морского колледжа, подчеркивал угрозу, исходящую от кораблей типа "Конго". Он сомневался, что японцы станут рисковать своим основным флотом, если сначала не смогут ослабить боевую линию США. Такова была, по сути, их политика в 1941 году. Учения в военном колледже неизменно показывали, что три быстроходных японских боевых корабля, которым Соединенные Штаты могли противостоять только с воздуха и с помощью носителей торпед - подводных лодок, крейсеров и эсминцев, могли оказывать огромное влияние на ранних этапах войны на Тихом океане. Они были «...занозой в боку у флота США». Поэтому он предпочитал скорость не менее 28 узлов, чтобы иметь преимущество в 2 узла или более. Что касается тесноты конструкций быстроходных линкоров, Пай предположил, что от запаса прочности, заложенной в конструкции линкоров, можно отказаться: «Мы не должны терять десять процентов запаса. Мы должны быть готовы принять на десять процентов больше, чем на первом корабле класса.»
Плавающие старшие офицеры отдавали предпочтение «линейному крейсеру» (быстроходному линкору) с перевесом 9 к 7. Стратеги были настроены еще более оптимистично. Таким образом, из шести линейных офицеров, непосредственно занимавшихся стратегическим планированием в отделе военных планов, пятеро, включая директора, отдавали предпочтение быстроходным кораблям. Однако ни один офицер не хотел, чтобы этот быстроходный линейный корабль стал стандартом для всех будущих кораблей, строящихся в США. Большинство хотело только три, один - четыре, другой - столько же, сколько и в любом другом флоте. Самым радикальным выбором было по два на каждый японский корабль. Однако один офицер утверждал, что с японскими крупными кораблями было бы проще справиться с помощью одной только воздушной атаки.
Как и следовало ожидать, Бюро вооружений высказалось в пользу 406-мм пушки и согласилось бы на проект «А» только в том случае, если бы его вынудили к этому условия договора. Например, американские орудия, стреляющие новым 1020-кг снарядом, пробивают защиту японских линкоров типа "Нагато" (330-мм, 102-мм палуба)практически на всех дистанциях боя. Однако, новое 356-мм орудие не могло пробить борт корабля дальше чем на 20 700 метров, а палубу - только с 23 000. Британские линкоры типа "Нельсон" (борт 356 мм, палуба 159 мм) был бы неуязвим для обоих орудий. Однако их зона защиты от 356-мм орудия составляла бы 11 900 метров в ширину, в то время как против 406-мм/45 орудий она была бы ограничена 6 000 метрами.
Инженеры Бюро вооружений хотели разместить орудия в каждой башне более широко, чтобы уменьшить взаимные помехи при стрельбе залпами, а также и упростить подачу и заряжание снарядов. В то время бюро пыталось устранить помехи на новых тяжелых крейсерах, орудия которых были расположены относительно близко друг к другу. Однако, с точки зрения C&R, любое увеличение расстояния привело бы к увеличению диаметра барбета и веса орудийной установки. Например, на линкорах типа "Теннесси" расстояние составляло 180 см, с общем весом брони только для барбетов около 400 тонн. Однако расстояние в 305 или 330 см, как в некоторых исследованиях 1934 года, увеличило бы вес одного барбета до 500, а также вес брони вращающейся башни. Оказалось, что 216-241 см были бы хорошим компромиссом при средней массе неподвижной и вращающейся брони в 900 тонн на башню. Наконец, бюро потребовало более мощной вспомогательной батареи: двенадцать универсальных орудий казались плохой заменой комбинации из двенадцати противоминных и восьми зенитных орудий, установленных на предшествующих линкорах.
Проект «К» был действительно единственной реальной альтернативой. Генеральный совет стремился обеспечить защиту от 356-мм орудия на расстоянии от 18 900 метров (356-мм пояс) до 27 400 ярдов (133-мм палуба) от 356-мм/50 орудия. Соответствующие зоны для стрельбы из орудий калибра 406-мм/45 и 406-мм/50 будут составлять от 21 800 до 23 900 и от 24 000 до 24 600 метров. Можно было попробовать либо обычную конфигурацию, либо переднее расположение 346-мм орудий.
В конечном счете, для строительства была выбрана усовершенствованная версия проекта «К», от которой в последний момент отказались в пользу более медленного, но более мощно вооруженного корабля. Перипетии проекта дают некоторое представление о проблемах, с которыми столкнулись как проектировщики, так и политики. Эскизные проекты, разработанные на следующем этапе, были обозначены римскими цифрами. В сохранившихся документах их насчитывается в общей сложности тридцать пять.
Первая серия проектов, с «I» по «V», были представлены Генеральному совету уже 15 ноября. Вес был явно критическим, и в них была учтена характерная черта более поздних расчетов в США - снижение веса «бумаги». В их случае доля боекомплекта, учитываемого в стандартном водоизмещении, была уменьшена. Обычно на каждое орудие приходилось 100 выстрелов, плюс еще 100 на корабль. Теперь последнее требование было отменено. Это была чисто бумажная экономия, поскольку корабль был спроектирован таким образом, чтобы вместить большее количество снарядов. Это стало предвестником гораздо более значительного снижения «бумажного» веса, что вполне оправданно для кораблей, находящихся на пределе водоизмещения, предусмотренном договором.
Схемы «I» и «II» были двумя альтернативными вариантами «К», запрошенными Комиссией, при этом одна из низкорасположенных башен в проекте «II» была перенесена на корму. Схема «I» показала, что проект «К» был чрезмерно оптимистичен. Бортовую броню пришлось уменьшить с 381 до 311 мм, увеличив внутреннюю границу защитной зоны с 17 400 до 20 700 ярдов. Кроме того, было трудно разместить большие машинные отделения силовой установки, мощностью 165 000 л.с. для достижения скорости 30 узлов, в кормовой части с адекватной защитой от торпед.
Также нельзя было существенно сэкономить, переместив одну башню в кормовую часть. Водоизмещение по схеме «II» , вероятно, составило бы 35 745 тонн, даже если бы запас был нереально мал. Поэтому броня была дополнительно уменьшена, в схеме «II-A», до 324 мм. Новую башню было трудно разместить в кормовой части из-за ее большей глубины и диаметра. Глубина не позволяла опустить ее, несмотря на возможную экономию веса. Диаметр был проблемой из-за того, что как погреба, так и защита от торпед должны были быть выполнены в том месте, где корпус должен был сужаться для обеспечения хорошего потока воды к винтам. С другой стороны, поскольку BuOrd требовал наличия двух КДП управления огнем на расстоянии не менее 23 метров друг от друга, в предварительном проекте не было реализовано то, что могло бы стать существенной экономией при проектировании со всеми передними башнями, а именно устранение кормовой установки.
Другой проблемой было расстояние от ватерлинии до брони. Переходя к более длинным корпусам, C&R пришлось отказаться от традиционной политики определения длины брони по критериям плавучести и остойчивости. Например, схема «II» имела броневой пояс только на 63,6% своей длины, по сравнению с 68,6% у более раннего типа West Virginia и только на 58,4% у британских линкоров типа Nelson, что отражало иную философию проектирования. Можно было бы возразить, что обводы корпуса, необходимые для обеспечения высокой скорости, обеспечивали бы гораздо большую плавучесть корпуса в этих центральных 64%, чем это имело бы место на более медленном корабле. Тем не менее, C&R сочла своим долгом обосновать эти цифры тем, что они относятся к быстроходному крупному кораблю, то есть к специализированному типу, который, предположительно, не должен был выдерживать непрерывных обстрелов, ожидаемых в боевой линии. Незаметный отказ от фиксированной длины по ватерлинии сделал практичными длинные корпуса (как у типа Iowa).
| Промежуточные проекты линейных кораблей типа North Carolina, 1935-36 г. | ||||||||
|---|---|---|---|---|---|---|---|---|
| Индекс | Дата | Размерения, м | ГК | Пояс, мм | Палубы, мм | V, уз. | ЭУ, л.с. | ЗСМ, км |
| «I» | 15.11.1935 | 216,41×32,46×9,75 | 9×356 мм | 311 | 133 | 30 | 165,000 | 22,0-25.0 |
| «II» | 15.11.1935 | 216,41×32,46×9,75 | 9×356 мм | 356 | 133 | 30 | 165,000 | 17,4-27,4 |
| «II-A» | 15.11.1935 | 216,41×32,46×9,75 | 9×356 мм | 324 | 127 | 30 | 165,000 | 21,1-26,8 |
| «III» | 15.11.1935 | 216,41×32,77×9,65 | 9×356 мм | 308* | 91-127 | 30 | 165,000 | 19,6-27,4 |
| «IV» | 15.11.1935 | 220,98×32,77×9,63 | 9×356 мм | 308* | 91-127 | 30 | 165,000 | 19,6-27,4 |
| «IV-A» | 10.04.19З6 | 220,98×32,84×9,68 | 9×356 мм | 308* | 104-133 | 30 | 165,000 | 19,6-27,4 |
| «IV-B» | 10.04.19З6 | 220,98×32,84×9,47 | 9×356 мм | 308* | 104-133 | 30 | 155,000 | 19,6-27,4 |
| «IV-C» | 10.04.19З6 | 220,98×32,62×9,68 | 9×356 мм | 308* | 104-133 | 30 | 155,000 | 19,6-27,4 |
| «V» | 15.11.1935 | 201,17×32,77×10,24 | 8×406 мм(Q) | 394 | 160 | 27 | 130,000 | 18,3-27,4 (1) |
| «VI-A» | 10.04.19З6 | 220,98×32,84×9,68 | 8×356 мм | 251* | 104-133 | 30 | 155,000 | 23,6-27,4 |
| «VI-B» | 10.04.19З6 | 210,31×32,84×9,30 | 8×356 мм | 340* | 104-133 | 26,5 | 116,000 | 17,4-27,4 |
| «VII» | 10.04.19З6 | 195,07×32,84×10,16 | 12×356 мм | 308* | 104-133 | 22 | 50,000 | 19,6-27,4 |
| «VIII» | 210,31×32,84×9,30 | 10×356 мм | 308* | 104-133 | 26,5 | 116,000 | 19,6-27,4 | |
| «IX-A» | 06.05.1936 | 220,98×32,84×9,68 | 8×356 мм(Q) | 308* | 104-133 | 30 | 155,000 | 19,6-27,4 |
| «IX-B» | 06.05.1936 | 220,98×32,84×9,68 | 8×356 мм(Q) | 340* | 104-133 | 30 | 155,000 | 17,4-27,4 |
| «IX-C» | 06.05.1936 | 220,98×32,84×9,68 | 8×356 мм(Q) | 340* | 104-133 | 30 | 155,000 | |
| «IX-D» | 220,98×32,84×9,68 | 8×356 мм(Q) | 333 | 127-133 | 30 | 155,000 | 17,4-27,8 | |
| «IX-E» | 19.05.1936 | 220,98×.×. | 8×356 мм(Q) | 333* | 127-133 | 30 | 17,4-27,8 | |
| «X-A» | 29.05.1936 | 210,31×32,84×9,93 | 10×356 мм | 333* | 146 | 26,8 | 112,500 | 17,4-27,4 |
| «X-B» | 210,31×32,84×9,93 | 9×356 мм | 338* | 146 | 27 | 116,000 | 17,8- | |
| «XI-A» | 215,19×32,84×9,68 | 10×356 мм | 321* | 146 | 27 | 112,500 | 18,6-27,4 | |
| «XI-B» | 215,19×32,84×9,68 | 9×356 мм | 321* | 146 | 27,5 | 122,000 | 18,6-27,4 | |
| «XII» | 205,44×32,84×10,11 | 9×356 мм | 375* | 124-133 | 26,6 | 112,500 | 16,4-29,1 | |
| «XIII» | 29.05.1936 | 220,98×32,84×9,68 | 9×356 мм | 330* | 124-133 | 28,5 | 123,000 | |
| «XIII-A» | 220,98×.×. | 9×356 мм | 330* | 124-133 | 30 | 18,1-27,4 | ||
| «XIII-B» | 220,98×.×. | 9×356 мм | 330* | 124-133 | 28,5 | 18,1-27,4 | ||
| «XIV» | 29.05.1936 | 220,98×32,84×9,68 | 10×356 мм | 28,5 | 123,000 | 27,4-27,4 | ||
| «XV» | 02.06.1936 | 220,98×.×. | 11×356 мм | 28,45 | ||||
| «XV-A» | 220,98×.×. | 9×356 мм | 30,05 | |||||
| «XV-B» | 220,98×.×. | 10×356 мм | 28,45 | |||||
| «XV-C» | 220,98×.×. | 10×356 мм | 30,05 | |||||
| «XV-D» | 220,98×.×. | 10×356 мм | 29,2 | |||||
| «XV-E» | 19.06.1936 | 220,98×.×. | 12×356 мм | 28,45 | ||||
| «XVI» | 20.08.1936 | 217,63×.×. | 12×356 мм | 280* | 130-142 | 27 | ||
| «XVI-A» | 30 | |||||||
| «XVI-B» | 220,98×.×. | 10×356 мм | 343 | 30 | ||||
| «XVI-C» | 220,98×.×. | 9×356 мм | 343 | 30 | ||||
| «XVI-D» | 220,98×.×. | 325 | 30 | |||||
| Примечания: (*) Наклон пояса 10°. (1) Защита от огня 406-мм, а не 356-мм снарядов. | ||||||||
Несмотря на свою заинтересованность в защите от подводного воздействия, конструкторы C&R теперь решили разместить котлы в четырех смежных котельных отделениях между машинными отделениями, чтобы свести к минимуму длину паропроводов. В каждом из крайних отделений было по два котла в ряд, а в центральных - по три. Последний пришлось поднять, чтобы освободить гребные валы в переднем машинном отделении. Их невозможно было прикрыть противоосколочной палубой.
Схемы «I» и «II» показали, что броня была главным препятствием для успешного проектирования договорного линкора. При дальности около 18 300 метров 100 тонн вертикальной брони увеличивали зону защиты на 450 ярдов. При дальности 27 400 метров за тот же вес, вложенный в палубную броню, можно было купить всего 270 метров, поскольку палубная броня любой заданной толщины должна была покрывать значительно большую площадь, чем эквивалентная толщина бортовой брони.
Схема «III» была попыткой преодолеть эти ограничения за счет использования более сложных форм защиты, наклонной бортовой брони и бомбовой палубы. Высота палубы также была уменьшена на 76 мм, что позволило снизить вес корпуса на 66 тонн. Из этих двух способов наклонная бортовая броня была хорошо известна и применялась на линейных крейсерах программ 1919 года, которые впоследствии были достроены как авианосцы USS Lexington и USS Saratoga. Наклон в 10° позволил бы сэкономить 39 мм на толщине, необходимой на дистанции 17 400 метров. Несмотря на то, что плиты должны были бы быть немного шире, это позволило бы сэкономить 260 тонн. Этого все равно было слишком мало, и конструкторам пришлось довольствоваться 308 мм, а не 346 мм, то есть внутренней границей зоны неуязвимости в 19 600 метров. Аналогичной мерой был наклон барбета наружу, как на тяжелом крейсере "Уичита". Конус в 5° позволил сэкономить 19 мм, или 240 тонн водоизмещения корабля.
Наклонный пояс сам по себе создавал некоторые проблемы. Максимальная ширина по ватерлинии была установлена Панамским каналом, и борт с поясом были наклонены внутрь. В результате, ширина на ватерлинии была несколько уменьшена. Более того, если бы уклон продолжался ниже ватерлинии, объема было бы недостаточно для защиты от торпед - как это было обнаружено британцами на линейном крейсере HMS Hood и, если уж на то пошло, американцами при проектировании линейного крейсера 1919 года. Решение во всех трех случаях было одним и тем же: наложение булей для восстановления подводного объема. В схеме «III» були фактически увеличили глубину подводной защиты по сравнению со схемами «I» и «II». Оказалось возможным установить дополнительную (пятую) переборку на траверзе носового и кормового отсеков. 200 тонн были сэкономлены за счет других мер по снижению веса. Конструкторы отметили, что, если этот вес был потрачен на броневой пояс, зона защиты могла бы быть расширена еще на 900 метров по внутреннему краю.
Бомбовая (верхняя) палуба была гораздо более радикальной идеей. Она предназначалась для защиты от крупных, легких, осколочно-фугасных бомб, которые могли быть остановлены 38- или 51-мм листами STS. Конструкторы C&R опасались, что, если такая палуба не будет оборудована, бомбы могут повредить несущие конструкции и верхнюю обшивку над главной броневой палубой, что приведет к образованию больших пробоин. Бронебойные бомбы пробивали бы броню достаточно легко, но бомбовая палуба взводила бы их взрыватели, и они взрывались бы, не причиняя вреда, на главной броневой палубе. Кроме того, снарядам, прошедшим через бомбовую палубу и поврежденными, будет труднее пробить броневую палубу под ним. Только снаряды, попавшие в броневую палубу через небронированный борт корабля, не будут повреждены. Они, в свою очередь, попадут во внешний край броневой палубы. Внутреннюю часть, которая была бы затенена бомбовой палубой, можно было бы сделать тоньше. В схеме «III» максимальная толщина броневой палубы, составлявшая 127-мм, сохранялась только на внешних 4,11 метрах. На протяжении 3,3 метров внутрь с каждого борта толщина была уменьшена до 114 мм, а на протяжении следующих 1,98 метров она утоньшалась до 91 мм в центральной части. За счет этих сокращений чистый прирост за счет размещения бомбовой палубы составил всего 35 тонн из общего веса палубной брони (без учета осколочной палубы), составляющего около 5550 тонн. Ожидалось, что с противоосколочной палубы можно будет снять еще 6,5 мм (150 тонн) с учетом дополнительной защиты. Позже пришлось сократить гораздо больше. С другой стороны, пространство за двумя броневыми палубами было необходимо прикрыть 25-мм противоосколочной палубой.
Наклонный пояс и бомбовая палуба были характерны для всех более поздних проектов американских линкоров.
Башни главного калибра были опущены на своих барбетах ближе к палубе. Это стало возможным благодаря тому, что ранее действовавшее требование о наличии зазора под задней частью башни (для люка) было отменено, а дверь была вырезана в задней части башни (и, как следствие, была принята во внимание слабость конструкции). Это, в свою очередь, позволило понизить боевую рубку, высота которой была установлена в соответствии с требованием видеть башню №2. Такая экономия могла составить до 150 тонн. Высота самой башни была уменьшена за счет опускания ее задней части, при этом ее высота зависела от высоты командирской башенки на самой башне. Сама кабина наблюдения была опущена в углубленный выступ башни. Больше не было необходимости в зазоре под выступом башни (для люка). Теперь башня могла иметь плоскую крышу, которая в баллистическом отношении превосходила наклонную и, следовательно, была тоньше. За счет более тонких крыш, более низких барбетов и более низкой боевой рубки можно было бы сэкономить сотни тонн.
В схеме «IV» корпус был удлинен с прежних стандартных 216,41 до 220,98 метров, что позволило существенно снизить вес за счет снижения требуемой мощности. Более длинный корпус облегчал управление, особенно в плохую погоду, а также улучшал обитаемость. Однако сам корпус должен был бы быть тяжелее, он был бы менее маневренным, и было бы сложнее обеспечить достаточную подводную защиту. По всем этим причинам американские проектировщики утверждали, что “самый короткий корабль, способный развивать требуемую скорость и вмещать жизненно важных людей, имеет наименьшее водоизмещение». Предварительные исследования показали, что 216,41 метра будет вполне достаточно.
Все это было основано на одинаковых пропорциях броневых цитаделей. Однако, вес брони на самом деле можно было уменьшить, удлинив корпус. То есть, когда длина корпуса увеличилась до 220,98 метров в схемах «IV» и «V», мощность снизилась на 10 000 лошадиных сил, а машинное отделение (отсюда и длина брони) сократилось на 2,4 метра. С другой стороны, необходимо было предусмотреть броневой пояс между главным поясом и броней рулевых механизмов. Это снизидо чистую экономию до 47 тонн. То есть вес корпуса должен был быть увеличен с 7 630 до 7 782 тонн, а следовательно, и количество корпусных деталей - с 1 730 до 1 760. Но 76 тонн было сэкономлено на защите (12 601 т уменьшено до 12 525 Т), 143 тонны - на механизмах (с 3 417 Т) и еще 20 тонн - на элементах корпуса, связанных с механизмами, таких как фундаменты. Кроме того, можно было бы исключить по одному из трех котлов в каждом из двух котельных отделений в средней части корабля. Из оставшихся двух можно было бы удалить лишние дымоходы, а разделительную палубу можно было бы восстановить. В удлиненной схеме «IV» запас по схеме III можно было бы восстановить до реалистичного значения.
Бюро вооружений все равно предпочло бы 406-мм пушку, и вариант «V» был вооружен восемью пушками калибра 16 дюймов/45 мм (которые весили примерно столько же, сколько девять 356-мм/50 мм), но защищена только от огня 356-мм орудий. При предварительном проектировании было решено отказаться от скорости в пользу брони, уменьшив 216,41-метровый корпус на одну длину котельного отделения до 201,17 м (130 000 л.с., 27 узлов). В декабре 1935 года был разработан проект с двумя трехорудийными башнями в носовой части и одной двухорудийной в кормовой части, обеспечивающий защиту на расстоянии от 17 400 до 27 400 метров. Позже вместо них были предложены две четырехорудийные башни. В общих чертах эти результаты близки к тому, что позже стало кораблями типа South Dakota, хотя из сохранившихся документов ясно, что между этими двумя конструкциями не было никакой связи. Схема «V» была тесной, и у нее была самая короткая длина брони - 61 процент (против 61,2 в схеме «IV», следующей по величине). Более того, ее защита против 356-мм орудий не могла быть удовлетворительной, пока иностранные военно-морские силы могли строить линкоры с 406-мм вооружением.
Схема «IV», несомненно, была лучшей из всех, и 3 января 1936 года Генеральный совет выбрал ее в качестве основы для дальнейшего развития. Несмотря на то, что она была явно чрезвычайно сложной, правление потребовало значительных улучшений. Требовалось шестнадцать 127-мм/38 орудий, поскольку двенадцати принятых ранее казалось слишком мало, учитывая размеры батареи, уже установленной на более ранних линкорах. К марту предварительные характеристики предусматривали наличие двадцати 127-мм орудий, комбинацию одиночных установок и четырех, шести или восьми спаренных установок. Они будут дополнены двумя счетверенными 28-мм автоматами и, по меньшей мере, восемью 12,7-мм пулеметами. Зона защиты от нового 356-мм орудия должна была составлять от 17 400 до 27 400 метров, скорость - 30 узлов, дальность плавания - 15 000 миль при скорости 15 узлов.
Генеральный совет не в полной мере учел уроки предыдущих проектов. Он неофициально запросило новую серию эскизных проектов с четырьмя башнями, которые стали схемами «IV-A» и «IV-B». В отделе предварительных проектов также была разработана схема «VII», возвращающая к старым двенадцатипушечным малоскоростным (22 узла) кораблям, и «VIII», промежуточный десятипушечный тип. И «VII», и «VIII» были трехбашенными. Таким образом, «VII» представляет собой интересное сравнение с реально построенным двенадцатипушечным кораблем. Однако, основная линия развития была продолжена в трех эскизных проектах, представленных в апреле, - схемы «IV-A», «IV-B» и «IV-C».
Как и следовало ожидать, эти корабли были чрезвычайно компактными. Например, чтобы разместить дополнительные 127-мм установки в схеме «IV», в предварительном проекте пришлось отказаться от 28-мм установок, несмотря на желание использовать и то, и другое. Хуже того, было обнаружено, что низкоскоростное старое 356-мм орудие на самом деле пробивает палубную броню эффективнее, чем высокоскоростное новое 356-мм/50, поскольку его снаряд падает более круто и, следовательно, ударяется о палубу под углом, близким к вертикали. Теперь это стало стандартом для внешнего края защитной зоны, и у проекта «IV-A» была повышена до 19 600 - 24 700 метров, несмотря на увеличение брони палубы до 66-102 мм, уложенную на 38-мм подкладку. Схема «IV-B» имела восемь спаренных 127-мм/38 установок, а схема «IV-C» - шесть спаренных и восемь одиночных установок. Только для 127-мм орудий это означало в общей сложности 805 тонн в «IV-B» и 861 в «IV-C», по сравнению с 597 в «IV-C» и «IV», без учета боеприпасов: 500 снарядов на орудие в «IV» (304 тонны), 450 в «IV-C» (438 тонн). В каждом случае боезапас включал в себя 800 осветительных снарядов на корабль.
Конструкторы C&R жаловались, что в водоизмещение 35 000 тонн ее просили вместить британский HMS Hood, уравновесив преимущества более раннего корабля в 5000-6000 тонн улучшениями в конструкции механизмов и использованием трехорудийных, а не двухорудийных башен. Более того, от запаса прочности пришлось отказаться. Например, «противоторпедная переборка предназначена для поражения только одной торпедой в заданной точке. Бортовой пояс имеет достаточный надводный борт, чтобы удержать тяжелую защитную палубу над водой после попадания одной торпеды...». Мощности хватало для достижения требуемой скорости только на спокойной воде с чистым днищем.
Даже в этом случае требования Генерального совета не могли быть выполнены. Например, увеличение толщины пояса до 340 мм, чтобы соответствовать стандарту ближней границы зоны неуязвимости в 17 400 метров, обошлось бы в 270 тонн, увеличение палубы на 12,5 мм - еще в 400 тонн, увеличение количества 127-мм орудий - в 398 тонн, увеличение глубины корпуса, чтобы учесть неясности в определениях стандартного и боевого водоизмещения - еще 360, желание Бюро вооружений использовать 152-мм, а не 76-мм броню легкой части барбетов, еще 140 тонн. Это и другие прямые увеличения составили бы 2075 тонн, а фактическое увеличение водоизмещения было бы намного больше.
Конструкторам C&R нужен был выход. Одной из возможностей было сократить количество барбетов и башен, используя две четырехорудийных вместо трех трехорудийных («IX-A», «IX-B» и «IX-C»). Веса было достаточно, чтобы обеспечить полную защиту пояса («IX-B») и даже двадцати 127-мм пушек («IX-C»), хотя в последнем случае это стоило почти всего запаса водоизмещения. В «IX-D» палубная броня была увеличена за счет брони противоосколочной палубы и дополнительных боеприпасов, а в «IX-E» обе четырехорудийные башни были установлены в носовой части. Теперь пришлось поднять барбет башни №2, что привело к увеличению веса брони. Запас веса, который у «IX-C» достиг минимума в 145 тонн, снизился с 456 тонн у «IX-D» до 395 тонн. Все эти варианты имели скорость 30 узлов и 220,98-м длину. Ни один из вариантов, по-видимому, не был удовлетворительным.
Теперь Генеральный совет начал сомневаться в своей приверженности к очень высоким скоростям. 15 мая он запросил девятипушечный корабль, который бы уступал в скорости (27 узлов) бронированию. Вариациями на эту тему должны были стать добавление десятого орудия и потеря или выигрыш в пол-узла скорости. На схеме «X-A» десятое орудие было добавлено путем замены одной носовой трехорудийной башни на четырехорудийную. Длина и мощность могли быть уменьшены (210,31 м, 112 500 л.с. 26,8 тыс. тонн). Броня примерно соответствовала стандартам совета. Генеральный совет надеялся сэкономить больше веса, убрав бомбовую палубу, но конструкторы утверждали, что почти столько же обшивки требовалось просто для прочности конструкции. Скорость по-прежнему казалась низкой, и в схеме «XI-A» корабль был удлинен до 215,19 метра («XI-A») за счет поясной брони - 333 мм уменьшены до 321 мм, что отодвинуло ближнюю границу зоны неуязвимости с 17 800 до 18 600 метров. «X-B» и «XI-B» были девятиорудийными аналогами, обладали несколько большей мощностью, а у «X-B» поясная броня была на 6,25 мм больше. На варианте «XII» была проверена возможность того, что дальнейшее небольшое снижение скорости (до 26,6 узлов) добавит брони.
Конструкторы посчитали, что вариант «XII» слишком сильно пожертвовал защитой и что, возможно, есть какой-то способ увеличить скорость с минимальными затратами. Это означало, что для моделей «XIII» (девять орудий) и «XIV» (десять) пришлось вернуться к длине 252,3 метра. Теперь мощность в 123 000 л.с., почти такая же, как у «XI-A», позволяла развивать скорость 28,5 узлов. Экономия веса включала в себя отказ от четырех одноствольных 127-мм/38 орудий. Кроме того, было отменено требование о том, чтобы башня №1 могла вести огонь прямо по носу на нулевом угле возвышения. Теперь эту башню можно было опустить на 2,4-2,7 метра, что существенно экономило броню барбета и боевой рубки. Дополнительное орудие в «XIV» было приобретено за счет устранения кормовой рубки и КДП управления, которое в значительной степени способствовала провалу первоначальной схемы «I». В качестве альтернативы, в «XIII-A» вес дополнительных КДП и рубки пошел на более мощные механизмы, позволившие развить скорость 30 узлов при 150 000 л.с. Вариант «XIII-B» был эквивалентен «XIII», за исключением того, что была добавлена 12,5 мм к толщине бомбовой палубы.
Конструкторы также разработали эскиз более длинного (225,55 м) корпуса, который мог бы развивать скорость 29 узлов при первоначальных 123 000 л.с., с одиннадцатью орудиями (две четырехорудийные башни, носовая и кормовая), но это было непрактично. Однако его одиннадцатиствольная батарея была привлекательной, и она появилась в следующем серьезном эскизном проекте, «XV», в начале июня 1936 года. В то время также рассматривались варианты с девятью, десятью и двенадцатью («XV-E») орудиями.
Отдел Предварительного проектирования описывал «IX-D» и «IX-E» как подчеркивающие скорость и защиту в ущерб огневой мощи, «XIII» и его производные - как более или менее сбалансированные компромиссы, а «XIV» - как подчеркивающие огневую мощь в ущерб скорости. К этому времени Генеральный совет склонялся к относительно медленным одиннадцати- и двенадцатипушечным проектам. Недовольный доводами о запасе водоизмещения, совет приказал C&R переработать «XV» и «XV-E», распределив запас в 450 тонн между защитными элементами. Существование этих схем побудило совет опубликовать 25 июня новые предварительные характеристики.
Они требовали корабль со скоростью 28,5 узлов, оснащенный одиннадцатью 356-мм орудиями и шестнадцатью 127-мм/38 универсалками (из них двенадцать в спаренных установках), при этом вес был снижен за счет ограничения боезапаса (в стандартном водоизмещении) до 900 356-мм и 6800 127-мм, хотя вместимость погребов была намного больше. В соответствии с опытом C&R, четырехствольные 28-мм автоматы были бы исключены из проекта, а единственной легкой зенитной батареей были бы восемь пулеметов калибра 12,7 мм. Зона защиты должна была простираться от 17 400 до 27 400 метров (30 200 м для погребов). С бомбовой палубой для этого потребовалась бы основная броневая палуба толщиной 142-159 мм и противоосколочная палуба толщиной 19-32 мм. Главным достижением C&R стало то, что максимальная скорость должна была быть рассчитана с учетом полной загрузки масла, запасов и боеприпасов.
В своем сопроводительном письме министру военно-морского флота председатель Генерального совета отметил, что обычный запас по весу был отменен, так что, возможно, в ходе проектирования потребуется уменьшить некоторые характеристики, чтобы остаться в пределах установленных договором ограничений. В этом случае Генеральный совет предложил сократить количество 356-мм орудий с 11 до 10, а не снижать защиту. С другой стороны, возможно, путем доработки конструкции, увеличить главный калибр до двенадцати орудий. Представитель CNO неофициально добавил, что был бы рад получить дополнительное орудие в ущерб скорости. Однако, по крайней мере на первый взгляд, эти характеристики, казалось, подтверждали мнение конструкторов о том, что конструкция линкора может сочетать эффективную защиту, умеренно высокую скорость и главный калибр. Преобладание в проектах 356-мм орудия было обусловлено скорее переговорами по Лондонскому договору, чем каким-либо техническим решением. Бюро вооружений по-прежнему отдавал предпочтение 406-мм орудию.
В результате предварительного проектирования скорость «XV-E» снизилась до 217,63 м и 27 узлов (согласно схеме «XVI», 20 августа 1936 г.). Снижение защиты не предусматривалось, отчасти потому, что только что были обнаружены две новые угрозы. Модельные испытания показали, что на высокой скорости, от 20 до 27 узлов, система волн, создаваемых кораблем, обнажала части нижнего края пояса спереди и сзади, к сожалению, как раз напротив погребов. В то же время Бюро Вооружений обнаружило, что подводные попадания снарядов представляют серьезную угрозу в диапазоне дальности от 18 300 до 27 400 метров. Наиболее логичным решением были бы внутренние броневые переборки напротив погребов, но конструкторы опасались, что такие жесткие конструкции сделают систему противоторпеднгой защиты неэффективной. Инженеры Бюро вооружений также опасались, что конструкция с разделенной броней, используемая для расчета преимуществ бомбовой палубы, была чрезмерно оптимистичной. Наконец, бюро предположило, что было бы неправильно сужать нижнюю кромку передней поперечной переборки (носового траверза) ниже ватерлинии, чтобы она соответствовала сужающейся поясной броне. Очевидно, что снаряды, пролетающие сквозь воду и попадающие в пояс, теряют мощность, но этого нельзя сказать о снарядах, пробивающих мягкую носовую часть корабля и попадающих в траверз.
Конструкция и без того была сложной, и каждое предложение грозило сделать ее совершенно непрактичной. Например, более глубокий пояс в носовой и кормовой частях (1,34 и 1,13 метра соответственно) обошелся бы в 490 тонн. Внутренние переборки толщиной около 76 мм обошлись бы еще в 787 тонн, а на главную броневую палубу пришлось бы добавить около 340 тонн. Несмотря на это, 7 августа Бюро вооружений согласилось уменьшить толщину противоосколочной палубы до 12,5 мм, по сравнению с 32 мм для погребов и 19 мм в других частях схемы «XVI». Однако прочность конструкции требовала как минимум 16 мм во всех местах и увеличения жесткости противоторпедных переборок еще на 3,2 мм, так что было сэкономлено всего 118 тонн. В то же время, из-за того, что Бюро вооружений настаивал заднем директоре, экономия из-за ликвидации его башни составила всего 50 тонн. Биро вооружений начал требовать второй центральный артиллерийский пост, несмотря на то, что это повлекло бы за собой проблему с объемом. Инженерное бюро было готово заменить прежние восемь котлов шестью, сэкономив 1,8 м длины силовой установки из 56 и, возможно, 100 тонн веса, но были веские эксплуатационные причины отдать предпочтение восьми котлам.
Суть этой довольно длинной и противоречивой истории дизайна заключается в том, что, хотя в некоторых из этих проектов можно было увидеть будущий линкор типа North Carolina, на самом деле это было не так. Генеральный совет никогда не был до конца уверен в том, от чего он готов отказаться, чтобы создать корабль в рамках ограниченного договором водоизмещения. По мере того, как менялся его состав, менялись и его идеи. Быстроходный крупный корабль с девятью орудиями и скоростью 30 узлов, но с хорошей защитой, в конечном счете был отвергнут в пользу корабля, который пожертвовал скоростью и защитой ради огневой мощи, что было беспрецедентным сочетанием в разработке американских крупных кораблей.
В октябре в рамках предварительного проектирования могут быть предложены три альтернативных варианта. Во-первых, можно было бы в некоторой степени восстановить скорость, вернув длину до 220,98 метра. Исходя из этого, можно было бы установить одиннадцать 356-мм орудий, но тогда толщина пояса составляла бы всего 257 мм (что эквивалентно внутренней границе зоны неуязвимости в 22 900 метров), и дополнительной подводной защиты не было бы. Одиннадцатое орудие можно было обменять на дополнительные 86 мм брони (граница сдвигалась к 17 100 метров). Десятое орудие можно было обменять на увеличенную скорость (30 узлов) и 2,5 мм брони (граница с 16 900 брони). Проект получил индекс «XVI-C». Все три варианта включали в себя обычную палубную броню, рассчитанную на дальнюю границу зоны неуязвимости в 27 400 метров, за исключением надстроек, где она была утолщена, чтобы сделать ее непробиваемой до 30 200.
5 ноября Генеральный совет в очередной раз изменил свое мнение и решительно высказался в пользу схемы «XVI-C», того же самого быстрого, хорошо защищенного, но относительно слабо вооруженного типа, который ранее был отвергнут при определении характеристик. И снова, как и в 1935 году, новый корабль воспринимался как специализированный корабль сопровождения авианосцев. Он был бы достаточно хорошо защищен, чтобы сражаться в строю, но при этом достаточно быстр, чтобы быть частью отдельного быстроходного крыла. Он также мог поддерживать легкие силы и рейдовые группы крейсеров. И снова, как и в 1935 году, такой корабль был необходим в операциях в течение длительного периода торговых войн, которые, как ожидалось, должны были предшествовать решающему сражению на линии фронта. Генеральный совет явно рассматривал его как специализированный проект, которого должно быть построено не более трех единиц. Но даже в этом случае нельзя было быть уверенным, что будущие корабли будут иметь такую же низкую скорость, как у существующей боевой линии линкоров США. Новые французские и итальянские корабли были очень быстрыми (около 30 узлов), и никто не знал, что планировали англичане или японцы.
Вариант «XVI» был отвергнут как «...не являющийся настоящим линкором...», слишком медленный и с недостаточной броней. Генеральный совет отдал предпочтение гораздо более быстрому «XVI-C», надеясь, что часть брони можно будет обменять на более сильную вспомогательную артиллерию. Предложение Бюро вооружений о замене 356-мм орудий 406-мм было отклонено.
Однако адмирал Дж. М. Ривз из Генерального совета, и который, кроме того, отвечал за большую часть разработки тактики авианосцев США, утверждал, что «XVI-C» не был ни достаточно быстрым, чтобы сопровождать авианосцы, ни достаточно мощным, чтобы оправдать свою высокую стоимость. Вместо этого он хотел модифицировать проект «XVI», чтобы обеспечить дополнительную подводную защиту, усиление которой, как показали испытания Бюро вооружений, было необходимо. Пояс, закрывавший как механизмы, так и погреба, был резко уменьшен (до 284 мм, что обеспечивает ближнюю границу зоны неуязвимости более 21 000 метров), а защита погребов была усилена за счет локальных вставок внутренней брони (так что на расстоянии более 17 400 метров они были неуязвимы как для надводных, так и для подводных попаданий). В то же время внешний край защитной зоны был увеличен с 25 800 до 27 400 метров для машин и 30 200 для погребов. То есть заданные характеристики были не совсем достижимы при ограниченном водоизмещении. В октябре Генеральному совету пришлось провести еще один заказ проектов.
Ривз убедил CNO адмирала У. Х. Стэндли (который был исполняющим обязанности министра военно-морского флота). Хотя Генеральный совет высказался в пользу проекта «XVI-C», секретарь подписал пересмотренные характеристики с дополнительной оговоркой о возможности замены запланированных четырехорудийных 356-мм башен трехорудийными 406-мм, «если это будет сочтено желательным». На самом деле это означало, следует ли ссылаться на пункт об освобождении от ограничений, содержащийся в договоре 1936 года. Это было сделано только в марте 1937 года.
Конструкция линкора, ставшего впоследствиитипом North Carolina, теперь была в значительной степени изменена. На совещании с CNO 18 ноября C&R попросили добавить несколько последних штрихов: еще четыре универсальных орудия, более толстый пояс, чтобы внутренняя граница зоны поражения была одинаковой на расстоянии 18 300 метров, более высокий барбет для башни №2, чтобы она могла вести огонь поверх башни №1 и для того, чтобы его можно было передвинуть ближе к башне №1, оставив больше места для механизмов и надстройки между башнями №2 и №3. Конечно, этих небольших улучшений можно было бы добиться за счет незначительного снижения мощности и, следовательно, скорости.
Этого не произошло. Схема «XVI» была чрезвычайно жесткой. Для 217,62-метрового корпуса, который планировался тогда, усовершенствования обошлись бы в общей сложности в 782 тонны, что приравнивалось к снижению (для довольно легкой силовой установки) мощности до 65 000 л.с. (24 узла). Даже в этом случае была бы потеряна слишком большая метацентрическая высота. В качестве альтернативы, корпус можно было бы укоротить до 213,40 метра, что привело бы к значительному стеснению при и без того тесной конструкции. При тогдашнем весе линкор, возможно, могло развивать мощность 87 000 л.с. (25,25 узла), но не было уверенности в том, что для такой установки хватит внутреннего объема.
В связи с этим компания C&R предложила свести изменения к минимуму. Утолщение пояса может обойтись в 379 тонн. Замена четырех одиночных 127-мм установок четырьмя незащищенными спаренными обойдется еще в 88 тонн. Конструкция и без того была довольно плотной, но конструкторам показалось разумным довести ее до финальной стадии проектирования, а затем урезать, уменьшив часть веса брони. Руководство C&R очень хотела избежать подъема башни №2, поскольку это одновременно значительно увеличило бы вес и уменьшило метацентрическую высоту.
Теперь бюро представило детальный проект как Генеральному совету, так и другим техническим бюро. По сути, это был утвержденный проект, поэтому его стоит описать более подробно. По сравнению с поздними версиями схемы «XVI», она (и ее преемники) включали в себя пояс с более глубоким уклоном (13°, а не 10°). Это увеличение (которое было изменено до 15° осенью 1937 года) было направлено на то, чтобы вернуть внутреннюю границу защитной зоны на расстояние 18 300 метров при минимальных затратах веса. Участки брони у погребов представляли собой 95-мм пластины, истончающиеся до 51 мм, и были примерно параллельны по наклону поясу, хотя и ниже и располагались внутри корпуса.
Пояс был сконструирован таким образом, чтобы выступать на 1,98 м выше максимальной осадки (11,07 м) в боевом состоянии и на такую же глубину ниже минимальной осадки в конце длительного боя (9,47 м). Таким образом, высоты в 4,3 м было бы достаточно. Величина в 1,89 м была выбрана таким образом, чтобы ни один из концов пояса не был полностью погружен под воду или обнажен в результате попадания одной торпеды перед контрзатоплением. Нижняя кромка пояса была сформирована таким образом, чтобы закрывать впадины в профиле волны на скорости до 27 узлов. В проектных документах не указывалось на увеличение водоизмещения в связи с вводом в эксплуатацию новых кораблей, хотя уже тогда становилось ясно, что это было серьезной проблемой для старых линкоров. Что касается различий в водоизмещении, то проектировщики утверждали, что им нужно было учитывать только 0,38-метровую разницу в осадке между кораблем, вступающим в бой, и кораблем, израсходовавшим большую часть своих боеприпасов.
Противоторпедные переборки были наклонены параллельно броневому поясу, чтобы увеличить глубину системы в направлении трюма. Как и в предыдущих проектах, переборок было четыре, а жидкость теперь заливалась в два, а не в три слоя. Контрольные испытания показали, что система будут работать в соответствии с проектом. Ожидалось, что линкор выдержит три попадания торпед в один борт, прежде чем станет неустойчивым или потеряет достаточную плавучесть, чтобы затонуть. Особое внимание было уделено борьбе с затоплением. Ожидалось, что крен из-за затопления в результате попадания торпеды может быть устранен менее чем за пять минут. Третья палуба была палубой контроля повреждений, то есть водонепроницаемой палубой, которая, как ожидалось, не будет затоплена в случае подводных повреждений. Все переборки под ним не были пробиты, так что это была самая нижняя палуба, по которой люди могли проходить от носа до кормы.
Палуба над погребами была утолщена с указанных 28 до 51 мм, остальные толщины остались на уровне 19 мм за противоторпедными переборками и 16 мм у механизмов.
В первоначальном проекте шесть универсальных установок были защищены 63-мм листами STS, но остальные четыре, расположенные палубой выше, имели только защиту от осколков и непогоды. Позже все они были унифицированы (50 мм стали STS), что обошлось в 117 тонн. По-видимому, это было оправдано в основном для упрощения производства. Легкая зенитная батарея была рассчитана на восемнадцать 12,7-мм пулеметов, четырнадцать из которых были установлены на переносных ручных установках. Четыре счетверенных 28-мм автоматов находились на надстройке. Автоматов и пулеметов было больше, чем зенитных орудий. Они также предназначались для борьбы с торпедными катерами, которые в 1937 году считались главной угрозой для крупных кораблей в прибрежных водах. Поэтому две 28-мм установки из них были расположены таким образом, чтобы могли вести огонь через нос даже при нулевом угле возвышения.
Все боеприпасы крупного калибра были размещены на первой и второй платформах, значительно ниже ватерлинии, для защиты от артиллерийского огня. Хотя боекомплект был достаточно большим - 1400 356-мм боевых снарядов на корабль и 25-30 учебных снарядов на орудие, плюс 8800 127-мм патронов, или 440 патронов на орудие, - большая его часть не учитывалась в стандартном водоизмещении.
Главный калибр должны были обслуживать три директора (КДП): один на верхнем уровне боевой рубки, один в носовой части надстройки и один на кормовой надстройке. Четыре директора универсального калибра находились на большом расстоянии друг от друга, так что, вероятно, удачным попаданием могло быть уничтожено не более одного. Кроме того, два КДП должны быть доступны в любом направлении, чтобы корабль мог одновременно поражать надводные и воздушные цели, то есть чтобы можно было в полной мере использовать возможности универсальной артиллерии в случае, если противник сможет координировать воздушные и надводные атаки.
На протяжении большей части периода проектирования предполагалось, что энергетическая установка будет разделена на отдельные машинные и котельные отделения. Например, в августе 1936 года расположение чередующихся машинных и котельных отделений сравнивалось с более легким расположением, при котором два котельных отделения (каждое с четырьмя котлами) были расположены между двумя машинными отделениями. Однако к январю 1937 года проект предусматривал создание агрегата, каждый из четырех блоков которого содержал турбины высокого и низкого давления, приводящие в движение гребной вал через двухступенчатые редукторы, турбогенератор, другие вспомогательные устройства и два паровых котла, питаемые четырьмя турбовентиляторами. Турбина заднего хода, мощностью 8000 л.с., была встроена в корпус турбины низкого давления, а турбина экономического хода - в корпус турбины высокого давления. Поскольку каждый агрегат был автономным, эффект от попадания одной торпеды был сведен к минимуму. Эта разделенная на две части установка требовала двух дымовых труб, и было невозможно обеспечить защиту от попаданий, которая ранее была стандартной на линкорах США. На борту было четыре турбогенератора и три дизель-генератора, один из которых находился на корме. В ходе разработки проекта предполагалось установить четвертый дизель-генератор в кормовой части. Из-за перегруженности корпуса кормовое дизельное отделение находилось за кормовой башней[14].
Первоначально проект предусматривал силовая установка мощностью в 115 000 лошадиных сил, скорость в 27 узлов, при использовании обычных котлов средней температуры и среднего давления. Однако проектирование этих кораблей совпало с внедрением на эсминцах США высокотемпературных паровых установок высокого давления. Весь этот вопрос вызвал большие споры. Контр-адмирал Х.Г.Боуэн, который в качестве начальника инженерного бюро отвечал за это изменение, предположил, что некоторые судоверфи, производившие обычные турбины для своих кораблей, не хотели отказываться от них. Все турбины высокого давления были изготовлены компаниями «Westinghouse» и «General Electric». К тому же в 1937 году еще не было накоплено достаточного опыта эксплуатации новых эсминцев типа Mahan и более поздних типов. Опыт эксплуатации электростанций на суше показал, что эффективность повысилась бы, а новые высокоскоростные турбины были бы намного легче, но были сильные опасения, ведь боевые корабли слишком важны, чтобы быть объектом экспериментов. В конечном счете Буэнг одержал победу, хотя и не без борьбы. Давление пара должно было составлять около 40 атм. и 454°C, в отличие от 20 атм./300°C на недавно построенных тяжелых крейсерах и 27,5 атм./342°C на новейших авианосцах типа Yorktown . Однако из-за того, что улучшенные условия подачи пара были утверждены лишь на очень позднем этапе проектирования, турбины пришлось проектировать для более низких давления и температуры, и часть ожидаемого выигрыша была утрачена. Еще в ноябре 1936 года Буэнг утверждал, что внедрение радикальной установки мощностью 82,5 атм./510°C позволит сэкономить около 8 процентов (250 тонн) по сравнению с запланированной на тот момент установкой мощностью 41 атм./371°C. Потребление нефти сократилось бы примерно на 10 процентов. В то время казалось, что установка мощностью 120 000 л.с. может быть заменена на запланированную установку мощностью 115 000 л.с. Однако чуть более года спустя бюро было настроено гораздо оптимистичнее. Оно полагало, что мощность можно увеличить до 130 000 л.с. без каких-либо затрат на пространство или вес, если использовать пар при температуре 454°C. В начале следующего года технические характеристики оборудования были изменены в связи с повышением температуры, но мощность по контракту была увеличена только до 121 000 л.с., а частота вращения гребных винтов - со 192 до 199 оборотов в минуту.
В отличие от более ранних линкоров США, эти корабли имели продольный, а не поперечный набор. Это, в свою очередь, требовало глубоких поперечных шпангоутов, так что высота палубы должна была быть необычайно большой - 2,51 по диаметральной линии и 2,36 м по бортам. Большая высота палубы также была использована для обеспечения необходимой прочности надводного борта и балок. Это, в свою очередь, привело к созданию четырехэтажной надстройки в средней части корабля. В носовой части, где высота палубы должна была увеличиться еще больше из-за подъема носовой части, офицеры размещались на полубаке. Несмотря на это, места было так мало, что часть экипажа пришлось разместить спереди от носового траверза, а на второй палубе был устроен проход, чтобы не проходить через него. Членов экипажа также пришлось разместить на третьей палубе, в помещениях с искусственным освещением и вентиляцией. В конце концов, все люки пришлось убрать, так как они могли нарушали целостность 25-мм бомбовой палубы верхней части корабля.
Новые корабли также имели необычную форму корпуса: две внутренние шахты выходили из корпуса глубокими скегами, или килями. Серия корпусов, начатая в 1934 году, была основана на старых линейных крейсерах (позже авианосцах) типа Lexington, более коротких и с более полными обводами. Скоростные характеристики были намеренно принесены в жертву, чтобы обеспечить достаточный объем для защиты от торпед. В пояснительной записке к проекту, опубликованной в октябре 1935 года, отмечалось, что форма корпуса «...не обещает быть рекордной...». В ноябре 1937 года адмирал Дюбоуз, начальник отдела технического обеспечения, объяснил, что сдвоенные скеги обеспечивают достаточную защиту кормовых отсеков при одновременном уменьшении площади поперечного сечения корпуса в кормовой части чтобы уменьшить сопротивление на относительно быстроходном корабле. Благодаря уменьшению площади за счет туннеля, образованного скегами под корпусом, кормовая часть судна стала более широкой. Линкоры типа North Carolina были первым применением этой технологии, а последующий тип South Dakota был более экстремальной формой. Например, при на глубине 7,92 м у корабля с корпусом в форме двух скегов погреб башни №3 расположен на расстоянии 4,5 метра от внешнего борта, по сравнению с 3,3 м в более традиционном корпусе. Дюбоз также утверждал, что сдвоенные скеги помогут защитить боковые гребные винты и валы от взрывав в корме, поскольку одно попадание не повредит более двух из четырех валов.
Также утверждалось, что новая форма улучшила тяговую эффективность за счет более чистого течения в кормовой части. Дюбоз фактически заявил, что пропульсивный коэффициент составляет 0,602, по сравнению с 0,595 для обычной формы корпуса. Однако в окончательном проекте заявленный коэффициент составил всего 0,590, что не принесло никакого выигрыша. Все эти проекты показали улучшение по сравнению с более ранними формами скоростного корпуса, такими как у авианосцев типа Lexington (0,565). Дюбоуз отметил лишь, что в этом направлении он справился не так хорошо, как ожидалось, что является еще одним подтверждением того, что новая форма корпуса была выбрана в первую очередь для защиты. Защитная полнота в кормовой части была необходима только потому, что договорные ограничения вынудили проектировщиков принять очень тесную конструкцию.
Однако примерно с 1937 года отчеты C&R и BuShips о конструкции стали свидетельствовать о том, что скеги были разработаны специально для повышения эффективности движения. Считалось, что внутренние гребные винты на глубоких скегах будут вести себя как одиночные гребные винты. В отчете испытательного бассейна за 1945 год отмечалось, что «...хотя первые испытания модели показали, что этого достичь не удастся, глубокие скеги, тем не менее, были сохранены, чтобы служить в качестве килей... для увеличения продольной жесткости балки судна... и для защиты от торпед гребных винтов...».
Были некоторые опасения по поводу поперечной вибрации, связанной с необычной формой корпуса. В 1937 году конструкторы, выступая перед Генеральным советом, пошли на определенные меры, чтобы доказать, что необычной вибрации не будет. На самом деле этого не произошло - оба линкора испытывали продольную вибрацию и в течение некоторого времени находились под ограничениями скорости.
Сдвоенные рули обеспечивали отличную управляемость. Когда в 1942 году USS Washington входил в состав британского флота Метрополии, он мог легко маневрировать внутри строя британских авианосцев и линкоров, и британские военно-морские конструкторы подверглись жесткой критике по этому поводу. Их защита заключалась в том, что ценой быстрого поворота была более низкая максимальная скорость. Они также ссылались на характеристики британских кораблей времен Первой мировой войны, у которых были сдвоенные рули и которые имели сопоставимые радиусы поворота на сопоставимых скоростях.
Строительство и испытания
Как первые линкоры, построенные Соединенными Штатами с 1921 года, линкоры типа North Carolina вызывали споры. Поскольку президент Рузвельт не хотел расстраивать пацифистские настроения в Соединенных Штатах во время выборов 1936 года, он отложил постройку двух новых линкоров под номерами BB-55 и BB-56 из запланированной программы 1937-го финансового года в программу 1938-го финансового года. В законе от 3 июня 1936 года конкретно говорилось, что «...разрешается ввод в строй... не более двух крупных кораблей, и это может быть осуществлено только в том случае, если президент определит... что любая из других держав, подписавших Лондонcкий Договор, приступит к строительству нового капитального корабля...».
Президент Рузвельт дождался окончания выборов 1936 года, чтобы подтвердить это. Однако, как только был получен заказ, работы начались очень быстро. USS North Carolina была заложена на военно-морской верфи в Нью-Йорке в октябре 1937 года и достроена в сентябре 1941 года. На самом деле она была достроена гораздо раньше, но в течение нескольких месяцев не могла вступить в строй из-за проблем с вибрацией.
Решение в пользу 406-мм орудий (применение положения об скользящей шкале) было, пожалуй, еще более деликатным. Франция, Великобритания и Соединенные Штаты подписали новый Лондонский договор, включающий положение об скользящей шкале, 25 марта 1936 года. Хотя Япония отказалась гарантировать соблюдение договорных ограничений, президент Рузвельт не хотел прибегать к исключительной оговорке в год выборов. Он продолжал настаивать на этом даже после выборов. Соединенные Штаты не могли легко отказаться от усилий по контролю над вооружениями. В отсутствие очень четких доказательств намерений и действий Японии, которые чрезвычайно трудно получить в условиях японской секретности, Конгресс вряд ли разрешит использовать положение о калибре оружия или увеличении тоннажа. Более того, общественное мнение в Соединенных Штатах решительно выступало против любых расходов на вооружение, не говоря уже о линкорах, и особенно на любые линкоры, выходящие за рамки договорных ограничений.
Хотя Генеральный совет настаивал на установке 406-мм орудий 29 марта 1937 года, министр военно-морского флота утвердил эту рекомендацию только 15 июля, и приказы верфям были отданы только после того, как был заложен киль первого корабля, USS North Carolina. Аналогичным образом, разработка проекта следующего класса, которым стали корабли типа South Dakota, показали наличие 356-мм орудий еще в июле 1937 года.
Исследования, проведенные Бюро вооружений и Военно-морским колледжем, а также эксперименты на полигоне, показали, что девять 406-мм орудий обеспечат гораздо большую наступательную мощь, чем двенадцать 356-мм орудий. Скорострельность от этого пострадает незначительно, если вообще пострадает, а тренировки на флоте показали, что огонь на самом деле будет более точным, потому что при меньшем количестве орудий будет легче заметить всплески. Более того, 356-мм четырехорудийная башня была бы гораздо более сложной конструкцией, чем трехорудийная. К тому же, Соединенные Штаты уже строили линкоры с построили тройные башни для линкоров и крейсеров.
С принятием на вооружение 406-мм орудия конструкция линкора типа North Carolina во многом приняла свой окончательный вид. Она была достаточно хорошо сбалансирована для защиты от 356-мм орудий, но теперь это было не так. Насколько точно было хуже, сказать трудно, поскольку в течение 1937 года толщина брони менялась то в одну, то в другую сторону. По состоянию на ноябрь, защита от существующего 406-мм орудия, стреляющего 1020-кг снарядом, оценивалась с точки зрения зоны поражения, в пределах от 19 200 до 25 300 метрами по погребам, по сравнению с 21 200-23 800 метрами по механизмам. В лучшем случае это разочаровывало, но конструкция была слишком продуманной (и слишком жесткой), чтобы что-то можно было изменить. Только в следующем классе (типе South Dakota) удалось добиться баланса защиты под огнем 406-мм снарядами.
Даже такой защиты было недостаточно против орудий, которые на самом деле несли эти корабли и которые стреляли не 1020-кг снарядами, а новым сверхтяжелым 1225-кг снарядом, предложенным Бюро Вооружений в 1937 году. Хотя новый «чемодан» был испытан только в 1939 году, проекты 1936-37 годов имели достаточную межпалубную высоту в погребах и подъемниках для его размещения. Бюро заявило, что его новый снаряд делает 406-мм пушку эквивалентной 457-мм орудию, которое предлагалось с 1916 года. Дальнобойность была бы принесена в жертву, но уже ходили слухи (которые оказались верными), что Япония решила принять на вооружение 460-мм орудие. По сравнению с обычным снарядом, сверхтяжелый снаряд падал более круто, пробивая палубу с большей эффективностью на максимальной дальности. Это было бы особенно ценно, если бы, как полагали многие, большая часть боевых действий происходила именно так и большинство дальних попаданий приходилось бы на палубу, а не на бортовую броню.
Еще одним показателем мощи 1225-кг снаряда было то, что только огромные корабли типа "Монтана" были спроектированы полностью защищенными от него.
Несмотря на предложения Генерального совета о том, что Соединенные Штаты должны быть готовы принять 10-процентный перевес в своих новых линкорах, администрация очень хотела оставаться в рамках договора. К 26 апреля 1937 года подробные оценки веса показали, что проектное превышение веса составляло 435 тонн, или более 1 процента. Это еще не включало предлагаемую защиту для всех 127-мм установок, или утолщение тонких частей барбетов с 51 до 76 мм, или перенос всей толщины барбета по передним сторонам, чтобы улучшить зону защиты от огня на курсовом углу цели в 60°. Эти усовершенствования позволили бы добавить еще 193 тонны, в общей сложности 628 тонн.
Бюро предложило несколько незначительных сокращений веса: все 127-мм установки будут защищены 51-мм, а не 63-мм плитами STS (46 тонн). Аналогичным образом была снижена защита от осколков в их погрузочно-разгрузочных помещениях (а также в местах установки флагов, радио- и сигнальных укрытиях) (161 тонна). Сужение бортового пояса при осадке в 9,47 м, а не на 0,91 м ниже (110 тонн). Сняты шесть 12,7-мм пулеметов (13 тонн). Таким образом, оставалось сократить вес на 298 тонн, и казалось, что этот вес может быть получен только за счет основной брони. Бюро предложило сократить на 2% все, кроме осколочной брони и конструкций, непосредственно влияющих на структурную целостность корабля. Этот шаг был оправдан тем, что, поскольку общая конструкция была хорошо сбалансирована, сокращение автоматически сохраняло ее баланс. Зона поражения, в то время все еще рассчитываемая на огонь 356-мм снарядами, сократилась бы примерно на 450 метров по внутренним и на 270 - по внешним краям. В качестве альтернативы, вырез может быть ограничен тяжелой кованой броней (пояс, башни, верхние барбеты, переборки). Это означало бы снижение веса на 4% и 800 метров в зоне иммунитета. Аналогичное сокращение палуб и осколочной брони стоило бы 600 метров на внешнем краю зоны иммунитета.
1 мая 1937 года Генеральный совет и министр военно-морского флота одобрили общее сокращение на 2%. Однако на этом история не закончилась. Судя по всему, во флоте роптали по поводу необычно высокой скорости новых кораблей, а также их недостаточной защиты от огня 406-мм орудий. Поэтому 8 октября 1937 года помощник министра военно-морского флота созвал специальный консультативный совет по проектированию линкоров, в состав которого вошли Уильям Ф. Гиббс, известный военно-морской конструктор, Уильям Ховгаард, декан факультета американских военно-морских архитекторов, Джон Ф. Мэттен, президент Нью-Йоркской судостроительной корпорации («New York Shipbuilding Corp.»), Джозеф У. Пауэлл (председатель правления) и адмирал в отставке Джозеф Штраус, бывший глава Бюро вооружений.
Комиссия сочла, что защита почти достаточна, но предложила расширить корпус на 25 мм к борту, чтобы сместить внутреннюю границу защитной зоны. Кроме того, оказалось, что еще «осталось немного жира», который можно было бы удалить с корабля, более тщательно рассчитав стандартное водоизмещение. Комиссия подсчитала, что около 360 тонн можно было бы использовать для увеличения скорости до 29,4 узла. Это было бы связано с уменьшением характеристик обитаемости, обычно перевозимых запасов (62 тонны при соблюдении единого стандарта двухмесячных запасов), в питьевой воде (100 тонн из 136, учитывая мощность дистилляционной установки) и других запасов, которые в военное время не перевозились бы и, следовательно, не должны были учитываться при общем стандартном тоннаже (25 тонн, чисто для экономии бумаги), даже магазины которые обычно перевозятся для торговли на борту (10 тонн из 30). Важным моментом в каждом случае было то, что стандартное водоизмещение определялось как водоизмещение корабля, готового к бою, но без мазута и запасной питательной воды, а не как его водоизмещение в мирное время, без учета этих жидкостей. Следовательно, водоизмещение должно быть рассчитано на основе упрощенного снабжения. Существенная экономия веса уже была достигнута за счет ограничения теоретического стандартного боезапаса главного калибра до 75 снарядов на орудие.
Генеральный совет рассматривал эти 360 тонн как возможность компенсировать потери в защите, понесенные ранее. Он не хотел увеличивать скорость новых линкоров. Ранее в этом году комитет задал нескольким видным офицерам вопрос о том, должны ли новые корабли стать стандартом скорости для любого нового линейного корабля или они должны представлять собой быстроходное крыло линейного флота. Общий вывод состоял в том, что 27 узлов - это полезная линейная скорость и что не следует допускать более низких скоростей. Однако не было высказано никаких мнений в пользу какого-либо снижения уровня защиты. Поэтому совет предпочел добавить броню: удалось люки и иллюминаторы в бортах и палубе, а пояс был фактически утолщен с 284 до 310 мм. Как и в случае с бортовым поясом, толщина палубы была одинаковой как для оборудования, так и для магазинов: 127 мм внутри (91-мм броня на 36-мм подложке из стали STS) и 140 мм снаружи (104-мм броня на той же подложке).
Подобные споры по поводу очень малого веса были типичны для периода действия договора. Ирония заключается в том, что корабли очень редко достраивались до проектного тоннажа. По данным Бюро конструирования на декабрь 1941 года, еще до того, как в военное время было увеличено водоизмещение, корабли типа North Carolina имели около 36 600 тонн в стандартном водоизмещении. Как видно из приведенного выше обсуждения, само определение стандартного водоизмещения было достаточно неоднозначным, чтобы допускать перемещение вверх или вниз на тысячи тонн.
| Бортовой номер и название |
Верфь-строитель | Заложен | Спущен на воду |
Закончен постройкой |
|---|---|---|---|---|
| ВВ-55 USS North Carolina | «New York Navy Yard», Нью-Йорк | 27.10.1937 | 13.06.1940 | 09.04.1941 |
| ВВ-56 USS Washington | «Philadelphia Navy Yard», Филадельфия | 14.06.1938 | 01.06.1940 | 15.05.1941 |
Предварительные заводские испытания обоих кораблей выявили сильную продольную вибрацию. По состоянию на июнь 1941 года, хотя оба они были введены в эксплуатацию, ни один из них не был испытан на полную мощность. Во время первых ходовых испытаний USS North Carolina разогналась до 70 000 л.с. (около 25 узлов), после чего «...возникла неожиданная продольная вибрация, из-за которой дальнейшая работа на более высокой скорости казалась нецелесообразной...». Вибрации распространялись по самим гребным валам, вплоть до креплений валов, зубчатой передачи и даже самих турбин. Были установлены специальные приборы, и судно разогнали до 90 000 лошадиных сил (более 26 узлов) в надежде выяснить причину этого. Ряд экспертов, находившихся на борту, сочли, что, хотя судно может развивать максимальную скорость в аварийной ситуации, «...опасность повреждения механизмов действительно существует, и ... непрерывная эксплуатация до принятия корректирующих мер должна быть ограничена скоростью не более 23 узлов...». USS Washington столкнулся с аналогичными проблемами во время своих первых испытаний на мощности более 100 000 л.с. и скорости около 27 узлов. В то время ожидалось, что скорость составит 28 узлов при максимальной мощности в 120 000 л.с.
Проблема, должно быть, была ужасающей. Если ее не решить, два самых современных линкора США не смогут взаимодействовать с быстроходными авианосцами. Методы проектирования, которые привели к созданию новой формы корпуса и облегченного оборудования нового поколения, были применены на большом количестве других кораблей, включая еще три класса линейных кораблей. Таким образом, можно было предположить, что вся современная боевая линия США[15] потерпит неудачу. В письме от 24 июня 1941 года сенатору Дэвиду И.Уолш, министр военно-морского флота Фрэнк Нокс, описал вибрацию как «...совершенно неожиданную и не испытывавшуюся ранее в такой степени, чтобы привлечь или потребовать внимания. Причину нелегко определить, поскольку она является результатом резонанса в очень сложной массивно-упругой системе гребных винтов, валов, механизмов и корпуса, с вибрационными импульсами, которые всегда присутствуют в той или иной степени при работе гребного винта, который обязательно имеет небольшое количество лопастей для достижения приемлемой эффективности.» Сами гребные валы вибрировали. Госсекретарь Нокс описал три варианта решения проблемы: новые гребные винты, более жесткие основания механизмов, опорные и упорные подшипники валов, и последний считался наиболее перспективным. Позднее в том же году легкому крейсеру "Атланта" также потребовалась расширенная модификация для устранения серьезной проблемы с вибрацией. Форма его корпуса была совершенно иной, но конструкция корпуса была схожей по концепции, и на нем использовалось такое же оборудование нового поколения.
| Предварительный проект (схема XVI) |
Контрактные характеристики |
USS North Carolina после достройки | |
|---|---|---|---|
| Водоизмещение (стандартное/ полное), т |
35 000/ | 35 000/42 330 | 36 600/44 800 |
| Размерения, м | 217,6×32,0×9,88 | 217,6×31,78×10,97 | 217,51×31,85×9,64 |
| Мощность, л.с./ скорость, узлы |
115 000/27 | 115 000/27,5 | 121 000/27 |
| Дальность, миль (узлов) |
15 000 (15) | 17 450 (15) | 17 450 (15) |
| Вооружение | 12 (3×4) — 356-мм/50 Mark B, 16 (6×2+4×1) — 127-мм/38 Mark 12, 16 (4×4) — 28-мм/75 Mark 1 8 (8×1) — 12,7-мм/72 Browning |
12 (3×4) — 356-мм/50 Mark B, 20 (10×2) — 127-мм/38 Mark 12, 16 (4×4) — 28-мм/75 Mark 1, 18 (18×1) — 12,7-мм/72 Browning |
9 (3×3) — 406-мм/45 Mark 6, 20 (10×2) — 127-мм/38 Mark 12, 16 (4×4) — 28-мм/75 Mark 1, 12 (12×1) — 12,7-мм/72 Browning |
| Толщина пояса, мм (15°) |
285 | 297 | 305 |
| Башни (лоб/крыша/ барбеты), мм |
406/203/381 | 406/198/381 | 406/178 /406 |
| Палубы (главная/ противооскол.), мм |
130/16 и 6 | суммарно 160 над погребами, 135 над МКО |
127-140/37 и 16-19 (суммарно 180-196) |
Описание конструкции
| Внутреннее устройство линкора USS North Carolina. |
|---|
 |
Корпус
По корпусу и общему расположению первые договорные линкоры типа North Carolina представляли собой совершенно новую разработку. Прежде всего бросается в глаза гладкопалубная конструкция без обычного для кораблей-предшественников длинного полубака. Набор корпуса USS North Carolina и USS Washington выполнялся по продольной схеме, а не по поперечной, как это практиковалось ранее. Стандартное водоизмещение на момент укомплектования составляло 36600 т, а нормальное - 43282 т. Максимальное водоизмещение в 1942 году устанавливалось на уровне 44800 т, а на конец войны было повышено до 45370 т. Длина по ватерлинии и максимальная - 217,5 м и 222,2 м. Ширина - соответственно 31,85 м и 33,03 м. Глубина корпуса по миделю - 14,99 м. Высота надводного борта при нормальном водоизмещении - 8,94 м в носу и 5,89 м в корме. Осадка в разные времена варьировалась в пределах 9,5-10 м.
В подводной части носовая оконечность имела бульб, снижающий волновое сопротивление. Шпангоуты, числом 179, нумеровались с носа. Шпация составляла четыре фута, или 1,219 м. Межпалубные расстояния оказались сравнительно большими - у бортов и в диаметральной плоскости 2,41 и 2,52 м соответственно. Наружные борта, включая подводную часть, имели сложную форму с 15-градусным наклоном в области броневого пояса и выпуклыми скругленными булями.
В качестве конструкционного материала в основном использовалась сталь HTS[16]. Широко применялась также STS - на долю этой стали специальной обработки приходилось 469 т или 28,5% от общего веса наружной обшивки в 1642,8 т.
Подводная часть корпуса в корме имела необычную форму - из четырех гребных валов два внутренних проходили сквозь скеги, образующие 6-метровый коридор. Эти выступы корпуса, напоминающие кили, являлись продолжением противоторпедных переборок и предназначались для достижения сравнительно высоких характеристик обтекания. Кроме того, скеги служили опорами при постановке в док. Между шпангоутами №68 и №121 были устроены скуловые кили.
В корпусе имелось три палубы, две платформы, трюм и тройное дно. Первая палуба, она же главная, верхняя, или бомбовая, плавно поднималась к носу чуть более, чем на три метра. Подъем начинался примерно от носовой надстройки. Весь кормовой участок (от шп.74 или чуть ранее) шел параллельно ватерлинии. Ниже располагалась вторая палуба, являвшаяся главной броневой. Она была горизонтальной на протяжении цитадели. В корме за броневым траверсом имелся наклонный участок с подъемом вверх, несколько уменьшавший межпалубное расстояние над ним. Далее вторая палуба шла параллельно первой до самого ахтерштевня. В носовой части за броневой цитаделью также имелся наклонный участок, но гораздо более короткий, чем в корме, и отклоняющийся вниз. Тем самым увеличивался промежуток между первой и второй палубами. Далее две верхних палубы шли параллельно с подъемом к форштевню. Носовой увеличенный межпапубный промежуток делился пополам так называемой полупалубой. Она простиралась от носа до барбета первой башни и служила жилым пространством для командного состава, имевшего каюты также уровнем ниже. Третья, или осколочная, палуба была параллельна второй практически на всем протяжении. Ниже следовали первая и вторая платформы и трюм (палуба трюма). На уровне цитадели имелось тройное дно, переходящее в двойное в оконечностях.
Силуэт надстроек ограничивали с двух сторон 406-мм башни. На корме стояли две пороховые катапульты типа P Mark-4 и самолетный кран. Там же открыто хранились 2-3 гидросамолета Vought OS2U «Kingfisher». Нижний уровень надстройки примыкал к барбету первой башни главного калибра и заканчивался в корме перед тыльным свесом третьей башни. По ширине надстройка не доходила до бортов примерно на 4,5 м. В ней побортно имелись полукруглые вырезы в районе шпангоутов 91-96 и 104-109 для четырех двухорудийных 127-мм башен. Еще шесть таких же универсальных установок размещались уровнем выше. Между двумя кормовыми парами этих 127-мм башен из надстройки поднимались кожухи верхней части дымоходов. Чуть выше они переходили в две дымовые трубы. К кормовой трубе примыкала одноопорная грот-мачта скромных габаритов с легкой платформой и небольшой стеньгой. Фок представлял собой короткую мачту, поднимающуюся вверх от кормовой части платформы, расположенной на пятом уровне башнеобразной носовой надстройки. Это массивное сооружение имело форму вытянутой вверх слегка наклоненной к носу пирамидальной конструкции со скругленными ребрами и базировалось на уровне 03 основной надстройки. А всего таких этажей (надстроечных уровней) было 10 с учетом «башни-пирамиды». Во внутренних помещениях нулевого уровня надстройки, совпадающего с главной палубой, располагались большая кают-компания, часть помещений для старших офицеров, несколько матросских кубриков, складские отсеки для боеприпасов и ряд мастерских по техническому обслуживанию и ремонту. Жилое пространство большинства старшин и матросов было устроено на второй и третьей палубах. Апартаменты командира и адмирал находились в надстройке - на уровнях 01 и 02. «Башню-пирамиду» опоясывали различные мостики и платформы. На ее верхнем ярусе был установлен носовой поворотный командно-дальномерный пост (КДП, или директор) главного калибра с артиллерийским радаром и антеннами на крыше. На самой вершине находился пост наблюдения за небом. Аналогичный КДП главного калибра стоял на кормовой надстройке в семи метрах от второй трубы, уступая ей по высоте примерно 3,5 метра. На ходу оптика оказывалась ниже дыма. Третий КДП главного калибра располагался на боевой рубке, поднимавшейся от носовой надстройки выше второй 406-мм башни. Далее следовал навигационный мостик со штурманской рубкой. Профиль носовой части завершал КДП универсальной артиллерии, находившийся уровнем выше в четырех метрах от пирамидальной башни. Еще три таких же директора 127-мм орудий располагались по ромбической схеме перед кормовым КДП главного калибра и по бортам у носовой дымовой трубы.
Бронирование
Общий вес брони на USS North Carolina и USS Washington, включая палубы и переборки ПТЗ (противоторпедной защиты), составлял около 37% нормального водоизмещения. Это было значительно меньше, чем у стандартных линкоров США. Например, доля броневого тоннажа кораблей типа «Теннесси» и типа «Колорадо» составляла 43,4%.
Как обычно в наиболее ответственных местах использовалась поверхностно-укрепленная броня класса «А». Все остальное прикрывалось гомогенными плитами класса «В» или более тонкой сталью STS, либо оставалось без прикрытия по принципу «все или ничего». Зона свободного маневрирования USS North Carolina и USS Washington под обстрелом 680-кг снарядами американских 356-мм/50 орудий с начальной скоростью 823 м/с простиралась от 18,3 до 27,4 км (до 30,2 км по погребам). Палубное бронирование могло выдержать попадание 725-кг бронебойной бомбы, сброшенной с высоты не более 2670 м.
Броневая цитадель охватывала центральную часть корабля по границе погребов концевых башен главного калибра. Ее длина составляла 136 м. По вертикали главный пояс начинался от второй (броневой) палубы и спускался вниз на 5,5 метра. Он формировался из брони класса «А» толщиной 305 мм, установленной с наружным наклоном в 15° на двухдюймовой бетонной подушке и 19-мм обшивке из STS. При нормальном водоизмещении ниже ватерлинии находилось 2,7 метра пояса. Примерно от первой трети подводного участка начиналось клинообразное уменьшение толщины поясной брони вплоть до 168 мм по нижней кромке.
В носу и корме цитадель перекрывалась траверсной броней класса «А», имевшей толщину 282 мм. Ниже первой платформы носовой, а ниже третьей палубы кормовой траверсы проходили не от борта до борта, а между внутренними переборками системы ПТЗ. Таким образом, первый опускался на одно межпалубное пространство ниже второго. Это связано с тем, что за кормовым траверсом и цитаделью находился мощно бронированный отсек рулевых машин. За вторым и перед третьим барбетами главного калибра ниже 3-й палубы проходили еще два траверза толщиной 49 мм, между которыми располагалась энергетическая установка и вспомогательные механизмы. В районе башен главного калибра имелся нижний внутренний пояс толщиной 95-51 мм брони (класс «В», или STS) с утолщением к оконечностям. Он предназначался для защиты от поднырнувших снарядов самого уязвимого места корабля - пороховых погребов. Борт выше пояса и вне его над ватерлинией формировался из 25-мм STS.
Отделение рулевых машин и приводов, расположенное за цитаделью в корме на уровне 1-й платформы, защищалось с бортов 378-мм плитами класса «А», не доходящими до бортов, а также двумя 282-мм траверзами, формирующими мощный броневой ящик. Он надежно прикрывал столь важные для корабля устройства. Кормовой траверс формировал тыльную стенку броневого ящика, а носовой состоял из двух участков от стенок до бортов, компенсируя отсутствие на этом уровне траверсной брони цитадели в пределах структуры ПТЗ.
Основное бронирование верхней или бомбовой палубы простиралось от носовых погребов до отсека рулевых машин и состояло из 37 мм листов STS. К носу толщина брони уменьшалась до 25, а затем до 19 мм. В корме верхняя палуба была 6-мм. Главной задачей этой палубы над цитаделью являлось взведение взрывателей бронебойных снарядов и бомб, чтобы их детонация происходила над второй или броневой палубой, которая лежала на верхней кромке поясных плит. В пределах цитадели 2-я палуба состояла из двух слоев. Верхний имел толщину 91-104 мм (рост от диаметрали к бортам), а нижний - 36 мм. Третья или осколочная палуба - 19 мм у бортов и 16 мм в районе диаметральной плоскости (некоторые источники приписывают этой палубе толщину 49,5 мм в районе погребов). Суммарно над цитаделью имелось 196 мм горизонтальной брони у бортов и 180 мм в районе диаметральной плоскости, где присутствовал защитный эффект, создаваемый надстройками. За кормовым траверсом броневая палуба продолжалось участком толщиной 152 мм, прикрывающим отделение рулевых механизмов. Пол этого отделения формировался из 49-мм стали STS.
Артиллерия главного калибра была защищена весьма солидно. Башни имели лобовые, боковые и задние стенки толщиной 406, 300 и 249 мм соответственно. Крыши состояли из 7-дюймовой (178 мм) брони класса «В». Лобовые плиты башен также выполнялись из гомогенного броневого материала, поскольку, будучи скошенными под углом в 35°, они поражались вражескими снарядами в условиях, близких к нормали. В иных местах, чаще подверженных попаданиям под углом менее 70°, применялась поверхностно-укрепленная броня класса «А».
Толщина барбетов выше второй (главной броневой) палубы с боковых сторон составляла 406 мм. В районе диаметральной плоскости стенки концевых барбетов формировались из 373-мм плит, а обращенные друг к другу и к миделю ослаблялись до 292 мм ввиду перекрытия надстройкой или соседним барбетом. Ниже второй палубы защита барбетов состояла из двух слоев расширяющихся книзу колец - 73-мм наружного и 37-мм внутреннего. Под третьей (осколочной) палубой имелись только броневые кольца толщиной 37 мм. Башни и барбеты универсальной артиллерии (от верхней до второй палубы для внешних установок и только выше верхней палубы для стоящих на первом уровне надстройки) защищались 49,5-мм плитами STS. Их толщина уменьшалась до 36 мм в местах, прикрытых соседней установкой.
Боевая рубка имела двухэтажную структуру с толщиной стен 406 мм с боков и 373 мм с фронта и тыла, 178-мм крышей и 100-мм полом. Коммуникационная труба, идущая от боевой рубки до второй палубы, была тяжело бронирована. Толщина ее стенок составляла 356 мм. Башенки директоров главного и универсального калибров и идущие от них к цитадели коммуникационные трубы имели прикрытие из 37-мм листов STS.
Противоторпедная защита была спроектирована в расчете на сопротивляемость взрыву боевой части торпед, эквивалентному 318 кг TNT. Конструкция ПТЗ относилась к стандартному для американских линкоров типу слоистой системы с булями и пятью противоторпедными переборками на большей части цитадели. Два внешних отсека, включая полость буля, были пустыми. Следующие два заполнялись топливом или забортной водой. Последний внутренний отсек, ограниченный трюмной переборкой, оставался пустым. Обшивка буля была 16-миллиметровой, а переборки от борта к диаметрали имели толщину 9,5, 9,5, 16, 19 и 11 мм. В районе погребов ПТЗ состояла всего из четырех слоев. Внешние отсеки здесь сохранялись пустыми. Уменьшение глубины ПТЗ в этих местах компенсировалось тем, что роль последней внутренней перегородки играл нижний пояс.
Энергетическая установка и ходовые качества
Главная энергетическая установка (ГЭУ) USS Washington и USS North Carolina компоновалась по эшелонной схеме в четырех отсеках или машинно-котельных отделениях. Каждое из них содержало турбоагрегат (турбины высокого и низкого давления), два котла с четырьмя устройствами наддува, турбогенератор и другие вспомогательные механизмы. Турбина заднего хода мощностью 8 000 л.с. была встроена в корпус турбины низкого давления, а крейсерская ступень - в турбину высокого давления. Все четыре отделения ГЭУ работали независимо друг от друга. Это существенно снижало риск потери хода при торпедном попадании. Следствием разнесения котлов по большой длине, занимаемой четырьмя отсеками, стало применение двух дымовых труб.
Каждый из восьми 3-коллекторных котлов типа «Express» компании «Babcock & Wilcox» имел по две форсунки, два дымохода и перегреватели стандартного образца. Они работали при давлении 40,43 атмосферы и температуре 454,4°C. Важным шагом было введение на котлах двойной оболочки, что значительно снизило уровень шума и позволило подогревать воздух до подхода к форсункам. Тем самым повышался КПД.
В каждом отсеке энергетической установки с противоположного борта от двух котлов находился турбозубчатый агрегат (ТЗА) фирмы «General Electric» с турбинами импульсного типа. Турбины высокого и низкого давления, а также заднего хода имели соответственно по двенадцать, шесть и три ступени при максимальной скорости вращения 5904, 4937 и 3299 оборотов в минуту. Применялись 2-ступенчатые зубчатые редукторы для снижения этих скоростей до величин, обеспечивающих эффективную работу винтов. Нормальная мощность четырех турбоагрегатов составляла 115 000 л.с., что должно было обеспечивать скорость в 27,5 узла при 199 оборотах винтов в минуту. Котлы имели максимальное рабочее давление в 43,3 атмосферы и могли в течение двух часов обеспечивать на валах мощность 121 000 л.с. (122 678 метрических л.с.).
Вследствие примененной компоновки ГЭУ длина валопроводов оказалась сравнительно большой. Кроме того, они не были симметричными. Несмотря на тщательную статическую и динамическую балансировку винтов, на кораблях имелись серьезные вопросы с вибрацией. По состоянию на июнь 1941 года, хотя линкоры USS North Carolina и USS Washington были укомплектованы, ни один из них еще не проходил испытания на полной мощности ГЭУ.
Совещание Бюро конструирования, представителей опытового бассейна и верфи ВМС из Филадельфии, прошедшее в июле 1941 года, пришло к выводу, что вибрация, ощущаемая в механизмах и системах управления огнем, может быть вызвана чередованием тяги гребных винтов. Предполагалось, что увеличение числа лопастей на внутренних валах до пяти улучшит условия, поскольку так же, как увеличение до четырех помогло с валами на кронштейнах. Более радикальные шаги, такие как установка ограничительных блоков на туннелях гребных валов, можно было бы отложить. Замена гребных винтов, теоретически, позволила бы снизить частоту, создаваемую движением их лопастей, в сторону от некоторого резонанса в конструкции корабля. Корабли оснащались трехлопастными гребными винтами на внешних валах и четырехлопастными гребными винтами на внутренних. В июне 1941 года были проведены испытания с трехлопастными винтами, диаметр которых был уменьшен с 5,26 м до 5 м и заменены на четырехлопастные. Большая часть этой работы была выполнена на борту USS North Carolina, которая совершала так много однодневных рейсов из Нью-Йоркской гавани, что ее прозвали «Выставочной лодкой».
1 августа 1941 года министр военно-морского флота смог доложить конгрессмену Карлу Винсону из комитета по военно-морским делам Палаты представителей, что USS Washington «...снова действовал на море в полную силу с очень большим улучшением... ожидается дальнейшее улучшение...» 3 августа стало возможным провести заводские испытания при мощности 123 850 л.с. и водоизмещении 44 400 тонн. В декабре USS Washington выходил в море с четырехлопастными подвесными и пятилопастными внутренними гребными винтами. 19 февраля 1942 года он провел испытания на полную мощность с помощью прокладок между редуктором и турбинами, достигнув 127 100 лошадиных сил при водоизмещении 44 000 тонн. На следующий день, когда со всех валов, кроме вала №4, были сняты распорки (ограничительные блоки), он заработал на полную мощность - 121 000 л.с. (191,4 об/мин). Скорость невозможно было точно измерить, но 2 декабря USS Washington развил 121 100 л.с. (196,5 об/мин) при водоизмещении 42 000 тонн, а в бортовой журнал были записаны 25,9 узла.
Несмотря на это, кормовой КДП по-прежнему сильно вибрировал. В конечном итоге пришлось укрепить корпуса турбины и редуктора. Для КДП управления огнем потребовались внешние крепления, которые хорошо видны на фотографиях кораблей. Вплоть до 1943 года гребные винты все еще менялись. В сентябре 1943 года на кораблях появились внутренние трехлопастные гребные винты уменьшенного диаметра, и внешние четырехлопастные гребные винты, и планировалось установить пятилопастные гребные винты. Когда USS Washington служил в британском флоте Метрополии в 1942 году, у него все еще были проблемы. Британский директор по военно-морскому строительству (DNC) заметил в следующем году, что «...понятно, что условия по-прежнему не очень хороши на полном ходу...».
Когда 30 сентября 1941 года USS North Carolina проводила ходовые испытания в Гуантанамо во время своего пробного похода, она развила скорость 26,15 узла при водоизмещении 43 166 тонн и 199,1 оборотах в минуту (максимальная скорость не зарегистрирована). USS Washington вышел из Филадельфии 1 декабря, еще не проводивший ходовые испытания, но сопровождавшие его эсминцы сообщили, что его скорость составляла от 28 до 28,2 узлов при водоизмещении 42 100 тонн. Испытания на полную мощность, проведенные 27 декабря 1941 года, показали меньшую вибрацию, чем раньше, и, как правило, до скорости 24 узла. Скорость линкора составляла около 27,1 узла при водоизмещении 45 000 тонн на полной мощности.
Вибрация так и не была полностью устранена. В апреле 1944 года USS Washington провел специальные испытания на вибрацию в заливе Пьюджет-Саунд. В отчетных документах указывались 4,674-метровые внутренние и 5,067-метровые внешние (все 4-лопастные). На официальных испытаниях USS Washington, имея водоизмещение 43166 т, развил на полной мощности скорость 26,15 узла. В отчете модельного бассейна Дэвиду Тейлору говорилось, что проблема была частично решена, но вибрация со скоростью от 17 до 20 узлов по-прежнему оставалась неприемлемой.
Максимальная зарегистрированная скорость на службе составила 27,3 узла. Основываясь на 4-месячном опыте непрерывных боевых действий USS Washington в 1942 году, его дальность плавания удалось уточнить. С нормальным запасом мазута в 5550 т он мог пройти 13500, 8640, 4925 и 3456 миль соответственно на 15, 20, 25 и 27 узлах. При максимально возможном запасе топлива в 7554 т показатели дальности хода на тех же скоростях составляли 18375, 11 800, 6700 и 4698 миль.
Как и другие классы военных кораблей США, эти линкоры значительно выросли в весе за время войны. К 1945 году их водоизмещение с полной загрузкой составило около 46 800 тонн, что на 960 тонн больше, чем в сентябре 1941 года. На тот момент оба линкора были признаны способными развивать скорость 26,4 узла при полной мощности и полной нагрузке, что примерно соответствует 27,3 узлам при проектном испытательном показателе в 42 100 тонн. Аналогичная цифра была получена в результате модельных испытаний в бассейне: данные по линкорам за 1945 год показывают скорость 27,6 узлов при водоизмещении 42 000 тонн. В то время, когда все американские военные корабли быстро набирали вес, Бюро конструирования присвоено предельное (то есть максимально желательное) водоизмещение в 48 000 тонн (осадка 10,77 м, бронированный надводный борт 1,70 м).
Вспомогательное оборудование
Имелось два полубалансирных руля - каждый площадью 28,1 м² с углом поворота по 36,5° на оба борта. Они стояли бок о бок в струе внутренних винтов, что обеспечивало им высокую эффективность. Управляемость обоих кораблей заслуживала хорошей оценки. Во время испытаний на 26-узловом ходу USS Washington показал радиус поворота в 604 м.
Кроме четырех турбогенераторов мощностью по 1250 кВт, которые стояли в отсеках ГЭУ, каждый корабль имел четыре дизель-генератора по 850 кВт и еще два аварийных по 200 кВт. Напряжение в сети переменного тока составляло 450 В. Дизель-генераторы располагались в отделениях под носовой надстройкой вместе с двумя испарителями, а также за кормовой башней ГК. Пиковая потребляемая мощность составляла 8400 кВт.
Для связи с берегом и спасения экипажа на борту имелись соответствующие плавсредства. Согласно первоначальному проекту в мирное время предусматривалось более десятка шлюпок и катеров. Для работы с ними служили два массивных крана по бортам от кормового КДП главного калибра. Однако линкоры вошли в строй, когда США уже воевали. В боевой обстановке шлюпки создавали больше проблем, чем пользы. Их число подлежало сокращению до минимума. Оба линкора сохранили свои два массивных лодочных крана на протяжении всей войны, несмотря на планы по демонтажу одного из них. Линкоры типа Норт Каролайна в 1942 году несли 40-футовый баркас на 90 человек, пару 26-футовых 22-местных моторных вельботов и 24-футовую шлюпку на 10 мест. Имелось также несколько десятков спасательных плотиков вместимостью соответственно 60, 40 и 23 человека.
Экипаж
По первоначальному проекту экипаж насчитывал 1880 человек, в том числе 108 офицеров и 1772 матроса.
Организационная структура линкора включала семь боевых частей (БЧ): штурманская, связи, живучести (Hull Department), артиллерийская, электромеханическая, медицинская и служба снабжения. Сюда не входили флагман со штабом, командир, старпом и капеллан с его помощником и 3-4 матросами, частично занятыми «воспитательной» работой. Более половины экипажа относилось к БЧ артиллерии, разделенной на 10 дивизионов: №№1-3 - башни ГК, №4 - зенитные автоматы, №5 и №6 - универсальные батареи правого и левого бортов, №7 - морская пехота (около 100 человек, которые по боевому расписанию входили в зенитные расчеты), дивизионы «F» - управление огнем, «I» - артиллерийские и обзорные радары и CIC, «V» - бортовая авиация. Электромеханическая боевая часть включала в себя четыре дивизиона: «А» - вспомогательные механизмы, «В» - котлы, «М» - машины, «Е» - электроснабжение. БЧ живучести (или корпуса) состояла из одного дивизиона «R». К нему же относился корабельный оркестр. Службу снабжения также представляла собой один дивизион «3», включавший в себя баталеров, работников пищеблока всех специальностей, прачечную, парикмахерскую, портняжную и сапожную мастерские. БЧ связи имела три дивизиона: «С1» - сигнальщики, «С2» - радисты, «СЗ» - писари.
Много сложностей и неудобств возникало по мере роста экипажа, связанного с обычным для всех линкоров США усилением легкой зенитной артиллерии, радиолокационных и иных средств управления. К концы войны экипаж линкора USS North Carolina насчитывал 2 2339 человек, из них 144 офицера и 2195 матроса. В 1947 году на USS North Carolina было 1774 человека (135 офицеров и 1639 матросов), на USS Washington - 1989 (146 офицеров и 1843 матроса). Снижение численности экипажа после окончания войны связано с демонтажем 20-мм автоматов и устаревшего электронного оборудования с кораблей.
Вооружение
Артиллерия главного калибра
Основная статья: 406-мм/45 орудие Mark 6
Линейные корабли типа North Carolina получил новейший комплекс вооружения и по его мощи превосходили все иностранные линкоры 35000-тонного «договорного» класса. Главный калибр состоял из девяти 406-мм 45-калиберных орудий 16"/45 Mark 6, разработанных в конце 1938 года Бюро вооружений ВМС США и принятая на вооружение в 1941 году. Девять 406-мм/50 орудие Mark 7 установленных в трех трехорудийных башнях, были расположены: две - линейно-возвышенно в носу и одна в корме. Ствол орудия Mark 6 состоял из лейнера, фиксирующего кольца, внутренней трубы, трех скрепляющих цилиндров и двух колец, казенника и хомута в казенной части, соединенного с противооткатными устройствами.
406-мм/45 орудие Mark 6 имело истинный калибр 406,4 мм, полную длину 18 694 мм (46,00 калибров), длину тела ствола - 18 288 мм (45,00 калибров), длину нарезной части - 15 688 мм (38,55 калибра), хромированную часть ствола - 15 875 мм (39,06 калибра). Ствол имел 96 нарезов с постоянным шагом - 1 оборот на 25 калибров. Вес орудия без затвора - 97 231 кг. Объем зарядной каморы - 380,1 дм³. Рабочее давление в канале ствола - 2835 кг/см². Длина отката - 1219 мм. Расчетная живучесть ствола - 395 выстрелов полным зарядом. Скорострельность - 2 выстрела в минуту.
Боезапас 406-мм/45 орудий Mark 6 составлял 148 выстрелов на ствол - три погреба вмещали 1333 выстрела:. Имелись три типа боевых снарядов:
- бронебойный AP Mark 8 Mod 0-8 весом 1220 кг, длиной 1829 мм (4,5 калибра) и содержанием взрывчатого вещества Explosive D[17] 18,55 кг.
- бронебойный AP Mark 5 Mod 1-6 весом 1016 кг, длиной 1626 мм (4,0 калибра) и содержанием взрывчатого вещества Explosive D 15,2 кг[18].
- фугасный HC Mark 13 Mod 0-6 весом 862 кг, длиной 1626 мм (4,0 калибра) и содержанием взрывчатого вещества Explosive D 69,67 кг. Фугасные снаряды могли использоваться с ударными взрывателями (PD) или механическими взрывателями замедленного действия (MT, дистанционный взрыватель).
Внутри бронебойных снарядов между бронебойным наконечником и баллистическим обтекателем имелась полость, в которой помещалось 0,68-1,36 кг вещества, окрашивающего разрыв. Т.о. обеспечивалась весовая калибровка боеприпасов, а так же идентификация падений при стрельбе группы кораблей. В 1945 году разрывы USS North Carolina и USS Washington были соответственно зелеными и оранжевыми.
Кроме того, имелись практические снаряды - инертные[19] фугасные и бронебойные снаряды, оснащенные чувствительными взрывателями и небольшим зарядом дымного пороха, чтобы обозначить место падения.
Пороховой заряд выстрела 406-мм/45 орудия Mark 6 состоял из шести полузарядов в шелковых картузах и был чтрех видов:
- полный заряд для стрельбы бронебойными зарядами - 242,7 кг пороха марки SPD[20];
- уменьшенный заряд - 133,8 кг пороха марки SPD или SPDN/SPDF[21];
- уменьшенный беспламенный заряд - 142,9 кг пороха марки SPD 845[22] или SPCG[23].
Бронебойные снаряды AP Mark 8 406-мм/45 орудия Mark 6, при стрельбе полным зарядом, имели начальную скорость - 701 м/с. Дальность стрельбы при угле возвышения 45,00° - 33 741 м. При стрельбе облегченным фугасным снарядом начальная скорость увеличивалась до 803 м/с. Дальность стрельбы при угле возвышения 45,00° - 36 741 м. Время полета снарядов на максимальной дальности - 89,16 и 95,40 секунды соответственно. На дистанции 18300 м (20000 ярдов)[24] бронебойный снаряд 406-мм/45 орудия Mark 6 пробивал 448 мм вертикальной брони и 109 мм горизонтальной, на максимальной дальности (32 000 м) - 266 мм вертикальной и 268 мм горизонтальной.
Трехорудийные башни линкоров типа North Carolina весили около 1500 т каждая. Диаметр роликового погона составлял 10,49 м, внутренний диаметр барбета - 11,35 м. Башенная команда насчитывала двух офицеров и до 170 нижних чинов. Углы горизонтального наведения составляли ±150° от диаметральной плоскости. Орудия устанавливались в индивидуальных люльках, расстояние между осями стволов - 2970 мм. Угол вертикального наведения 1-й и 3-й башен - -2°...+45°, 2-й башни - -0°...+45°. Заряжание осуществлялось при фиксированном угле возвышения +5°. Все приводы - электро-гидравлические. Для горизонтальной наводки служил электродвигатель мощностью 300 л.с., для вертикальной - три мотора по 60 л.с., по одному на каждый ствол. Скорости наводки составляли: горизонтальной - 4°, вертикальной - 12° в секунду. Откат орудий при стрельбе - 1219 мм.
Универсальная артиллерия
Основная статья: 127-мм/38 орудие Mark 12
Универсальная артиллерия линейных кораблей типа North Carolina состояла из двадцати 127-мм орудий Мк-12 с длиной ствола 38 калибров - удачной универсальной пушки, устанавливавшейся практически на все строящиеся боевые корабли ВМС США. Орудия располагались в спаренных башнях Mark 28 Mod 0 - на головном линкоре имелось восемь установок, десять на остальных трех кораблях серии - по пять побортно от надстройки, в виде буквы W.
127-мм/38 орудие Мк-12 состояло из ствола-моноблока с внутренней хромированной поверхностью, вертикального клинового затвора, двух гидравлических тормоза отката и пневматического накатника. 127-мм/38 орудие Mark 12 имело истинный калибр 127 мм, полную длину 5 683 мм (44,75 калибра), длину тела ствола - 4 826 мм (38 калибров), длину нарезной части - 3 994 мм (31,45 калибра). Ствол имел 45 нарезов с постоянным шагом 1 оборот на 30 калибров (3 810 мм). Вес орудия без затвора - 1 810 кг. Объем зарядной каморы - 10,72 дм³. Рабочее давление в канале ствола - 2835 кг/см². Длина отката - 380 мм. Живучесть ствола - 4600 выстрелов полным зарядом. Скорострельность - 12-15 выстрелов в минуту на ствол.
Боезапас 127-мм/38 орудий Mark 12 составлял 500 выстрелов на ствол, из которых 50 находились в подбашенном перегрузочном отделении. Имелись два типа боевых снарядов:
- зенитный AAC Mark 34/35 весом 25 кг, длиной 527 мм, с содержанием взрывчатого вещества Explosive D 3,3 кг и головным дистанционным взрывателем и трассером.
- полубронебойный («общий») Common Mark 32 весом 24,5 кг, длиной 527 мм, с содержанием взрывчатого вещества Explosive D 1,2 кг и донным взрывателем.
Кроме того, имелся осветительный снаряд Mark 27 весом 24,7 кг, длиной 508 мм.
Пороховой заряд 127-мм/38 орудия Mark 12 весом 6,9-7,0 кг пороха SPD помещался в латунную гильзу типоразмера 127×679 мм, весом 5,58 кг. Кроме того, имелся беспламенный заряда из 7,8 кг пороха SPDF. Для осветительного снаряда имелся уменьшенный заряд.
Начальная скорость снарядов 792 м/с (изношенные стволы выдавали только 762 м/с), дальность стрельбы при угле возвышения ствола в 45° - 16 600 м (время полета 65 сек), досягаемость по высоте - 11 400 м (время полета 50 сек), полубронебойный снаряд на дистанции 3600 м пробивал 127 мм вертикальной брони, на 12 600 м - 25 мм палубной.
127-мм/38 орудия Mark 12 устанавливались в полностью закрытые двухорудийные башни модели Mark 28 Mod 0, прикрытие всех поверхностей составляли 64-мм листы стали STS. Установки весом 70 894 кг оснащались электрическим приводом горизонтального наведения и гидравлическими вертикального. Углы горизонтального наведения - ±80° от траверза, вертикального - -15°...+85°, скорость горизонтального наведения 25° в секунду, вертикального - 15° в секунду.
Каждое орудие в установке оснащалось гидравлическим досылателем и механическим установщиком дистанционных взрывателей.
Зенитные автоматы
Основные статьи: 12,7-мм/72 пулемет «Browning», 40-мм/56 автомат «Bofors», 28-мм/75 автомат Mark 1 и 20-мм/70 автомат «Oerlikon»
Состав легкого зенитного вооружения кораблей типа North Carolina с самого начала их службы не был одинаковым и по-разному менялся в ходе войны. Проектный вариант ПВО ближней зоны еще в достроечный период был признан недостаточным. Головной линкор серии вступил в строй, имея четыре счетверенных 28-мм автоматов («чикагские пианино») и 12 одинарных 12,7-мм/72 пулеметов Browning M1921.
28-мм/75 автомат Mark 1 был разработан в 1929 году, первые экземпляры испытывались на полигоне в 1931, в 1936 - принят на вооружение, однако, серийное производство в значимых количествах началось в 1940 году. Счетверенная установка 28-мм/75 автоматов так же модели Mark 1 весила около 4800 кг. Диапазон углов вертикального наведения - -15°...+110°, горизонтального - 360°. Скорость вертикального наведения - 24°/сек., горизонтального - 30°/сек. Установка могла наклоняться в диапазоне ±30°[25].
Скорострельность 28-мм автоматов составляла: практическая - 150, практическая - 100 выстрелов на ствол из-за частой смены 8-зарядных магазинов. К 28-мм автомату имелись патроны и различными типами фугасных снарядов. Вес патрона - 860 г, снаряда - 416 г, разрывного заряда - 15-17 г типа «D». Снаряды имели начальную скорость - 792 м/с, дальность стрельбы - 6 700 м, досягаемость по высоте - 5 700 м. Эффективные дальности были в 2-3 раза меньше. 28-мм автоматы изначально были признаны неудачными - кроме ненадежной работы автоматики, разрывной заряд был небольшим, тяжелы и неудобны в качестве оружия ручного наведения, автомат был сложен в производстве, хотя и имел несомненный плюс - отличные баллистические характеристики. Производство установок отставало от графика, а уже установленные на корабли, при первой возможности, меняли на 40-мм/56 «Bofors».
12,7-мм/72 пулемет Browning M1921 имел водяное охлаждение ствола, его вес составлял 35,8 кг, длина 142,24 см и 91,4 см ствол. На флоте пулемет устанавливался на вертлюжном станке и имел темп стрельбы 500-650 выстрелов в минуту. Пулеметные установки на крейсера Constitution были установлены на топе грот-мачты и на носовом мостике.
Боеприпас - патрон .50 BMG (12,7×99 мм) сконструировали в 1919 году, ориентируясь на мощный немецкий 13,2-мм противотанковый патрон. 12,7-мм патрон обеспечивал необходимую скорость пули в 823 м/с и пробивную силу. В результате бронебойная пуля пулемета Browning M1921 пробивала 19-мм бронеплиту на дальности 500 метров, со 100 м она уверенно пробивала 25-мм бронелист. При угле встречи 30° с 500 метров пробивалась броня толщиной 10 мм.
Уже вскоре после вступления в строй USS North Carolina и USS Washington количество 12,7-мм пулеметов начало увеличиваться. Линкоры начали получать 20-мм/70 автоматы «Oerlikon», а затем и счетверенные 40-мм/56 автоматы «Bofors». Общее число автоматов неуклонно увеличивалось, создавая вместе с многочисленной обслугой основную прибавку водоизмещения изрядно потяжелевших кораблей. В плотной надстройке проблему составляли острый дефицит места для малокалиберных зенитных средств и сложность организации их секторов обстрела.
40-мм/56 автомат был разработан в 1929-32 гг. шведской фирмой «Bofors» и к началу Второй Мировой войны поставлялся в два десятка стран, еще десять купили лицензию на производство. В США первый 40-мм автомат был выпущен в феврале 1942 года.
40-мм/56 автоматы «Bofors» с водяным охлаждением устанавливались в счетверенных установках Mark 2, весом около 11 000 кг. Установки имели круговые секторы обстрела, ограниченные надстройками, углы вертикального наведения - -15°...+90°. Электрические силовые приводы наведения обеспечивали скорость горизонтального наведения 26° в секунду, вертикального - 24° в секунду. Каждая установка обслуживалась расчетом из 11 человек: командир, два наводчика (вертикальный и горизонтальный) и восемь заряжающих.
Сам 40-мм автомат весил 522 кг, длину 3 780 мм, длину ствола 2 250 мм (56,25 калибра). Скорострельность составляла: техническая - 120 выстрелов в минуту на ствол, практическая - 80-90. Откат при стрельбе - около 200 мм. Боепитание автоматов осуществлялось обоймами на четыре патрона.
Патроны весом 2,15 кг, длиной 447,5 мм оснащались 0,9-кг осколочно-фугасными (67-68 г TNT) или бронебойными (твердотельный) снарядами с трассерами различных цветов. Начальная скорость обоих снарядов - 880 м/с. Дальность стрельбы при угле возвышения ствола 42° - 10 000 м, досягаемость по высоте - 7 000 м. Максимальная эффективная дальность стрельбы с использование директоров Mark 51 составляла 1370 метров. Бронепробиваемость бронебойным снарядом составляла 70 мм у дульного среза и 30 мм на дистанции 1852 м (10 кабельтовых). Боекомплект по проекту составлял 2000 патронов на ствол, однако постепенно увеличивался, занимая погреба 20-мм/70 автоматов «Oerlikon».
Швейцарская фирма «Oerlikon» разрабатывала 20-мм автоматы с конца 1920-х годов. В 1938 году была выпущена модификация «FFS», лицензионные копии которой разошлись по миру более чем двумя сотнями тысяч экземпляров. На линейных кораблях типа South Dakota 20-мм/70 автоматы «Oerlikon» были установлены в одноствольных тумбовых установках весом около 800 кг, расположенных на верхней палубе по всему кораблю.
Диапазон углов вертикального наведения - -5°...+87°, горизонтального - 360°. Установки имели ручные приводы наведения и скорости наводки зависели от выносливости наводчиков. Скорострельность 20-мм/70 автоматов «Oerlikon» составляла: техническая - 450, практическая - 250-320 выстрелов на ствол из-за смены 60-зарядных барабанных магазинов, замененных в конце войны на 100-зарядные. Установку обслуживали четыре человека: наводчик, он же командир расчета, его помощник и двое подносчиков боеприпасов.
К 20-мм автомату «Oerlikon» имелись бронебойно-трассирующие, осколочные и осколочно-трассирующие снаряды. Вес патрона - 241 г, снаряда - 123 г, трассера - 3-8 г, вес взрывчатки в осколочном снаряде - 11 г, в осколочно-трассирующем снаряде - 5 г. Снаряды имели начальную скорость - 835 м/с, дальность стрельбы - 4 300 м, досягаемость по высоте - 3 000 м. Эффективные дальности были в 2-3 раза меньше. Уже в середине Второй Мировой войны калибр 20-мм не удовлетворял моряков своей низкой останавливающей способностью - для гарантированного сбития одномоторного самолета требовалось до полусотни попаданий... Впрочем, 20-мм/70 автоматы «Oerlikon» оставались единственным оружием обороны, в случае обесточивания установок с силовыми приводами.
Средства управления огнем и электронные системы
Система управления огнем американских линкоров GFCS (Gun Fire Control System) для своего времени была весьма совершенной. В ее схеме исключительно важную роль играл центральный пост (ЦП). У англичан основную часть подготовки исходных данных для стрельбы производили непосредственно директоры. Американская система, с ориентацией на ЦП, оказалась более прогрессивной. По мере развития артиллерийских радаров преимущества GFCS проявлялись все сильнее - радиолокационные средства определения азимута, дистанции, а впоследствии и высоты цели вписались в общую функциональную схему на редкость органично. Если до широкого распространения РЛС высококачественная германская и японская оптика обеспечивала относительный паритет, то уже в 1942 году превосходство американской системы управления огнем стало неоспоримым.
Центральный пост линкоров типа North Carolina располагался на первой платформе, прикрытый сверху всеми бронепалубами. Туда сходились коммуникационные линии от директоров и радаров, а также постов энергетики и живучести (ПЭЖ). Здесь же были установлены электромеханический компьютер (автомат стрельбы) и стабилизирующее устройство, которые вкупе с директорами являлись тремя основными компонентами GFCS. В этой системе детектировались, обрабатывались и автоматически вводились в установки дистанционной наводки орудий многочисленные исходные данные для стрельбы: дальность до цели, ее курсовой угол и скорость, метеорологические факторы, влияние силы Кориолиса, состояние собственных боеприпасов, степень износа стволов и др. Расчеты делал компьютер. Стабилизирующее устройство на основе гировертикали обеспечивало учет крена и дифферента корабля. Исчисленные в режиме текущего времени данные с помощью сельсинов синхронно передавались механизмам вертикальной и горизонтальной наводки орудий.
Автомат стрельбы или компьютер Мarк-1 производства «Ford Instrument Со.» достоин отдельной монографии. Он представлял собой аналоговое электронно-механическое устройство, способное решать сложные математические уравнения. Исходная информация поступала с директоров главной и универсальной артиллерии, а позже - и легкой зенитной. Для этого в центральном посту имелись специальные приборы: репитеры дальномеров и радаров, панели состояния орудий и др. Кроме того, автомат стрельбы был связан с гирокомпасами, а также с лагом, что позволяло учитывать положение, курс и скорость своего корабля. Сложность такого механизма из движущихся дисков, шаров, карданов, дифференциалов, сельсинов и других прецизионных компонентов впечатляет и в XXI веке. Все это плотно упаковывалось в корпусе размером 6×3×4 фута, работало надежно и было на удивление долговечным. Время для баллистических расчетов по движущейся мишени не превышало полминуты. Для второго и следующих залпов требовалось буквально несколько секунд. По неподвижной цели огонь можно было открыть практически мгновенно после ее захвата дальномером. Предусматривалась и возможность автоматизированного расчета установок для стрельбы осветительными снарядами. Памяти электромеханический компьютер не имел. Неким ее прообразом являлись плоттеры, стоявшие в ЦП. Они фиксировали на бумаге координаты корабля и цели, а также установки для стрельбы, исчисленные компьютером.
Еще одним исключительно важным элементом GFCS, работавшим в паре с автоматом стрельбы, являлась гировертикаль - стабилизирующее устройство Мark-43, установленное на расстоянии менее полуметра от компьютера. Его функцией было учитывать в реальном масштабе времени крен и дифферент корабля. При управлении огнем из ЦП залп производил именно оператор гировертикали. Ключами, расположенными на лицевой панели этого прибора, он замыкал цепь электроспуска орудий. Основой стабилизирующего устройства являлся вертикальный гироскоп. Его не требовалось выверять или настраивать - это делала сила тяжести, для чего имелось остроумное устройство в нижнем ободе корпуса. Там располагались две вакуумированные полости, на 50% заполненные ртутью и связанные тонкой трубкой через донные части. Неработающий (неподвижный) гироскоп «лежал» под углом 45° к горизонту. Ртуть при этом находилась в одной из полостей. Для приведения прибора в рабочее состояние ротор через карданную подвеску начинали вращать. Это делалось плавно - с нуля до 12 000 оборотов в минуту. Уже на 10-15 оборотах гироскоп начинал прецессировать из-за бокового отклоняющего действия силы тяжести, вызванного неравномерным распределением ртути. При этом он несколько выпрямлялся, и ртуть начинала перетекать из заполненной камеры в пустую. С ростом оборотов выпрямляющая сила увеличивалась, и гироскоп приближался к вертикальному положению, что сопровождалось все большим выравниванием уровня ртути. На максимальном числе оборотов прецессия исчезала. При этом количество ртути в обеих полостях становилось одинаковым, а гироскоп занимал строго вертикальное положение, сохраняя его при качке корабля. Вертикальный стабилизатор, так же как и гирокомпасы, получал электропитание от специального генератора трехфазного переменного тока частотой 400 Гц. Принципиально важным узлом был полусферический колпак (на корабельном жаргоне «шляпа» или «зонтик»), «надетый» на вертикальный гироскоп. Расчетные установки стрельбы (угол вертикальной и горизонтальной наводки), выработанные компьютером, передавались вышеупомянутой сфере, которая получала наклон в соответствии с азимутом цели на угол, адекватный расстоянию до нее. Это осуществлялось с помощью прецизионных карданных передач, поворачивающих «зонтик» заданным образом вокруг геометрического центра его сферы. А по ее внутренней поверхности перемещалась головная часть вертикального гироскопа. Вернее, в пространстве двигался сам «зонтик», качаясь вместе с кораблем. Гироскоп же всегда стоял строго вертикально. Положение его головной части на сфере «зонтика» с помощью двухкоординатной системы электромагнитов преобразовывалось в углы вертикального и горизонтального наведения, которые с помощью сельсинов синхронно передавались на силовые приводы наводки башенных орудий. Таким образом, одновременно оказывались учтенными как дальность и азимут цели, так и крен с дифферентом собственного корабля. Даже при сильном волнении все это действовало вполне удовлетворительно. Лишь при резкой качке силовые приводы могли не успевать с приданием орудийным стволам заданных углов возвышения.
Последний элемент GFCS - директоры. Корабли имели по два главных командно-дальномерных пункта (КДП) Мark-38. В состав каждого из них входили оптический дальномер с базой в 8,1 м и артиллерийский радар Мark-З производства «Western Electric». Антенна РЛС монтировалась на крыше поворотной башни директора. В конце войны вместо РЛС Мark-8 появилась новая версия артиллерийского радара - Мark-13 (как правило, сначала на передних КДП, а затем и на кормовых). Все эти системы обеспечивали определение дальности и азимута цели, а также контроль падения снарядов. Они могли работать порознь и одновременно, с лихвой перекрывая весь диапазон дальностей артиллерийского боя. Радары Мark-8 и Мark-13, например, фиксировали всплески воды от 406-мм снарядов на дистанции соответственно 32 и 38,4 км в любое время суток.
Башни главного калибра могли вести огонь самостоятельно. Для этого каждая из них имела на крыше по два перископических визира, а сквозь боковые плиты с обеих сторон были выведены головки 12-кратных оптических прицелов вертикального и горизонтального наводчиков. В тыльной части башен ГК располагались дальномеры с базой 14 м и 25-кратным увеличением. Для управления огнем в автономном режиме служил башенный автомат стрельбы (портативный аналоговый компьютер).
Универсальная батарея среднего калибра имела четыре КДП на основе директоров Мark-37. Позиция цели фиксировалась по трем координатам: направление, дальность и целевое возвышение. Кроме центральной наводки средней артиллерией при стрельбе по воздушным и поверхностным целям директоры Мark-37 были резервом для ГК и осуществляли дистанционное управление 36-дюймовыми (91-см) прожекторами. Последних первоначально было шесть, но потом по мере наращивания радарных систем их количество уменьшилось.
КДП среднего калибра располагались во вращающихся башенках по ромбической схеме примерно на одном уровне - на крыше ходовой рубки, по сторонам от первой трубы и на топовой платформе кормовой надстройки. Все они имели оптические дальномеры Мark-42 с базой 4,5 м, три визира (для вертикального и горизонтального наводчиков и командира директора), а также радар Мark-4, установленный на крыше. Со временем Мark-4 заменили на более совершенные радары Мark-12/22. Оптика и радиолокация действовали как порознь, так и одновременно, что позволяло нивелировать недостатки этих двух способов наблюдения. Бронированные коммуникационные трубы обеспечивали связь с центром управления, который располагался в помещении, смежном с аналогичным постом главного калибра.
Огонь 40-мм зенитных автоматов управлялся простыми и легкими директорами Мark-51 с радиолокационным целеуказателем Мark-14 ручного наведения. Они располагались недалеко от счетверенных установок в местах, относительно свободных от вибрации и задымления. На смену Мark-14 пришел более совершенный Мark-57 с радаром Мark-34, который мог обеспечивать полностью «слепое» наведение 40-мм автоматов. Их счетверенные установки имели также и простые кольцевые прицелы. Для визуальной корректировки огня каждый четвертый снаряд был трассирующим.
20-мм/70 автоматы «Oerlikon» управлялись наводчиками с помощью кольцевых прицелов и снарядных трассеров. Однако и для них в конце войны начали устанавливать ручные прицельные колонки Мark-14 для дневной стрельбы.
В начале службы линкоры имели по два поисковых радара: обнаружения воздушных целей SC, производства «General Electric», и обнаружения надводных целей SG. В ходе войны качество радиолокационных средств и оснащенность ими кораблей непрерывно возрастали.
Кроме радаров корабли типа North Carolina были оснащены и другим электронным оборудованием. Для идентификации радиолокационных контактов имелась система определения «свой-чужой» IFF (Identification Friend or Foe) Мark-3. Ее рамочные излучатели BM устанавливались сверху на антеннах поисковых радаров. В комплексе с ними работали индикаторы ВК («лыжные палки»), поднятые как можно выше и регистрирующие облучение внешними РЛС. Для противодействия радиолокационным средствам противника имелись станции глушения и постановки помех системы EMC (Electronic Counter Measure). В их состав входили шумовые усилители AS-56 дипольного типа, AS-57 с двойными коническими антеннами и AS-57, снабженные излучателями в форме «колеса фургона». Испускаемые ими непрерывные помехи забивали сигнал радаров противника и наблюдались на их экранах как «трава». Три глушителя TDY с антеннами, помещёнными в радиопрозрачные обтекатели, располагались с двух сторон от трубы, а также за платформой антенны кормового радара SK-2. Они испускали направленные маскирующие сигналы в ответ на первичное внешнее облучение, которое уловили связанные с ними антенны DBM. В результате возвращённый сигнал РЛС противника становился неразборчивым.
В целом радары и другое электронное оборудование кораблей США намного превосходило то, что с большим опозданием противопоставил им флот микадо. И если в противокорабельной борьбе японцы до конца войны могли конкурировать с противником, то эффективность огня их зенитной артиллерии, несмотря на огромное количество стволов, была существенно ниже, чем у американских кораблей того же класса.
Авиационное вооружение
Линейные корабли типа North Carolina были снабжены стандартным для всех новых линкоров США комплектом авиационного вооружения и оборудования. Две поворотные 20,7-м пороховые катапульты типа Р Мark-4 располагались побортно на юте. Они могли разгонять гидропланы Vought OS2U «Kingfisher» до скорости 130 км/ч[26]. Ближе к концу войны американские линкоры начали получать скоростные одноместные гидросамолеты Curtiss SC «Seahawk»[27]. Непосредственно на катапультах и между ними размещались три самолета. Один из них часто на борт не брали. Никаких ангаров не предусматривалось. Самолетный кран стоял на самой корме в диаметральной плоскости. Он поднимал на борт приводнившиеся рядом с кораблем гидропланы. Для облегчения посадки линкор создавал полосу ослабленного волнения («зеленая вода»), поворачивая в сторону приближающегося самолета. При приеме гидропланов на ходу применялся посадочный тент.
У описанного выше способа размещения авиационного оборудования были свои недостатки. Хрупкие самолеты подвергались воздействию морской стихии. В преддверии возможной стрельбы главным калибром им приходилось улетать, чтобы не быть уничтоженными или сброшенными за борт пороховыми газами. Самолетный кран перед боем мог опускаться на палубу. Когда линкоры заходили в базу, их гидропланы перелетали на береговые аэродромы для технического обслуживания.
Первоначально бортовая авиация имела обычную для нее задачу - разведка и корректировка огня артиллерии в бою с кораблями противника. Однако по мере развития радиолокационных средств эти функции отошли на второй план. Их с успехом выполняли РЛС и палубные самолеты многочисленных авианосцев. А вот при обстрелах береговых объектов гидропланы линкоров и крейсеров были весьма полезны. Они выискивали цели в складках местности и корректировали стрельбу по ним. Применялась катапультная авиация и для нанесения бомбовых ударов по берегу, причем достаточно активно. Одной из важнейших задач являлось участие в спасении экипажей сбитых самолетов и затонувших кораблей (как своих, так и вражеских). После войны гидропланы и катапульты были удалены, и свою кратковременную послевоенную службу линкоры типа North Carolina провели без авиационного вооружения. В 1960-х годах при создании мемориалов все вышеописанное возвратили на корабли-музеи. Вполне вероятно, но кораблях-музеях стоят не «родные» катапульты, а снятые из пошедших на слом крейсеров.
Окраска
Реальных фактов, подтверждающих пользу искажающей окраски надводных кораблей, найти трудно. Тем не менее, в годы Второй Мировой войны увлечения камуфляжем не избежал ни один флот мира. Не стали исключением и ВМС США. Американские линкоры в начале войны несли весьма характерную пятнистую окраску, но постепенно камуфляж все более упрощался и в 1944-1945 годах фактически сошел на нет.
Линейные корабли типа North Carolina вступили в строй, имея защитную окраску по схеме Measure 12 Graded System, «splotch pattern» (пятнистый раскрой). По бортам этот камуфляж состоял из крупных неправильных пятен светло-серого (Ocean Gray 5-O) и темного сине-серого (Navy Blue 5-S) цветов с волнистыми переходами. На надстройках и башнях наряду с первыми двумя присутствовали области третьего цвета - дымчато-серого Haze Gray 5-Н. Горизонтальные поверхности (палубы, крыши башен) всегда окрашивались в приглушённый синий тон Deck Blue 20-В.
Вероятно, в конце 1942 года линкоры несли камуфляж по схеме Measure 15 Disruption System (дезинтегрирующая или сбивающая система) из Ocean Gray 5-O, Haze Gray 5-Н и сине-черного Navy Blue 5-N. Пятна этих трех цветов наносились на все вертикальные поверхности. Палубы и крыши башен - как всегда, Deck Blue 20-В.
Во второй половине войны на линкорах типа North Carolina стал применяться камуфляж Measure 32 Medium Pattern System (разрывающие пятна). Области цвета Ocean Gray 5-O, Light Gray 5-L (светло-серый) и Dull Black Bk (матовый тускло-черный) наносились на все вертикальные поверхности. Переходы между тонами были не волнистыми, а прямолинейными или ломаными. Окраска горизонтальных поверхностей не изменилась.
Чуть позже появился вариант Measure 22 Graded System (введен во флоте США раньше, чем Measure 32). Эта окраска уже мало походила на камуфляж. Борта кораблей были тона Navy Blue 5-N. По бортам в носу этот цвет имел границу на уровне горизонтальной части главной палубы. А выше (подъем борта от первой башни ГК к форштевню) и по надстройкам шла окраска Haze Blue 5-Н. Еще проще был вариант Measure 21 - все вертикальные поверхности цвета Navy Blue 5-N. Палубы и крыши башен - по-прежнему Deck Blue 20-В.
После войны корабли типа North Carolina получили окраску типа Measure 13, аналогичную Measure 21, но с заменой Navy Blue 5-N на цвет Haze Gray 5-Н.
Бортовые номера, в довоенные годы не использовавшиеся, стали появляться на кораблях уже в военное время, хотя их наличие и не было обязательным. Белые цифры (американцы не использовали литер) небольшого размера наносились в четырех местах: на каждый борт в носу, примерно посередине между уровнем шпилей и якорными клюзами, и в корме. Имелись исключения: некоторые корабли вместо двух кормовых несли единственный номер на транце.
Модернизации
Двумя наиболее поразительными изменениями военного времени было массовое внедрение радаров и значительное увеличение количества легких зенитных средств. Все современные американские линкоры были спроектированы до появления радаров и поэтому в изобилии оснащались оптическими дальномерами, как для управления огнем, так и для навигации. Оба корабля были оснащены 3-м навигационными дальномерами на башне №3 и крыше ходовой рубки, а также 4,57-м вспомогательным дальномером на боевой рубке (в КДП управления огнем на ее верхнем уровне). Стереодальномеры с удлиненной базой были размещены в 406-мм башнях, а также на КДП Mark 38 в носовой и кормовой частях. Оба навигационных дальномера были заменены на 20-мм автоматом в период с конца 1941 года по середину 1942 года. Вспомогательные дальномеры главного калибра оставались на вооружении до 1944 года, когда их заменил микроволновый радар Mark 27. В 1942 году он был дополнен третьим радаром управления огнем Mark 3.
Первоначально планировалось, что оба корабля получат радар воздушного поиска CXAM на фок-мачте, а также два радара управления огнем главного калибра Mark 3 и три (а не четыре, из-за возможных помех между кормовыми установками) комплекта универсального калибра Mark 4. Однако к ноябрю 1942 года на корме USS North Carolina появилась четвертая установка Mark 4, поднятая на высокой опоре над линией видимости ближайшего КДП главного калибра. К этому времени на кронштейне фок-мачты под основной воздушной поисковой антенной был установлен антенна поисковый радара надводных целей SG. К апрелю 1944 года USS North Carolina приобрела стандартную конфигурацию линкора с антеннами воздушного и надводного поиска (SK и SG) на фок-мачте, вспомогательной системой надводного поиска SG на грот-мачте и радарами Mark 8 для главного калибра. Один из Mark 3 был сохранен, предположительно, в качестве вспомогательного устройства управления огнем главного калибра. Его антенна была установлена на передней стороне башни управления огнем. В ходе переоборудования в сентябре 1944 года воздушная поисковая антенна SK матрасного типа была заменена на большую параболическую антенну SK-2, а Mark 4 - на стандартную комбинацию Mark 12 и Mark 22. У последнего была гораздо более тяжелая антенна, и антенну кормового директора пришлось переместить прямо на крышу. USS Washington был переоборудован аналогичным образом, но так и не получил SK-2. В конце войны USS North Carolina была вновь переоборудована, на ее грот-мачте была установлена вспомогательная система воздушного поиска SR, а на носовой трубе - поисковый радар SCR-720. USS Washington был переоборудован сразу после войны. В марте 1946 года у него были SK в носовой части и SR на корме, SG в носовой и кормовой частях, а также устройство постановки помех TDY на носовой башне управления огнем.
Еще одним заметным изменением стала ликвидация большого довоенного парка корабельных катеров: двух 40-футовых моторных лодок, одной 35-футовой моторной лодки-гиганта, трех 50-футовых моторных катеров, двух 40-футовых моторных пусковых установок, двух 26-футовых моторных китобойных лодок и одной 40-футовой баржи, а также буксирных лодок. Однако оба линкора сохранили свои два массивных лодочных крана на протяжении всей войны, несмотря на планы по демонтажу одного из них.
Корабли были спроектированы таким образом, чтобы на них можно было установить четыре счетверенных 28-мм автомата в приподнятых и защищенных орудийных платформах в надстройках. С лета 1941 года это вооружение планировалось заменить гораздо более тяжелым счетверенным 40-мм автоматом «Bofors» по принципу «один к одному». Как и в случае с другими современными линкорами, по ходу войны были добавлены дополнительные позиции, все более и более подверженные взрывам и погодным условиям и все менее и менее удобные для снабжения боеприпасами. На USS North Carolina, возможно, была установлена четырехствольная 28-мм автомат на крыше ходовой рубки, заменявшая 3-метровый дальномер - в любом случае, она прослужила недолго. Оба линкора были оснащены парой счетверенных 28-мм автоматов, которые заменяли два прожектора вокруг барбетов каждого из двух радаров Mark 37, расположенных вдоль передней трубы. Только у USS Washington были 28-мм автоматы на этой позиции (установленные осенью 1942 года), и в конечном итоге оба они получили 40-мм установки. Однако после переоборудования после повреждения торпедой в ноябре 1942 года USS North Carolina имела две четырехствольных установки "Бофорс" на корме у катапульт, но ни одной вокруг Марк 37. В то время у него также было по две четырехствольных 40-мм установки с каждой стороны, на главной (наветренной) палубе в носовой и кормовой частях, всего десять установок.
На протяжении большей части 1942 года на обоих кораблях планировалось установить в общей сложности шесть счетверенных 40-мм автоматов, в ноябре эта цифра была увеличена до десяти. Как уже отмечалось, USS North Carolina была переоборудована по этому стандарту в конце 1942 года. Однако к марту 1943 года «абсолютная» 40-мм батарея была снова увеличена до четырнадцати четырехствольных установок, и к июню 1943 года USS North Carolina достигла этого числа. Пятнадцатая установка (на крыше башни №3) была добавлена к батарее в июне, последний 40-мм автомат был установлен на борту USS North Carolina в ноябре 1943 года. В отличие от многих других современных американских на этих двух линкорах никогда не было 40-мм автоматов на башнях №2. Любая такая установка перекрывала бы обзор с нижнего уровня боевой рубки (управления кораблем).
Шесть счетверенных 28-мм автоматов на USS Washington были заменены десятью счетверенными 40-мм автоматами Бофорс только летом 1943 года. К августу на USS Washington были установлены все пятнадцать 40-мм автоматов.
Помимо первых шести позиций, остальные восемь были расположены следующим образом: две на главной палубе прямо на траверзе барбета №2, две на уровне 01, простирающемся над ними, две на верхней палубе, расположенной на траверзе кормового КДП управления огнем, и две на корме, позади двух катапульт.
Планируемое зенитное вооружение состояло из двенадцати 12,7-м пулеметов, все, кроме двух, были установлены на переносных ручных станках: по два с каждой стороны чуть позади башни №2, по четыре с каждой стороны на траверзе боевой рубки и мостика уровня 01 и по четыре с каждой стороны на траверзе башни №3. Постоянные позиции находились с каждой стороны на 02-м уровне над второй 127-мм установкой с каждой стороны чуть впереди прожекторов. Все они были запланированы к замене по принципу «один к одному» на 20-мм автоматы. Однако в апреле 1942 года на борту USS North Carolina было сорок 20-миллиметровых автоматов и двенадцать 12,7-мм пулеметов калибра, а на USS Washington - двадцать 20-мм автоматов и двенадцать 12,7-мм пулеметов. К июню количество 12,7-мм пулеметов увеличилось до двадцати восьми на каждом корабле, при неизменном количестве 20-мм орудий. Более тяжелая батарея USS North Carolinaбыла утвержденным стандартом, и к сентябрю ее установили на однотипном корабле. На обоих кораблях некоторое время были установлены все сорок 20-мм автоматов, но в конце 1942 года с USS Washington сняли пять вместе с оставшимися 12,7-мм пулеметами, когда в средней части корабля были добавлены еще две 28-мм установки. Во время капитального ремонта после торпедирования в конце 1942 года с USS North Carolina сняли 12,7-мм пулеметы и добавили шесть 20-мм автоматов - всего стало сорок шесть.
К апрелю 1943 года на USS Washington было установлено двадцать девять 20-миллиметровых орудий, в общей сложности - шестьдесят четыре. В марте 1944 года на USS North Carolina было добавлено семь 20-мм пушек, в общей сложности - пятьдесят три, но в конце апреля USS Washington убрал одну одноствольную 20-мм пушку и установил счетверенный 20-мм автомат. К ноябрю 1944 года на каждом корабле было установлено в общей сложности сорок восемь 20-мм автоматов. Однако в течение 1945 года было заказано заменить восемь одиночных 20-мм автоматов на спаренные, и в апреле того же года USS North Carolina получила батарею из пятидесяти шести 20-мм автоматов, а USS Washington - из семидесяти пяти. По состоянию на август 1945 года каждый из них имел на борту по восемь спаренных 20-мм пушек, на USS North Carolina также было двадцать одноорудийных 20-мм установок, а на USS Washington - шестьдесят три одноствольных 20-мм автомата и один счетверенный. Оба линкора закончили войну с пятнадцатью счетверенными 40-мм установками.
"Эрликоны" можно было легко установить на кораблях в передовых районах боевых действий, но тяжелые счетверенные 40-мм автоматы добавлялись только во время крупных переоборудований. Таким образом, изменения в составе тяжелой зенитной батареи соответствовали нескольким крупным переоборудованиям на каждом корабле. Для USS North Carolina первое крупное переоснащение было связано с устранением боевых повреждений после торпедирования японской подводной лодкой I-15 15 сентября 1942 года. Корабль ремонтировался в Перл-Харборе с 30 сентября по 17 ноября. Он снова переоборудовался в Перл-Харборе в марте, апреле и мае 1943 года, когда были добавлены новые средства управления огнем и новый радар. С 23 июля по 1 октября 1944 года он прошел капитальный ремонт в Пьюджет-Саунд, а затем был переоборудован для службы в мирное время на военно-морской верфи в Нью-Йорке. Соответствующие крупные переоборудования USS Washington были проведены на Нью-Йоркской военно-морской верфи (23 июля - 23 августа 1942 года), в Перл-Харборе (28 мая - 27 июля 1943 года), в Пьюджет-Саунд (март и апрель 1944 года, после столкновения с "Индианой") и в Пьюджет-Саунд (23 июня - середина сентября в 1945 году).
Общая оценка проекта
Трудно оценить конструкцию любого военного корабля, особенно такого, который включает в себя так много новых функций. Очевидно, что корабли типа North Carolina показали себя в военное время вполне достойно. Также очевидно, что она была достаточно успешной для того, чтобы USS North Carolina на короткое время осталась после войны в качестве действующего учебного корабля Военно-морской академии. Еще одна оценка проекта была проведена в 1943 году британским департаментом судостроения (DNC). К этому времени многие британские офицеры полагали, что Военно-морскому флоту США каким-то образом удавалось последовательно достигать более высоких скоростей, лучшей защиты и лучшего вооружения, чем у британских конструкторов, и DNC сравнила американскую и британскую практику создания линкоров (тип North Carolina против типа Король Георг V), крейсеры (Белфаст против Кливленд) и эсминцев ("Битва” против Флетчер и Самнер). Ответ всегда сводится к тому, что иностранная конструкция представляет собой альтернативный ряд компромиссов при одном и том же водоизмещении. Такие сравнения полезны, учитывая объем информации, которой обменивались военно-морские силы США и Великобритании в военное время.
Что касается вооружения, то американские башни были явно лучше защищены, «...но механизмы управления снарядами упрощены до такой степени, что это было бы недопустимо на вооружении ее Величества. 127-мм установки ... расположены очень близко друг к другу [что нежелательно] из-за возможного взаимного ущерба...».
По сравнению с британским линкором, американский проект отличался гораздо меньшей бронированностью надводного борта и более низкой бронированной палубой, поскольку британская палуба была в один слой, что было более эффективно, чем два слоя общей толщины. Хотя британская боевая рубка была намного тоньше, общий защищенный объем британского корабля был намного больше, а броня толще. Хотя DNC не указывала зоны защиты, британцы спроектировали свою броню погребов для защиты от 381-мм снарядов на расстоянии от 12 300 до 30 600 метров, а машинные отделения - от 14 300 до 27 000 метров. Они также утверждали, что их 356-мм бортовая броня выдержит попадание британского 1077-кг снаряда 406-мм/45 орудия на дистанции 18 300 метров, а 152-мм палуба - на дистанции 28 300 метров. В этом смысле проект "Король Георг V" продемонстрировал, что при наличии британских технологий можно защитить современный линкор от огня 406-мм орудий, но не вооружать его такими тяжелыми орудиями. Обратите внимание, что в декабре 1941 года, оценивая немецкий "Бисмарка", Корабельное бюро подсчитали, что погреба британского корабля будут защищены от попадания американского 406-мм/45 орудия, стреляющего 1020-кг снарядом на расстоянии от 21 000 до 28 300 метров, а его механизмы будут защищены только на расстоянии от 22 900 до 25 600 метров. Однако его барбеты были пробиты на расстоянии 25 100 метров.
Что касается подводной защиты, DNC считает, что USS North Carolina уступает в этом отношении, поскольку вероятность затопления третьей палубы была намного выше, отчасти из-за меньшего бронированного надводного борта американского корабля. В качестве доказательства он привел недавнее торпедирование USS North Carolina. Хотя американский корабль имел тройное дно, военный опыт показал, что оно не давало заметного преимущества перед двойным дном аналогичного веса и глубины, и действительно, позже американские корабли вернулись к более простому двойному дну. Комитет Демократической партии также отметил, что США проектировщикам пришлось предусмотреть очень большие отсеки в машинных отделениях, когда они объединили машинное и котельное отделения. В Корабельном бюро отметили, что британский стандарт подводной защиты предусматривает заряд весом 454 кг, в то время как ВМС США рассчитывали на заряд весом 318 кг. Однако средняя часть британской системы противоторпедной защиты имела глубину всего 4 метра, в то время как американская система, установленная на более компактном корабле, имела глубину 5,6 метра.
Американский корабль лишь незначительно увеличился в метацентрической высоте по сравнению с британскими кораблями, несмотря на большую ширину. В DNC объяснили это дополнительным весом американского корабля, главным образом массивной надстройкой и тяжелой боевой рубкой. Он утверждал, что в «изрешеченном» состоянии корабль может пострадать по сравнению с "Королем Георгом V" из-за его небронированных оконечностей.
Дальность плавания и маневренность были особенно проблемными моментами для британских офицеров, которые работали с USS Washington в составе флота Метрополии в 1942 году. В DNC отметили, что дальность плавания трудно сравнивать, но запас топлива у американского корабля действительно был на 50 процентов больше, чем было запроектировано. Они также отмечали, что на американский линкор можно было погрузить еще 500 тонн в носовые танки, но обычно этого не делали, чтобы уменьшить осадку носом, то есть увеличить надводный борт носовой части для уменьшения заливаемости. Они подозревали, что американский корабль был спроектирован для наиболее экономичной работы на скорости от 18 до 25 узлов, в то время как британский корабль работал на полной мощности этими ходами. Здесь американский практика отражала необходимость преодолевать большие расстояния в Тихом океане, и относительно низкая экономичность британских линкоров была очень заметна во время кампании на Окинаве.
Что касается маневренности, то о неполноценности британского корабля не могло быть и речи. DNC утверждала, что ценой маневренности американского корабля было большее сопротивление под водой, так что американскому кораблю требовалось больше энергии, чтобы развивать меньшую скорость при заданном водоизмещении. Теоретически, сражение является окончательным испытанием конструкции любого военного корабля, однако различные обстоятельства делают это испытание в лучшем случае неоднозначным. Безусловно, USS Washington повезло в ночном сражении за Гуадалканал, когда он потопил японский линейный крейсер "Кирисима" огнем 406-мм орудий с наведением по радару: он не пострадал от вражеского огня. Его незадачливый спутник USS South Dakota мало чего добился, кроме демонстрации того, что даже современные линкоры могут быть серьезно повреждены с близкого расстояния огнем крейсеров и эсминцев, поскольку надстройки таких кораблей не могут быть сильно бронированы. Исходя из этого, успех на Гуадалканале, по-видимому, был в большей степени связан с управлением огнем и работой самих башен, чем с конструкцией в целом.
Другим серьезным испытанием военного времени стало торпедирование USS North Carolina 15 сентября 1942 года. Торпеда с 300-кг боеголовкой, т.е. несколько меньшей, чем заряд, для которого была разработана защитная система, попала в левый борт прямо за кормовой частью башни №1, проделав в борту корабля отверстие размером 9,75×5,49 метров и линкор принял около 970 тонн воды. Броня над пробоиной треснула, а вторая и третья палубы прогнулись. Хотя корабль смог разогнаться до 24 узлов за несколько минут, позже ему пришлось снизить скорость до 18, чтобы избежать нагрузки на конструкции вокруг большой пробоины. Более того, структурные повреждения под башней №1 фактически вывели ее из строя, а ударная волна вывела из строя главный поисковый радар.
Этот инцидент вызвал очень значительный интерес, поскольку это был первый случай повреждения торпедой новейшего крупного корабля США во время Второй мировой войны. Многие офицеры сочли, что это свидетельствовало о том, что при проектировании линкора было принесено в жертву слишком многое, поскольку система защиты от торпед была близка к отказу в важнейшей области - у погребов на траверзе. Например, Генеральный совет хотел, чтобы защита двух последних линкоров типа lowa, Кентукки и Иллинойс, были переработаны, а защита их погребов была расширена. Инженеры Корабельного бюро утверждали, что их система работала так, как было задумано, и никаких серьезных изменений фактически внесено не было.
Краткая история службы
USS North Carolina
USS North Carolina до весны 1942 года занимался боевой подготовкой в Атлантике и прибыл на Тихий океан 10 июня. Принимал участие в высадке американских войск на Гуадалканале 7 августа и сражении у Восточных Соломоновых островов 24 августа, во время которого сбил от 7 до 14 японских самолетов и получил семь близких разрывов авиабомб (убит 1 человек, повреждений нет). 15 сентября, во время операции по переброске подкреплений на Гуадалканал, торпедирован японской подлодкой IJN I-19 - попадание в 6 м ниже ватерлинии, пробоина 9,75×5,49 метров, скорость упала до 26 узлов, убито 6 человек. Ремонт в Перл-Харборе до конца года.
В течение 1943 года USS North Carolina занимался сопровождением войсковых конвоев в восточной и юго-восточной частях Тихого океана. В марте - апреле и сентябре проходил ремонт и модернизацию в Перл-Харборе.
10 ноября USS North Carolina вышел из Перл-Харбора в составе охранения авианосца «Enterprise» для нанесения удара по о-вам Гилберта. 8 декабря обстреливал остров Науру. В конце декабря прикрывал авианосец «Bunker Hill» при нанесении удара по Кавиенгу, остров Новая Ирландия. В январе 1944 года вошел в состав быстроходного авианосного соединения TF-58, выполняя главным образом функции ПВО. Участвовал в операциях против островов Кваджалейн, Намюр, Рои (при обстреле потопил в лагуне японское судно), Трук. В феврале участвовал в рейдах на Сайпан, Тиниан и Гуам, атаках на Палау и Волеаи (31 марта - 1 апреля, сбил 1 самолет), захвате порта Холландия (13-24 апреля), рейде на Трук (29-30 апреля, сбил 1 самолет), 1 мая артиллерийским огнем уничтожил береговые батареи и аэродром в Понапе.
В июне 1944 года USS North Carolina участвовал в операции по захвату Марианских островов: вел артиллерийский обстрел острова Сайпан, 15 июня сбил 1 самолет. 19-20 июня участвовал в сражении в Филиппинском море в составе TG-58.7. В сентябре-октябре прошел ремонт и модернизацию на верфи ВМС в Пьюджет-Саунд, в ноябре-декабре прикрывал авианосные операции против островов Лейте, Лусон и Визайяс, затем принимал участие в авианосных рейдах против Формозы (Тайваня) и островов Рюкю (январь 1945 г.), острова Хонсю (февраль 1945 года), оказывал огневую поддержку морской пехоте на острове Иводзима (20-22 февраля).
В ходе рейда TF-58 против Японских о-вов в марте-апреле 1945 года USS North Carolina осуществлял ПВО авианосцев и артиллерийский обстрел побережья. 6 апреля сбил 3 самолета «камикадзе», но получил повреждения в результате случайного попадания 127-мм снаряда с американских кораблей - 3 убитых, 44 раненых. 17 апреля сбил еще 2 самолета.
В мае прошел ремонт в Перл-Харборе, после чего участвовал в рейде TF-38 против острова Кюсю. 15 июля USS North Carolina обстреливал береговые цели в районе Токио, а его бортовые гидросамолеты участвовали в спасении пилотов сбитых палубных самолетов. 5 сентября 1945 года бросил якорь в Токийском заливе, после чего через Панамский канал ушел в Атлантику, прибыв в Бостон 17 октября. За время Второй мировой войны корабль заслужил 12 боевых звезд.
27 июня 1947 года USS North Carolina выведен из боевого состава и поставлен на консервацию в Нью-Йорке. 1 июня 1960 года исключен из списков флота. 6 сентября 1961 года передан в собственность штата Северная Каролина и 29 апреля 1962 года установлен в качестве мемориала в Уилмингтоне, где сохраняется по настоящее время.
USS Washington
USS Washington после вступления США во Вторую мировую войну служил в составе Атлантического флота. 26 марта - 4 апреля 1942 года вместе с авианосцем «Wasp», тяжелыми крейсерами «Wichita» и «Tuscaloosa» перешел из Портленда в Скапа-Флоу для усиления британского Флота метрополии. 27 марта на борту USS Washington произошел инцидент: упал за борт и погиб командующий линейными силами Атлантического флота адмирал Уилкокс.
28 апреля - 5 мая USS Washington участвовал в дальнем прикрытии конвоя PQ-15. 1 мая поврежден в результате взрыва глубинных бомб на британского эсминца «Punjabi», затонувшем после столкновения с британским линкором «King George V», ремонт в Хваль-фьорде (Исландия) с помощью плавмастерской «Mizar». 1-6 июля участвовал в прикрытии конвоя PQ-17. 21 июля - 23 августа прошел ремонт в Нью-Йорке, после чего был отправлен на Тихий океан и 15 сентября включен в состав TF-17.
В ночь на 15 ноября USS Washington в составе TF-64, вместе с линкором «South Dakota» и четырьмя эсминцами, участвовал в бою с японским соединением (1 линкор, 2 тяжелых крейсер, 2 легких крейсера, 9 эсминцев) у Гуадалканала, в ходе которого израсходовал 117 406-мм и 107 127-мм снарядов и нанес тяжелые повреждения (не менее 9 406-мм попаданий) линкору «Kirishima», в результате чего последний затоплен своим экипажем.
В начале 1943 года USS Washington действовал в районе Соломоновых островов, в июне-июле прошел ремонт и модернизацию в Перл-Харборе, в августе-октябре находился на островах Новые Гебриды. Прикрывал быстроходное авианосное соединение в рейде на Маршалловы острова (11 ноября - 12 декабря 1943 года). 8 декабря участвовал в артиллерийском обстреле Науру, а в конце января 1944 года в бомбардировке атоллов Тароа и Кваджалейн. 1 февраля столкнулся с линкором «Indiana» и повредил около 20 м носовой обшивки. Ремонт - 3 месяца.
В июне 1944 года USS Washington в составе TF-58 участвовал в операции по захвату Марианских островов и сражении в Филиппинском море, в июле-августе - в нанесении ударов по островам Палау, в октябре - по островам Окинава, Лусон, Формоза, Визайяс. С 5 ноября 1944 по 15 февраля 1945 го участвовал во всех рейдах быстроходного авианосного соединения. 19-22 февраля осуществлял артиллерийскую поддержку высадки на остров Иводзима. В конце февраля - начале апреля участвовал в авианосном рейде против Японских островов. 24 марта и 19 апреля вел артобстрел японских позиций на Окинаве.
В июле 1945 года USS Washington прошел ремонт на верфи ВМС в Пьюджет-Саунд. 2 сентября находился в Токийском заливе при подписании капитуляции Японии. 17 октября прибыл в Филадельфию. В ноябре-декабре 1945 года, в рамках операции «Мэджик Карпет», вывез из Великобритании 1664 демобилизованных военнослужащих. За время Второй мировой войны USS Washington заслужил 13 боевых звезд.
27 июня 1947 выведен в резерв в Нью-Йорке. 1 июня 1960 года исключен из списков флота. 24 мая 1961 года продан на слом.
Корабли в искусстве
Линейные корабли типа North Carolina представлены в игре «Мир Кораблей» акционными премиумными линкорами VII Florida, VIII уровня North Carolina CLR и исследуемым линкором уровня North Carolina американской ветки.
Игровые корабли условно соответствуют прототипу, USS North Carolina, с конца 1942 по март 1945 года. Игровой линкор Florida представляет собой предварительный проект линкора типа North Carolina схемы XVI с главным калибром из двенадцати 356-мм/50 орудий, шестнадцатью универсальными 127-мм орудиями в одно- и двухорудийных установках, и легким зенитным вооружением из 40-мм и 20-мм автоматов на середину Второй Мировой войны.
См.также
406-мм/45 орудие Mark 1- 406-мм/50 орудие Mark 2
- 406-мм/45 орудие Mark 5, 8
- 406-мм/45 орудие Mark 6
- 406-мм/50 орудие Mark 7
- Линейные корабли типа Colorado
- Линейные корабли типа South Dakota (недостроены)
- Линейные крейсера типа Lexington (недостроены)
- Линейные корабли типа South Dakota
- Линейные корабли типа Iowa
- Линейные корабли типа Montana
- ВМС США
- Корабельное вооружение
- Морские сражения
- Военно-морские награды
- Словарь морских терминов
- ↑ Bureau of Construction and Repair (BuC&R, C&R) - «Бюро строительства и ремонта» было частью Военно-морского флота Соединенных Штатов, которое с 1862 по 1940 год отвечало за надзор за проектированием, постройкой, переоборудованием, закупкой, техническим обслуживанием и ремонтом кораблей и других плавсредств для Военно-морского флота. Бюро также управляло верфями, ремонтными мастерскими, лабораториями и береговыми станциями. 20 июня 1940 года Конгресс принял закон, который объединил функции Бюро с функциями Bureau of Engineering (BuEng) - «Инженерного бюро», создав Bureau of Ships (BuShips) - «Корабельное бюро».
- ↑ STS - англ. Special treatment steel - «сталь специальной обработки». Американская конструкционная сталь, близкая по свойствам к гомогенной броне. По американской классификации при толщине свыше 102 мм обозначалась как броня «класса B» и применялась для бронирования палуб, переборок, надстроек и т.д.
- ↑ Речь идет «длинных копьях» - так называли американцы 610-мм японские кислородные торпеды, имеющих 490-кг взрывчатки и дальность хода 20 км на 50 узлах. Последние же модификации имели 780 кг взрывчатки и дальность 15 км на той же скорости.
- ↑ «Big Five» - «Большая пятерка» - последние и самые совершенные сверхдредноуты ВМС США, достроенные уже после окончания Первой Мировой войны: USS Tennessee, USS California, USS Colorado, USS Maryland и USS West Virginia.
- ↑ General Board of the United States Navy - Генеральный совет ВМС США был консультативным органом военно-морских сил Соединенных Штатов, чем-то похожим на военно-морской генеральный штаб. Генеральный совет был учрежден 13 марта 1900 года министром военно-морских сил Джоном Дэвисом Лонгом. Генеральный совет состоял из старших адмиралов, большинство из которых были близки к завершению своей карьеры, и на которых можно было положиться в том, что они «...самоотверженно и объективно обсуждали вопросы, начиная от стратегии и заканчивая характеристиками корабля...». Распущен в 1951 году.
- ↑ Предполагалась разработка нового орудия, но их еще только предстояло заказать, разработать, испытать и запустить в серию.
- ↑ Эти разведывательные данные были в значительной степени подтверждены после войны. По данным военно-морской миссии США в Японии, японская пушка первоначально имела снаряд весом 1000 кг. Позже был принят 1025-кг снаряд с начальной скоростью 780 м/с.
- ↑ BuOrd - Главное управление вооружения ВМС США (англ. Bureau of Ordnance, BuOrd, буквальный перевод «Бюро боеприпасов») - подразделение Военно-морского министерства США, отвечавшее за разработку, приобретение, хранение и снабжение всех видов морских вооружений. Существовало в период с 1862 по 1959 год, когда было реорганизовано в управление вооружения ВМС (англ. Bureau of Naval Weapons, BuWeps).
- ↑ Имеется в виду минимальная дальность стрельбы строго по носу, без риска повреждения корабельных конструкций.
- ↑ Commander-in-Chief United States Fleet - CINCUS - C-in-C, U.S. Fleet - Командующий американским флотом.
- ↑ Chief of Naval Operations - CNO - «Начальник военно-морских операций». В русскоязычной литературе также переводится как Главком/Начальник (главного) штаба ВМС США.
- ↑ Т.е. корпус имел двойное, а не тройное дно.
- ↑ ВМС США не знали о масштабной реконструкции этих кораблей, в результате которой их скорость увеличилась до 30,5 узлов. Не знали они и о том, что Япония планирует провести ремилитаризацию четвертого корабля этого типа, "Хиэй". В доступных отчетах не всегда четко указано, какие разведывательные материалы были доступны. А настойчивое требование высокой скорости линкоров типа Iowa было связано с 30-узловой скоростью кораблей типа Kongo, ставшее достоверно известным примерно в 1938 году.
- ↑ Это были два аварийных дизель-генератора мощностью по 200 кВт.
- ↑ «Battle line» - боевая линия линейных кораблей в линейном бою...
- ↑ HTS - high-tensile steel - сталь высокого сопротивления.
- ↑ Dunnite, также известный как Explosive D или пикрат аммония - взрывчатое вещество, разработанное в 1906 году майором армии США Беверли У. Данном. Пикрат аммония - это соль, образующаяся при взаимодействии пикриновой кислоты и аммиака. По химическому составу близок к более стабильному взрывчатому веществу тринитротолуолу (TNT, тротил, тол). По взрывчатым характеристикам незначительно уступает TNT (тротиловый эквивалент 0,95), но имеет меньшую чувствительность.
- ↑ Изначально разработанные для 406-мм/45 орудия Mark 5 модернизированных линкоров типа Colorado.
- ↑ Вместо взрывчатого вещества снаряжались песком или иным наполнителем для сохранения исходного веса снаряда.
- ↑ SPD - Smokeless Powder with Diphenylamine - бездымный порох, стабилизированный дифениламином. В 1908 году было предложено использовать в качестве стабилизатора для нитроцеллюлозного пороха вместо розалинового красителя дифениламин. Первое производство пороха с новым составом было в том же году, а к 1912 году утверждена стандартная спецификация на него. В состав пороха входили 99,5% нитроцеллюлозы (12,6% азота) и 0,5% дифениламина.
- ↑ SPDF - Smokeless Powder with Diphenylamine Flameless. Беспламенный состав пороха SPD.
- ↑ Беспламенный состав пороха SPD.
- ↑ SPCG - Smokeless Powder with ethyl centrality and includes NG and NQ - беспламенный бездымный порох, стабилизированный этил-централином и включающий нитроглицерин и нитрогуадинин.
- ↑ Дистанция боя между HMS Hood и Bismarck.
- ↑ Устройство поперечного наклона напоминает устройства стабилизации, но с ручным приводом.
- ↑ Основным типом палубного самолета был двухместный однопоплавковый гидроплан Vought OS2U «Kingfisher» («Зимородок», выпущено 1518 экз.). Его модификация OS2U-1 имела следующие характеристики: взлетный вес - 2750 кг; размах/длина/высота - 10,94/10,31/4,59 м; девятицилиндровый звездообразный двигатель «Pratt&Whitney» R-985-48 Wasp Jr. мощностью 450 л.с., скорость - 285 км/ч, дальность полета - 1300 км, практический потолок - 4000 м, вооружение - два 7,62-мм пулемета, 300-500 кг бомб, экипаж 2 человека.
- ↑ Curtiss SC «Seahawk» - «Морской ястреб», выпущено 578 экз. Они использовались как с колёсным шасси, так и в поплавковом варианте. «Seahawk» имел складывающиеся крылья и место для второго человека (на случай спасательных операций). Основные характеристики модификации SC-1: взлётный вес - 4082 кг; размах/длина/высота - 12,5/ 11,07/4,88 м; девятицилиндровый звездообразный двигатель «Wright» R-1820-62 Cyclone мощностью 1350 л.с., скорость - 504 км/ч, дальность полета - 1750 км, практический потолок - 8000 м, вооружение - два 12,7-мм пулемета, 320 кг бомб.
Литература и источники
Литература
- Балакин С.А. Суперлинкоры Америки. «Айова», «Миссури», «Нью-Джерси».... — Война на море. — Москва: Редакция журнала «Моделист-конструктор», 2009. — 128 с. — ISBN 978-5-699-34873-2
- Чаусов В.Н. Американские суперлинкоры типа «Саут Дакота». — Война на море. — Москва: Яуза, ЭКСМО, 2010. — 112 с. — ISBN 978-5-699-43815-0
- Сулига С. Линейные корабли «Норт Кэролайн» и «Вашингтон». — Белая серия. — Москва: 1998. — 60 с.
- Friedman, Norman U.S. Battleships. — Annapolis, Maryland, USA: Naval Institute Press, 1985. — 463 с. — ISBN 0-87021-715-1
- Friedman, Norman U.S. Cruisers. — Annapolis, Maryland, USA: Naval Institute Press, 1989. — 509 с. — ISBN 0-87021-718-6
- William H. Garzke, Robert O. Dulin Battleships : United States battleships, 1935-1992. — Annapolis, Maryland, USA: Naval Institute Press, 1995. — 425 с. — ISBN 1-55750-174-2
- Friedman N. Naval weapons of World War one. — Barnsley, UK: Seafort Publishing, 2011. — EPub с. — ISBN 978-1-84832-100-7
- Campbel J. Naval weapons of World War two. — Annapolis, Maryland, USA: Naval Institute Press, 1985/2002. — 406 с. — ISBN 0-87021-459-4
- Патянин С.В., Дашьян А.В., Балакин К.С., Барабанов М.С., Егоров К.В. Все крейсера Второй Мировой. — Война на море. — Москва: Яуза, ЭКСМО, 2012. — 512 с. — ISBN 5-699-19130-5
- Балакин С.А, Дашьян А.В., Патянин С.В., Токарев М.Ю., Чаусов В.Н. Линкоры Второй мировой. Ударная сила флота. — Война на море. — Москва: Яуза, ЭКСМО, 2012. — 256 с. — ISBN 978-5-699-18891-6
- Балакин С.А, Дашьян А.В., Морозов М.Э. Авианосцы Второй мировой. Новые властелины океанов. — Война на море. — Москва: Яуза, ЭКСМО, 2012. — 256 с. — ISBN 5-699-17428-6
- Дашьян А.В., Патянин С.В. Митюков Н.В, Барабанов М.С., Иванов В.В, Гайдук А.А Флоты Второй Мировой. — Москва: Эксмо, Яуза, 2009. — 608 с. — ISBN 978-5-699-33872-6
Ссылки
- dreadnoughtproject.org(англ.)
- www.navweaps.com(англ.)
- www.shipbucket.com(англ.)
- www.german-navy.de(англ.)
- Naval History and Heritage Command(англ.)
- www.naviearmatori.net(ит.)
- www.associazione-venus.it(ит.)
- Kreiser
- forums.airbase.ru
- www.airwar.ru
- pvo.guns.ru
- seawarpeace.ru
- tsushima.su