История создания линейных кораблей типа North Carolina

Среди всех американских линкоров USS North Carolina и USS Washington занимают первое место по длительности сроков проектирования и количеству рассмотренных вариантов.

Предпосылки к созданию

В течение 1934 года и в начале 1935 года при предварительном проектировании предполагалось, что, когда Соединенные Штаты возобновят строительство капитальных кораблей, они будут «обычными», то есть хорошо бронированными и смогут развивать скорость около 23 узлов. Возможно, некоторые из них будут быстроходными линкорами, созданными в соответствии с конкретными иностранными типами. Вместо этого Соединенные Штаты строили только то, что можно было бы назвать быстроходными линкорами, хотя на самом деле к концу 1930-х годов сочетание тактических и стратегических требований повысили стандарты скорости в других военно-морских флотах настолько, что некоторые из новых американских кораблей считались тихоходными. К тому же, наиболее вероятный противник, Япония, уже обладал значительно более скоростной боевой линией. Два линкора типа North Carolina почти с самого начала планировались как специализированные быстроходные линкоры, но последовавшие за ними корабли типа South Dakota вполне могли бы быть значительно медленнее, если бы не разведданные, полученные в конце 1936 года. Более того, на оба типа в значительной степени повлияли детали Лондонского военно-морского договора 1936 года, который заменил Вашингтонский договор, подписанный полтора десятилетия назад.

В марте 1934 года Япония объявила о своем намерении отказаться от соблюдения договоров. Остальные подписавшие его страны (Великобритания, Франция и Соединенные Штаты) хотели продолжить процесс заключения договора, но нуждались в каких-то средствах убедить Японию ограничить свои действия. В противном случае она построила бы (что и было сделано) суперкорабли, превосходящие «договорные» корабли. Их принципом была «скользящая шкала» - ограничения договора могли быть смягчены, если сторона, не подписавшая его, не соглашалась с ними или если одна из сторон, подписавших его, чувствовала угрозу своей национальной безопасности. В случае с линкорами типа North Carolina ключевым пунктом было ограничение калибра орудий до 14 дюймов (356 мм). Япония отказалась подписать договор, и ограничение было увеличено до 16 дюймов (406 мм), что было слишком поздно, чтобы изменить защиту этих кораблей, но достаточно рано, чтобы изменить их вооружение. Примерно через год была применена оговорка об увеличении тоннажа, в результате чего был разработан проект кораблей типа Iowa.

По сравнению с предыдущими американскими линкорами, новому поколению приходилось сталкиваться с двумя новыми угрозами: бомбардировками и подводными попаданиями снарядов, причем последнее было связано с увеличением дальности боя. В то же время они должны были противостоять более мощным подводным взрывам и быть намного быстрее. Бюро строительства и ремонта предстояло внедрить комбинацию инноваций, включая новую форму палубной брони, наклонную бортовую броню и механизмы, работающее при высоких температуре и давлении.

Военно-морской флот США впервые признал подводные попадания снарядов угрозой примерно в 1935 году, хотя японцы заметили (и использовали) их потенциал после испытаний на недостроенном линкоре IJN Tosa еще в 1924 году. На очень дальних дистанциях снаряды ударялись о воду достаточно круто, чтобы сохранять значительную скорость на коротких дистанциях, на более коротких дистанциях они разбивались вдребезги. Эксперименты с кессоном показали, что такие попадания наносили серьезные повреждения, даже если они не достигали цели. Бюро C&R сообщило, что «...плиты брони [часто] были отодвинуты назад, так что задняя часть и обшивка корпуса под нижним краем пояса оказывались без защиты ...». Проблема была осознана только после того, как началась серия новых разработок, и конструкторы смогли предусмотреть только вспомогательный тонкий пояс из стали STS под основным. Они рекомендовали утоньшающийся пояс шириной 2,134 метра и средней толщиной 89 мм, который весил бы 420 тонн. Даже это было невозможно в серии 35 000-тонных проектов, которые были чрезвычайно плотными. В конечном счете, корабли типа North Carolina могли быть снабжены только листами из внутренней брони защищающих погреба главного калибра. Такие накладки создавали дополнительные проблемы, поскольку они препятствовали упругой деформации обычных многобалочных систем защиты от торпед. В худшем случае такая конструкция в конструкции следующего типа кораблей (тип South Dakota) может практически свести на нет ценность всей системы противоторпедной защиты.

Все «договорные» американские линкоры были спроектированы таким образом, чтобы противостоять 317,5-кг заряду в тротиловом эквиваленте, и эта цифра была получена в результате проведенного в 1935 году разведывательного исследования основных иностранных торпед и мин. Военно-морской флот США пребывал в блаженном неведении о японской тяжелой торпеде вплоть до начала Второй мировой войны. Чтобы добиться такой защиты, конструкторы, как правило, создавали многослойную конструкцию из пустых и заполненных отсеков: пустота в наружной части корпуса, затем слой жидкости для поглощения ударной волны от взрыва и улавливания фрагментов корпуса, а затем пустота для задержки фильтрации воды. Такая конструкции была характерна, как для «Большой пятерки», так и для более поздних кораблей. В проектах конца 1930-х годов противоосколочная палуба служила верхней границей всей системы, удерживая ее вместе при воздействии подводных взрывов. Противоосколочную палубу необходимо было поддерживать в водонепроницаемом состоянии, так как она обычно находилась ниже ватерлинии, а по ее бортам проходили проходы для предотвращения повреждений. Эксперименты с кессоном, проведенные в 1934 году, показали, что даже 38 мм не были слишком тяжелой обшивкой для противоосколочной палубы, а 32 мм в ранних «договорных» проектах, разработанных в США, считались абсолютным минимумом.

Проектирование

Строительные каникулы, объявленные в Лондоне в 1930 году, должны были закончиться 31 декабря 1936 года, в середине 1937 финансового года. Сроки выполнения работ были таковы, что в мае 1935 года Генеральный совет флота США официально запросил проектные исследования. Было уже довольно поздно. Теоретически, предварительный проект должен был быть готов к 1 декабря 1935 года. Однако, учитывая экономические трудности Великой депрессии, совет не мог надеяться на более ранние сроки начала работ.

Проектирование нового поколения линкоров США началось с того, что 11 июля Генеральный совет объявил конкурс на разработку трех альтернативных эскизных проектов флагманских быстроходных линкоров («A», «B» и «C»), вооруженных вспомогательной артиллерией образца 1934 года, состоящей из двенадцати 127-мм/38 орудий в одиночном или спаренном исполнении. Все три проекта должны были иметь «полную» противоторпедную защиту, максимально возможную защиту от газов и очень большой запас хода - 15 000 морских миль при скорости 15 узлов. Силовая установка не была установлена. При предварительном проектировании можно было выбирать между турбоэлектрическими и одно- и двухредукторными турбинными силовыми установками. Вскоре стало очевидно, что только редукторные турбины будут достаточно легкими, чтобы быть установленными на такие быстрые корабли.

В отличие от предыдущих проектов, рассчитанных на то, чтобы развивать скорость при фиксированном запасе топлива, корабли нового проекта должны были развивать максимальную скорость с половиной от максимального запаса мазута. Построенные линкоры часто имели значительный запас топлива на случай чрезвычайных ситуаций, превышающий тот, который требовался для обеспечения их проектного радиуса действия. Эти дополнительные танки обычно заполнялись в процессе эксплуатации, часто создавая такую большую осадку, что броневые пояса были почти погружены в воду. Схема «A» представляла собой консервативную альтернативу: корабль со скоростью 30 узлов, вооруженный девятью 356-мм орудиями, установленными в носовой части и защищенными от огня снарядов 356-мм/50 орудий на дистанциях от 20 100 до 24 700 метров. Это соответствовало 292-мм борту и 114-мм палубе. Для защиты на аналогичных дистанциях от американских 406-мм/45 орудий потребовалась бы 381-мм бортовая и 132-мм палубная броня.

Схемы «B» и «C» представляли собой корабли со скоростью 30,5 узлов, защищенные от обстрела снарядами 356-мм/50 орудий на дистанциях 17 400 и 27 400 метров и вооруженные, соответственно, двенадцатью 356-мм/50 орудиями в трехорудийных башнях и восемью 406-мм/45 орудиями в двухорудийных. Защита от 356-мм/50 орудий требовала 337-мм поясной и 133-мм палубной брони. Для защиты на аналогичных дистанциях от американских 406-мм/45 орудий потребовалась бы 422-мм бортовая и 157-мм палубная броня.

Американское, а не иностранное оружие всегда использовалось в качестве стандарта для пробития брони. Например, в то время японскому 410-мм/45 орудию приписывали снаряд весом 1000 кг и начальную скорость 790 метров в секунду по сравнению с 1020 кг и 762 метрами в секунду для американского 406-мм/45 орудиями. Таким образом, для зоны неуязвимости проекту «A» для защиты от нее потребовалась бы 345-мм бортовая и 137-мм палубная броня. Для сравнения, чтобы противостоять новому американскому сверхтяжелому 680-кг 356-мм снаряду, схеме «A» потребуется бортовая броня толщиной 338 мм и 118-мм палубная броня, что не так уж и сильно различается.

На всех трех эскизных проектах были изображены чередующиеся машинные и котельные отделения в качестве страховки от потери хода при удачных подводных взрывах, а также большая трубчатая надстройка-башня управления огнем, характерная для американских капитальных кораблей, построенных несколькими годами позже. Они также сэкономили на защите от торпед, убрав одну из обычных пяти переборок, исходя из теории, что у быстроходного корабля будет больше шансов уклониться от торпед.

Водоизмещение в 32 150 тонн по схеме «A» находилось в пределах установленного договором лимита. Схемы «B» и «C» показали, насколько жестким был этот лимит. Их дополнительная толщина брони составила 4286 (против 3683) тонн палубной и 4095 (против 3478) тонн поясной брони, увеличившись на 1220 тонн. Простое использование четырех, а не трех барбетов стоило 375 тонн (плюс 260 тонн на башни). Таким образом, их вес превысил допустимый предел - 36 800 и 36 500 тонн соответственно. Новый 356-мм сверхтяжелый снаряд, 680 кг против 635 кг, разработанный Бюро вооружений, только усугубил ситуацию, поскольку стал стандартом для защиты. Теперь для «A» требовалось 343 мм поясной брони, а для «B» и «C» - 381 мм. Схемы «A1», «B1» и «C1» были попытками модифицировать первоначальные схемы, чтобы противостоять новым снарядам на первоначальных дистанциях. «A1» едва укладывался в установленный договором лимит в 34 500 тонн, но «B1» и «C1» значительно превысили договорной лимит - 39 550 и 39 500 тонны соответственно. Таким образом, не было никакой надежды - без применения нетрадиционных методов - на быстрое сочетание более ранних стандартов вооружения и защиты.

На схеме «A» башня №3 была установлена над двумя другими, так что все девять орудий могли вести огонь вперед под углом возвышения примерно в 4,5° на дальность около 9 100 метров. Как и у французских линкоров типа Dunkerque, это было идеальное решение для быстроходного корабля, предназначенного для преследования. Оно также защищало самолеты, необходимые для разведки (одиночным быстроходным крупным кораблем) или для управления огнем (в линейном бою), от огня тяжелых орудий. Однако с точки зрения веса это было дороже, чем более традиционное решение. Это не было реализовано в течение нескольких месяцев.

Эти предварительные исследования ни в коем случае не были основой для проекта следующего типа крупных кораблей США. Генеральный совет рассматривал их как средство пополнения своего списка альтернатив. Дело дошло до того, что в Военно-морском колледже был задан вопрос, каким должен быть следующий линкор - обычным, с 23-узловой скоростью, восемью или девятью 406-мм орудиями и поясом 380-406 мм, или быстроходным, таким как «A», «B» и «C». 23 августа Командующий флотом США настаивал на создании обычного тихоходного линкора с очень большой дальностью плавания - 18 000 морских миль при скорости 15 узлов. Он также должен был учитывать возможность того, что следующий Лондонский договор (который будет подписан в 1936 году) добавит новые ограничения.

В 1934 году британцы предложили дальнейшее сокращение до 25 000 тонн и 305-мм орудий. Соединенные Штаты отказались от какого—либо сокращения чистого тоннажа, утверждая, что тоннаж обеспечивает как дальность плавания, так и устойчивость к повреждениям, и что бомбы и торпеды не будут соответственно ограничены. Поэтому британцы предложили ограничить орудия калибром 356 мм, возможно, потому, что их собственные исследования показали, что сбалансированный линкор с 406-мм орудиями не может быть построен водоизмещением менее 40 000 тонн. Соединенные Штаты в конечном счете согласились на ограничение калибра до 356 мм только в том случае, если другие державы согласятся на это. Поэтому в конечном итоге в договоре была принята оговорка об скользящей шкале. С точки зрения США, было важно продемонстрировать тщетность британских предложений по созданию линкоров меньшего размера. 21 августа Начальник военно-морских операций запросил ряд проектов, в которых подчеркивались оборонительные характеристики при минимальном водоизмещении. Ни один из них не был особенно привлекательным. На самом деле, предварительный проект характеризовал худший вариант (восемь 305-мм орудий, 25 000 тонн, 23 узла, защита от огня 305-мм орудий) как смертельную ловушку.

Проекты линейных кораблей США, 1935 г.
	Размерения, м	ГК	Пояс, мм	Палубы, мм	Dcт, т	Нефть, т	Dп, т	V, уз.	ЭУ, л.с.	ЗСМ,   км
«A»	216,41×31,09×8,69	9×356 мм	292	114	32,450	2550	35,615	30	160,000	20,1-24,7
«A1»	216,41×31,09×9,06	9×356 мм	343	114	34,500	2550	37,365	30	166,500	20,1-24,7*
«В»	216,41×32,00×9,34	12×356 мм	336	133	36,800	2600	39,730	30.5	180,000	17,4-27,4
«B1»	216,41×32,00×9,95	12×356 мм	381	133	39,550	2650	41,930	30.5	200,000	17,4-27,4*
«C»	216,41×32,31×9,28	8×406 мм	336	133	36,500	2600	39,430	30.5	180,000	17,4-27,4
«C1»	216,41×32,31×9,95	8×406 мм	381	133	39,500	2650	41,980	30.5	200,000	17,4-27,4*
«D»	228,60×32,31×9,75	9×406 мм	431	159	40,500	2880	43,730	30.5	185,000	17,4-27,4(1)
«E»	228,60×32,31×9,75	8×406 мм	431	159	40,500	2880	43,730	30.5	185,000	17,4-27,4
«F»	207,26×30,78×10,03	8×356 мм	343	114	31,750	2450	34,082	30	160,000	20,1-24,7*
«G»	179,83×32,00×9,33	9×356 мм	343	114	31,500	2150	33,950	23		20,1-24,7*
«H»	182,27×32,46×9,34	9×356 мм	381	133	32,500	2150	34,750	30	65,100	17,4-27,4*
«J»	216,41×32,00×9,75	12×356 мм	317	133	37,383			30	190,000	20,1-27,4*
«J1»	216,41×32,00×9,14	12×356 мм	203	133	35,000			30	170,000	.-27,4(2)
«К»	216,41×31,09×9,14	9×356 мм	381	133	35,000			30.5	170,000	17,4-27,4*
«L»	216,41×31,09×9,14	12×356 мм	317	114	35,045			30	170,000	20,1-24,7*
«1»	165,20×30,18×8,08	8×305 мм	267	83	23,500	1575	24,033	23	57,500	17,4-22,6(3)
«3»	171,30×31,39×9,30	8×305 мм	356	133	29,000	2100	31,300	23	67,500	18,3-27,4(4)
«4»	201,17×31,39×9,11	8×305 мм	356	133	32,500	2185	34,985	30	180,000	18,3-27,4(4)
«5»	201,17×31,39×9,11	6×356 мм	356	133	32,500	2185	34,985	30	180,000	18,3-27,4(4)
Примечания: Зоны свободного маневрирования рассчитаны для 356-мм/50 орудия Mark 4, 6 старого типа, за исключением случаев, когда указано: (*) указывает на 356-мм/50 орудия Mark 7, 11, B нового типа. (1) указывает на 406-мм/45 орудие Mark 6 нового типа. Защитные зоны для «J», «К» и «L» рассчитаны для курсовых углов прицеливания в 75°, а не в 90°. (2) Для «J1» зоны не существует, с дальности 27,4 км начинает поражаться палуба. (3) указывает на имеющееся 305-мм орудие. (4) указывает на 305-мм орудие нового типа.

Бюро строительства C&R вернулось к своим 35 000-тонным проектам. Учитывая неудачу с проектами «B» и «C», в конце сентября конструкторы попробовали пять альтернативных вариантов: «D», «E», «F», «G» и «H». Последние два были традиционными тихоходными (23 узла) кораблями, вооруженными девятью 356-мм/50 орудиями и защищенными от новых 356-мм снарядов на расстоянии от 20 100 до 24 700 («G») или от 17 400 до 27 400 («H») ярдов. Они были прямыми потомками проектов 1933-34 годов, вполне укладывались в рамки договора и имели пять, а не четыре отсека противоторпедной защиты - тихоходный корабль было бы легче поразить торпедами. По сравнению с «A» и «A1», они были на 30 метров короче, имели на одну катапульту меньше и одну надстройку с мостиками управления. Предварительный проект «H» был особенно хорошо сбалансирован. Но поскольку они не соответствовали интересам Генерального совета в отношении быстроходных, многоцелевых кораблей, они не получили дальнейшего развития.

Схема «A» проекта линейного корабля, 1935 г. Современная реконструкция

Схема «B» проекта линейного корабля, 1935 г. Современная реконструкция

Схема «С» проекта линейного корабля, 1935 г. Современная реконструкция

Схема «A1» проекта линейного корабля, 1935 г. Современная реконструкция

Схема «D» проекта линейного корабля, 1935 г. Современная реконструкция

Схема «F» проекта линейного корабля, 1935 г. Современная реконструкция

Схема «H» проекта линейного корабля, 1935 г. Современная реконструкция

Первым значительным снижением веса конструкторами C&R стало сужение высоты пояса с 5,33 до 4,72 метров. Это было обосновано предположением, что корабли, как правило, вступают в бой почти с полной осадкой. Защита от торпед настолько сильно зависела от степени заполнения боковых (топливных) отсеков, и можно было ожидать, что капитаны будут заполнять эти отсеки морской водой по мере сжигания мазута. Ширина пояса не должна обязательно учитывать диапазон возможного изменения смещения, например, в зависимости от проектных и аварийных условий.

С другой стороны, существовала большая вероятность того, что новым стандартным орудием линкора станет 406-мм. Таким образом, варианты «D» и «E» были вооружены и защищены от нового снаряда весом 1020 кг (406-мм/45 орудие), аналогичного новому 356-мм, на дальности от 17 400 (431-мм пояс) до 27 400 (159-мм палуба) метров. Корабли пришлось удлинить до 228,60 метров, чтобы разместить более тяжелое вооружение. Что, в свою очередь, несколько уменьшило требуемую мощность. В любом случае они были слишком крупные, поскольку их стандартное водоизмещение составляло 40 000 тонн.

Вариант «F» был радикальной альтернативой, унаследованной от эскортных авианосцев 1933 года: линкор, подчеркивающий авиационные черты, но сохраняющий мощную батарею. В носовой части у него должны были быть две катапульты, а в ангаре под ними - десять бомбардировщиков со сложенными крыльями. Две четырехорудийные 356-мм башни были установлены в кормовой части, но они были расположены на одном уровне, чтобы уменьшить высоту и снизить вес барбета. В предварительном проекте предполагалось, что бомбардировщики компенсируют потерю носовых башен главной батареи. Несмотря на то, что он был необычным, у него были «...достоинства, требующие дальнейшего изучения...». Водоизмещение было в пределах допустимого - 31 750 тонн. Его ни в коем случае нельзя было назвать чрезмерно эксцентричным. Несколько военно-морских сил были заинтересованы в гибридных кораблях, и ВМС США были близки к тому, чтобы заказать «...крейсер с летной палубой...», с главной батареей в носовой части и полноценной полетной палубой в кормовой части, а Швеция фактически построила примерно такой же корабль - крейсер HSwMS Gotland. Однако, примерно в то же время интерес к боевым самолетам, запускаемым с помощью катапульты, начал ослабевать из-за того, что им приходилось платить за эксплуатационные характеристики из-за наличия поплавков, позволяющих им садиться в море.

Эти исследования определяют проблему. Соединенные Штаты могли выбрать либо относительно легко вооруженный (и бронированный) корабль с 30-узловой скоростью (проект «A»), либо более медленный, но лучше вооруженный корабль, которыми и стали линкоры типа North Carolina. Чтобы защитить линкоры от огня 406-мм орудий, потребовались бы «героические» меры как, в дальнейшем, с кораблями типа South Dakota. На тот момент только вариант «A» был действительно жизнеспособен, хотя и слишком слабо вооружен и защищен.

Теперь в предварительном проекте можно было увеличить броню до «A» или уменьшить до «В». 8 октября Бюро представило еще пять проектов: «J», «J1», «К», «L» и «M». «J» и «J1» были последними четырехбашенными вариантами, которые увеличивали водоизмещение за счет брони. Вариант «J1» имел пояс толщиной 203 мм и высотой 4,05 м, чтобы оставаться в рамках договорных ограничений. Это оставляло поле для разработки трехбашенных систем. Это не запрещало строительство двенадцатипушечного корабля, поскольку Бюро вооружений могло разработать четырехорудийную 356-мм башню, как на французских линкорах типа Dunkerque.

Конструкция «К» была вариантом «A1» с усиленной броней. Чтобы увеличить вес для дополнительной брони, пояс был сужен до 4,27 метров, а кормовая надстройка с КДП и второе внутреннее дно были удалены. Сэкономленные 1450 тонн соответствуют 381-мм поясу и 133-мм палубе, что соответствует зоне защиты варианта «В1» от 17 400 до 27 400 метров (от сверхтяжелого 356-мм снаряда). Предварительный проект был признан привлекательным, но возникли опасения, что он настолько жесткий, что любая дальнейшая доработка приведет к превышению установленных договором пределов.

«L» был двенадцатиорудийным вариантом, в котором использовались четырехорудийные башни. Как и в «J», пояс был сокращен до толщины 317 мм и высоты 4,05 метра. Броневая палуба была уменьшена до 114 мм (дальняя граница ЗСМ - 24 700 метров), противоосколочная палуба - до 25 мм, а барбеты, боевая рубка и коммуникационная труба - до 317 мм, что соответствовало меньшей зоне поражения, чем у пояса, поскольку эти круглые конструкции никогда не имели иного угла прицеливания, кроме 90°. Как и в конструкциях «A» и «К», у «L» все три башни были направлены вперед. Еще 200 тонн (125 тонн барбетной брони, 75 тонн броневой цитадели) можно было сэкономить, переместив одну башню в кормовую часть (конструкция «M»); это позволило увеличить главную палубу на 6 мм, или на 630 метров защитной зоны. И «L», и «M» были настолько близки к установленному в договоре пределу, что отдел предварительных проектов опасался, что их нельзя будет превратить в подробные проекты, не превысив его. Таким образом, наилучшим компромиссом оставалась вариант «К».

В октябре Генеральный совет принял решение приступить к его реализации, а не к более традиционному проекту, в основном исходя из своих ожиданий от тихоокеанской кампании. Адмирал Уильям Х. Стэндли, командующий военно-морским флотом, настаивал на том, чтобы четыре быстроходных линкора образовали две оперативные группы с двумя тяжелыми авианосцами USS Lexington и USS Saratoga. Он не хотел, чтобы новые линкоры имели скорость авианосца в 33 узла, но, скорее, достаточную для того, чтобы обогнать и вступить в бой с самыми быстрыми крупными кораблями на Тихом океане, 26-узловыми линейными крейсерами типа Kongō, то есть он хотел иметь скорость не менее 27 узлов. Однако Стэндли также выразил обеспокоенность по поводу японских тяжелых крейсеров и авианосных сил, которые медлительная боевая линия линкоров США не могла принудить к бою и которые, безусловно, могли обогнать любой линкор с 27-узловой скоростью.

Адмирал Уильям С. Пай, в то время президент военно-морского колледжа, подчеркивал угрозу, исходящую от кораблей типа Kongō. Он сомневался, что японцы станут рисковать своим основным флотом, если сначала не смогут ослабить боевую линию США. Такова была, по сути, их политика в 1941 году. Учения в военном колледже неизменно показывали, что три быстроходных японских боевых корабля, которым Соединенные Штаты могли противостоять только с воздуха и с помощью носителей торпед - подводных лодок, крейсеров и эсминцев, могли оказывать огромное влияние на ранних этапах войны на Тихом океане. Они были «...занозой в боку у флота США». Поэтому он предпочитал скорость не менее 28 узлов, чтобы иметь преимущество в 2 узла или более. Что касается тесноты конструкций быстроходных линкоров, Пай предположил, что от запаса прочности, заложенной в конструкции линкоров, можно отказаться: «Мы не должны терять десять процентов запаса. Мы должны быть готовы принять на десять процентов больше, чем на первом корабле класса.»

Плавающие старшие офицеры отдавали предпочтение «линейному крейсеру» (быстроходному линкору) с перевесом 9 к 7. Стратеги были настроены еще более оптимистично. Таким образом, из шести линейных офицеров, непосредственно занимавшихся стратегическим планированием в отделе военных планов, пятеро, включая директора, отдавали предпочтение быстроходным кораблям. Однако ни один офицер не хотел, чтобы этот быстроходный линейный корабль стал стандартом для всех будущих кораблей, строящихся в США. Большинство хотело только три, один - четыре, другой - столько же, сколько и в любом другом флоте. Самым радикальным выбором было по два на каждый японский корабль. Однако один офицер утверждал, что с японскими крупными кораблями было бы проще справиться с помощью одной только воздушной атаки.

Как и следовало ожидать, Бюро вооружений высказалось в пользу 406-мм пушки и согласилось бы на проект «А» только в том случае, если бы его вынудили к этому условия договора. Например, американские орудия, стреляющие новым 1020-кг снарядом, пробивают защиту японских линкоров типа Nagato (330-мм, 102-мм палуба) практически на всех дистанциях боя. Однако, новое 356-мм орудие не могло пробить борт корабля дальше чем на 20 700 метров, а палубу - только с 23 000. Британские линкоры типа Nelson (борт 356 мм, палуба 159 мм) был бы неуязвим для обоих орудий. Однако их зона защиты от 356-мм орудия составляла бы 11 900 метров в ширину, в то время как против 406-мм/45 орудий она была бы ограничена 6 000 метрами.

Инженеры Бюро вооружений хотели разместить орудия в каждой башне более широко, чтобы уменьшить взаимные помехи при стрельбе залпами, а также и упростить подачу и заряжание снарядов. В то время бюро пыталось устранить помехи на новых тяжелых крейсерах, орудия которых были расположены относительно близко друг к другу. Однако, с точки зрения C&R, любое увеличение расстояния привело бы к увеличению диаметра барбета и веса орудийной установки. Например, на линкорах типа Tennessee расстояние составляло 180 см, с общем весом брони только для барбетов около 400 тонн. Однако расстояние в 305 или 330 см, как в некоторых исследованиях 1934 года, увеличило бы вес одного барбета до 500, а также вес брони вращающейся башни. Оказалось, что 216-241 см были бы хорошим компромиссом при средней массе неподвижной и вращающейся брони в 900 тонн на башню. Наконец, бюро потребовало более мощной вспомогательной батареи: двенадцать универсальных орудий казались плохой заменой комбинации из двенадцати противоминных и восьми зенитных орудий, установленных на предшествующих линкорах.

Проект «К» был действительно единственной реальной альтернативой. Генеральный совет стремился обеспечить защиту от 356-мм орудия на расстоянии от 18 900 метров (356-мм пояс) до 27 400 ярдов (133-мм палуба). Соответствующие зоны для стрельбы из орудий калибра 406-мм/45 и 406-мм/50 будут составлять от 21 800 до 23 900 и от 24 000 до 24 600 метров. Можно было попробовать либо обычную конфигурацию, либо переднее расположение 356-мм орудий.

В конечном счете, для строительства была выбрана усовершенствованная версия проекта «К», от которой в последний момент отказались в пользу более медленного, но более мощно вооруженного корабля. Перипетии проекта дают некоторое представление о проблемах, с которыми столкнулись как проектировщики, так и политики. Эскизные проекты, разработанные на следующем этапе, были обозначены римскими цифрами. В сохранившихся документах их насчитывается в общей сложности тридцать пять.

Первая серия проектов, с «I» по «V», были представлены Генеральному совету уже 15 ноября. Вес был явно критическим, и в них была учтена характерная черта более поздних расчетов в США - снижение веса «бумаги». В их случае доля боекомплекта, учитываемого в стандартном водоизмещении, была уменьшена. Обычно на каждое орудие приходилось 100 выстрелов, плюс еще 100 на корабль. Теперь последнее требование было отменено. Это была чисто бумажная экономия, поскольку корабль был спроектирован таким образом, чтобы вместить большее количество снарядов. Это стало предвестником гораздо более значительного снижения «бумажного» веса, что вполне оправданно для кораблей, находящихся на пределе водоизмещения, предусмотренном договором.

Схемы «I» и «II» были двумя альтернативными вариантами «К», запрошенными Комиссией, при этом одна из низкорасположенных башен в проекте «II» была перенесена на корму. Схема «I» показала, что проект «К» был чрезмерно оптимистичен. Бортовую броню пришлось уменьшить с 381 до 311 мм, увеличив внутреннюю границу защитной зоны с 17 400 до 20 700 ярдов. Кроме того, было трудно разместить большие машинные отделения силовой установки, мощностью 165 000 л.с. для достижения скорости 30 узлов, в кормовой части с адекватной защитой от торпед.

Также нельзя было существенно сэкономить, переместив одну башню в кормовую часть. Водоизмещение по схеме «II» , вероятно, составило бы 35 745 тонн, даже если бы запас был нереально мал. Поэтому броня была дополнительно уменьшена, в схеме «II-A», до 324 мм. Новую башню было трудно разместить в кормовой части из-за ее большей глубины и диаметра. Глубина не позволяла опустить ее, несмотря на возможную экономию веса. Диаметр был проблемой из-за того, что как погреба, так и защита от торпед должны были быть выполнены в том месте, где корпус должен был сужаться для обеспечения хорошего потока воды к винтам. С другой стороны, поскольку BuOrd требовал наличия двух КДП управления огнем на расстоянии не менее 23 метров друг от друга, в предварительном проекте не было реализовано то, что могло бы стать существенной экономией при проектировании со всеми передними башнями, а именно устранение кормовой установки.

Другой проблемой было расстояние от ватерлинии до брони. Переходя к более длинным корпусам, C&R пришлось отказаться от традиционной политики определения длины брони по критериям плавучести и остойчивости. Например, схема «II» имела броневой пояс только на 63,6% своей длины, по сравнению с 68,6% у более раннего типа West Virginia и только на 58,4% у британских линкоров типа Nelson, что отражало иную философию проектирования. Можно было бы возразить, что обводы корпуса, необходимые для обеспечения высокой скорости, обеспечивали бы гораздо большую плавучесть корпуса в этих центральных 64%, чем это имело бы место на более медленном корабле. Тем не менее, C&R сочла своим долгом обосновать эти цифры тем, что они относятся к быстроходному крупному кораблю, то есть к специализированному типу, который, предположительно, не должен был выдерживать непрерывных обстрелов, ожидаемых в боевой линии. Незаметный отказ от фиксированной длины по ватерлинии сделал практичными длинные корпуса (как у типа Iowa).

Промежуточные проекты линейных кораблей типа North Carolina, 1935-36 г.
Индекс	Дата	Размерения, м	ГК	Пояс, мм	Палубы, мм	V, уз.	ЭУ, л.с.	ЗСМ, км
«I»	15.11.1935	216,41×32,46×9,75	9×356 мм	311	133	30	165,000	22,0-25.0
«II»	15.11.1935	216,41×32,46×9,75	9×356 мм	356	133	30	165,000	17,4-27,4
«II-A»	15.11.1935	216,41×32,46×9,75	9×356 мм	324	127	30	165,000	21,1-26,8
«III»	15.11.1935	216,41×32,77×9,65	9×356 мм	308*	91-127	30	165,000	19,6-27,4
«IV»	15.11.1935	220,98×32,77×9,63	9×356 мм	308*	91-127	30	165,000	19,6-27,4
«IV-A»	10.04.19З6	220,98×32,84×9,68	9×356 мм	308*	104-133	30	165,000	19,6-27,4
«IV-B»	10.04.19З6	220,98×32,84×9,47	9×356 мм	308*	104-133	30	155,000	19,6-27,4
«IV-C»	10.04.19З6	220,98×32,62×9,68	9×356 мм	308*	104-133	30	155,000	19,6-27,4
«V»	15.11.1935	201,17×32,77×10,24	8×406 мм(Q)	394	160	27	130,000	18,3-27,4 (1)
«VI-A»	10.04.19З6	220,98×32,84×9,68	8×356 мм	251*	104-133	30	155,000	23,6-27,4
«VI-B»	10.04.19З6	210,31×32,84×9,30	8×356 мм	340*	104-133	26,5	116,000	17,4-27,4
«VII»	10.04.19З6	195,07×32,84×10,16	12×356 мм	308*	104-133	22	50,000	19,6-27,4
«VIII»		210,31×32,84×9,30	10×356 мм	308*	104-133	26,5	116,000	19,6-27,4
«IX-A»	06.05.1936	220,98×32,84×9,68	8×356 мм(Q)	308*	104-133	30	155,000	19,6-27,4
«IX-B»	06.05.1936	220,98×32,84×9,68	8×356 мм(Q)	340*	104-133	30	155,000	17,4-27,4
«IX-C»	06.05.1936	220,98×32,84×9,68	8×356 мм(Q)	340*	104-133	30	155,000
«IX-D»		220,98×32,84×9,68	8×356 мм(Q)	333	127-133	30	155,000	17,4-27,8
«IX-E»	19.05.1936	220,98×.×.	8×356 мм(Q)	333*	127-133	30		17,4-27,8
«X-A»	29.05.1936	210,31×32,84×9,93	10×356 мм	333*	146	26,8	112,500	17,4-27,4
«X-B»		210,31×32,84×9,93	9×356 мм	338*	146	27	116,000	17,8-
«XI-A»		215,19×32,84×9,68	10×356 мм	321*	146	27	112,500	18,6-27,4
«XI-B»		215,19×32,84×9,68	9×356 мм	321*	146	27,5	122,000	18,6-27,4
«XII»		205,44×32,84×10,11	9×356 мм	375*	124-133	26,6	112,500	16,4-29,1
«XIII»	29.05.1936	220,98×32,84×9,68	9×356 мм	330*	124-133	28,5	123,000
«XIII-A»		220,98×.×.	9×356 мм	330*	124-133	30		18,1-27,4
«XIII-B»		220,98×.×.	9×356 мм	330*	124-133	28,5		18,1-27,4
«XIV»	29.05.1936	220,98×32,84×9,68	10×356 мм			28,5	123,000	27,4-27,4
«XV»	02.06.1936	220,98×.×.	11×356 мм			28,45
«XV-A»		220,98×.×.	9×356 мм			30,05
«XV-B»		220,98×.×.	10×356 мм			28,45
«XV-C»		220,98×.×.	10×356 мм			30,05
«XV-D»		220,98×.×.	10×356 мм			29,2
«XV-E»	19.06.1936	220,98×.×.	12×356 мм			28,45
«XVI»	20.08.1936	217,63×.×.	12×356 мм	280*	130-142	27
«XVI-A»						30
«XVI-B»		220,98×.×.	10×356 мм	343		30
«XVI-C»		220,98×.×.	9×356 мм	343		30
«XVI-D»		220,98×.×.		325		30
Примечания: (*) Наклон пояса 10°. (1) Защита от огня 406-мм, а не 356-мм снарядов.

Несмотря на свою заинтересованность в защите от подводного воздействия, конструкторы C&R теперь решили разместить котлы в четырех смежных котельных отделениях между машинными отделениями, чтобы свести к минимуму длину паропроводов. В каждом из крайних отделений было по два котла в ряд, а в центральных - по три. Последний пришлось поднять, чтобы освободить гребные валы в переднем машинном отделении. Их невозможно было прикрыть противоосколочной палубой.

Схема «I» проекта линейного корабля, 1936 г. Современная реконструкция

Схема «II» проекта линейного корабля, 1936 г. Современная реконструкция

Схемы «I» и «II» показали, что броня была главным препятствием для успешного проектирования договорного линкора. При дальности около 18 300 метров 100 тонн вертикальной брони увеличивали зону защиты на 450 ярдов. При дальности 27 400 метров за тот же вес, вложенный в палубную броню, можно было купить всего 270 метров, поскольку палубная броня любой заданной толщины должна была покрывать значительно большую площадь, чем эквивалентная толщина бортовой брони.

Схема «III» была попыткой преодолеть эти ограничения за счет использования более сложных форм защиты, наклонной бортовой брони и бомбовой палубы. Высота палубы также была уменьшена на 76 мм, что позволило снизить вес корпуса на 66 тонн. Из этих двух способов наклонная бортовая броня была хорошо известна и применялась на линейных крейсерах программ 1919 года, которые впоследствии были достроены как авианосцы USS Lexington и USS Saratoga. Наклон в 10° позволил бы сэкономить 39 мм на толщине, необходимой на дистанции 17 400 метров. Несмотря на то, что плиты должны были бы быть немного шире, это позволило бы сэкономить 260 тонн. Этого все равно было слишком мало, и конструкторам пришлось довольствоваться 308 мм, а не 346 мм, то есть внутренней границей зоны неуязвимости в 19 600 метров. Аналогичной мерой был наклон барбета наружу, как на тяжелом крейсере USS Wichita. Конус в 5° позволил сэкономить 19 мм, или 240 тонн водоизмещения корабля.

Наклонный пояс сам по себе создавал некоторые проблемы. Максимальная ширина по ватерлинии была установлена Панамским каналом, и борт с поясом были наклонены внутрь. В результате, ширина на ватерлинии была несколько уменьшена. Более того, если бы уклон продолжался ниже ватерлинии, объема было бы недостаточно для защиты от торпед - как это было обнаружено британцами на линейном крейсере HMS Hood и, если уж на то пошло, американцами при проектировании линейного крейсера 1919 года. Решение во всех трех случаях было одним и тем же: наложение булей для восстановления подводного объема. В схеме «III» були фактически увеличили глубину подводной защиты по сравнению со схемами «I» и «II». Оказалось возможным установить дополнительную (пятую) переборку на траверзе носового и кормового отсеков. 200 тонн были сэкономлены за счет других мер по снижению веса. Конструкторы отметили, что, если этот вес был потрачен на броневой пояс, зона защиты могла бы быть расширена еще на 900 метров по внутреннему краю.

Бомбовая (верхняя) палуба была гораздо более радикальной идеей. Она предназначалась для защиты от крупных, легких, осколочно-фугасных бомб, которые могли быть остановлены 38- или 51-мм листами STS. Конструкторы C&R опасались, что, если такая палуба не будет оборудована, бомбы могут повредить несущие конструкции и верхнюю обшивку над главной броневой палубой, что приведет к образованию больших пробоин. Бронебойные бомбы пробивали бы броню достаточно легко, но бомбовая палуба взводила бы их взрыватели, и они взрывались бы, не причиняя вреда, на главной броневой палубе. Кроме того, снарядам, прошедшим через бомбовую палубу и поврежденными, будет труднее пробить броневую палубу под ним. Только снаряды, попавшие в броневую палубу через небронированный борт корабля, не будут повреждены. Они, в свою очередь, попадут во внешний край броневой палубы. Внутреннюю часть, которая была бы затенена бомбовой палубой, можно было бы сделать тоньше.

В схеме «III» максимальная толщина броневой палубы, составлявшая 127-мм, сохранялась только на внешних 4,11 метрах. На протяжении 3,3 метров внутрь с каждого борта толщина была уменьшена до 114 мм, а на протяжении следующих 1,98 метров она утоньшалась до 91 мм в центральной части. За счет этих сокращений чистый прирост за счет размещения бомбовой палубы составил всего 35 тонн из общего веса палубной брони (без учета осколочной палубы), составляющего около 5550 тонн. Ожидалось, что с противоосколочной палубы можно будет снять еще 6,5 мм (150 тонн) с учетом дополнительной защиты. Позже пришлось сократить гораздо больше. С другой стороны, пространство за двумя броневыми палубами было необходимо прикрыть 25-мм противоосколочной палубой.

Наклонный пояс и бомбовая палуба были характерны для всех более поздних проектов американских линкоров.

Башни главного калибра были опущены на своих барбетах ближе к палубе. Это стало возможным благодаря тому, что ранее действовавшее требование о наличии зазора под задней частью башни (для люка) было отменено, а дверь была вырезана в задней части башни (и, как следствие, была принята во внимание слабость конструкции). Это, в свою очередь, позволило понизить боевую рубку, высота которой была установлена в соответствии с требованием видеть башню №2. Такая экономия могла составить до 150 тонн. Высота самой башни была уменьшена за счет опускания ее задней части, при этом ее высота зависела от высоты командирской башенки на самой башне. Сама кабина наблюдения была опущена в углубленный выступ башни. Больше не было необходимости в зазоре под выступом башни (для люка). Теперь башня могла иметь плоскую крышу, которая в баллистическом отношении превосходила наклонную и, следовательно, была тоньше. За счет более тонких крыш, более низких барбетов и более низкой боевой рубки можно было бы сэкономить сотни тонн.

В схеме «IV» корпус был удлинен с прежних стандартных 216,41 до 220,98 метров, что позволило существенно снизить вес за счет снижения требуемой мощности. Более длинный корпус облегчал управление, особенно в плохую погоду, а также улучшал обитаемость. Однако сам корпус должен был бы быть тяжелее, он был бы менее маневренным, и было бы сложнее обеспечить достаточную подводную защиту. По всем этим причинам американские проектировщики утверждали, что «...самый короткий корабль, способный развивать требуемую скорость и вмещать жизненно важных людей, имеет наименьшее водоизмещение». Предварительные исследования показали, что 216,41 метра будет вполне достаточно.

Все это было основано на одинаковых пропорциях броневых цитаделей. Однако, вес брони на самом деле можно было уменьшить, удлинив корпус. То есть, когда длина корпуса увеличилась до 220,98 метров в схемах «IV» и «V», мощность снизилась на 10 000 лошадиных сил, а машинное отделение (отсюда и длина брони) сократилось на 2,4 метра. С другой стороны, необходимо было предусмотреть броневой пояс между главным поясом и броней рулевых механизмов. Это снизило чистую экономию до 47 тонн. То есть вес корпуса должен был быть увеличен с 7 630 до 7 782 тонн, а следовательно, и количество корпусных деталей - с 1 730 до 1 760. Но 76 тонн было сэкономлено на защите (12 601 т уменьшено до 12 525 Т), 143 тонны - на механизмах (с 3 417 Т) и еще 20 тонн - на элементах корпуса, связанных с механизмами, таких как фундаменты. Кроме того, можно было бы исключить по одному из трех котлов в каждом из двух котельных отделений в средней части корабля. Из оставшихся двух можно было бы удалить лишние дымоходы, а разделительную палубу можно было бы восстановить. В удлиненной схеме «IV» запас по схеме III можно было бы восстановить до реалистичного значения.

Бюро вооружений все равно предпочло бы 406-мм пушку, и вариант «V» был вооружен восемью 406-мм/45 орудиями, которые весили примерно столько же, сколько девять 356-мм/50 орудий, но защищен только от огня 356-мм орудий. При предварительном проектировании было решено отказаться от скорости в пользу брони, уменьшив 216,41-метровый корпус на одну длину котельного отделения до 201,17 м (130 000 л.с., 27 узлов). В декабре 1935 года был разработан проект с двумя трехорудийными башнями в носовой части и одной двухорудийной в кормовой части, обеспечивающий защиту на расстоянии от 17 400 до 27 400 метров. Позже вместо них были предложены две четырехорудийные башни. В общих чертах эти результаты близки к тому, что позже стало кораблями типа South Dakota, хотя из сохранившихся документов ясно, что между этими двумя конструкциями не было никакой связи. Схема «V» была тесной, и у нее была самая короткая длина брони - 61 процент (против 61,2 в схеме «IV», следующей по величине). Более того, ее защита против 356-мм орудий не могла быть удовлетворительной, пока иностранные военно-морские силы могли строить линкоры с 406-мм вооружением.

Схема «VI-B» проекта линейного корабля, 1936 г. Современная реконструкция

Схема «VII» проекта линейного корабля, 1936 г. Современная реконструкция

Схема «IV», несомненно, была лучшей из всех, и 3 января 1936 года Генеральный совет выбрал ее в качестве основы для дальнейшего развития. Несмотря на то, что она была явно чрезвычайно сложной, правление потребовало значительных улучшений. Требовалось шестнадцать 127-мм/38 орудий, поскольку двенадцати принятых ранее казалось слишком мало, учитывая размеры батареи, уже установленной на более ранних линкорах. К марту предварительные характеристики предусматривали наличие двадцати 127-мм орудий, комбинацию одиночных установок и четырех, шести или восьми спаренных установок. Они будут дополнены двумя счетверенными 28-мм автоматами и, по меньшей мере, восемью 12,7-мм пулеметами. Зона защиты от нового 356-мм орудия должна была составлять от 17 400 до 27 400 метров, скорость - 30 узлов, дальность плавания - 15 000 миль при скорости 15 узлов.

Генеральный совет не в полной мере учел уроки предыдущих проектов. Он неофициально запросило новую серию эскизных проектов с четырьмя башнями, которые стали схемами «IV-A» и «IV-B». В отделе предварительных проектов также была разработана схема «VII», возвращающая к старым двенадцатипушечным малоскоростным (22 узла) кораблям, и «VIII», промежуточный десятипушечный тип. И «VII», и «VIII» были трехбашенными. Таким образом, «VII» представляет собой интересное сравнение с реально построенным двенадцатипушечным кораблем. Однако, основная линия развития была продолжена в трех эскизных проектах, представленных в апреле, - схемы «IV-A», «IV-B» и «IV-C».

Как и следовало ожидать, эти корабли были чрезвычайно компактными. Например, чтобы разместить дополнительные 127-мм установки в схеме «IV», в предварительном проекте пришлось отказаться от 28-мм установок, несмотря на желание использовать и то, и другое. Хуже того, было обнаружено, что низкоскоростное старое 356-мм/45 орудие на самом деле пробивает палубную броню эффективнее, чем высокоскоростное новое 356-мм/50, поскольку его снаряд падает более круто и, следовательно, ударяется о палубу под углом, близким к вертикали. Теперь это стало стандартом для внешнего края защитной зоны, и у проекта «IV-A» была повышена до 19 600 - 24 700 метров, несмотря на увеличение брони палубы до 66-102 мм, уложенную на 38-мм подкладку. Схема «IV-B» имела восемь спаренных 127-мм/38 установок, а схема «IV-C» - шесть спаренных и восемь одиночных установок. Только для 127-мм орудий это означало в общей сложности 805 тонн в «IV-B» и 861 в «IV-C», по сравнению с 597 в «IV-C» и «IV», без учета боеприпасов: 500 снарядов на орудие в «IV» (304 тонны), 450 в «IV-C» (438 тонн). В каждом случае боезапас включал в себя 800 осветительных снарядов на корабль.

Конструкторы C&R жаловались, что в водоизмещение 35 000 тонн ее просили вместить британский HMS Hood, уравновесив преимущества более раннего корабля в 5000-6000 тонн улучшениями в конструкции механизмов и использованием трехорудийных, а не двухорудийных башен. Более того, от запаса прочности пришлось отказаться. Например, «противоторпедная переборка предназначена для поражения только одной торпедой в заданной точке. Бортовой пояс имеет достаточный надводный борт, чтобы удержать тяжелую защитную палубу над водой после попадания одной торпеды...». Мощности хватало для достижения требуемой скорости только на спокойной воде с чистым днищем.

Даже в этом случае требования Генерального совета не могли быть выполнены. Например, увеличение толщины пояса до 340 мм, чтобы соответствовать стандарту ближней границы зоны неуязвимости в 17 400 метров, обошлось бы в 270 тонн, увеличение палубы на 12,5 мм - еще в 400 тонн, увеличение количества 127-мм орудий - в 398 тонн, увеличение глубины корпуса, чтобы учесть неясности в определениях стандартного и боевого водоизмещения - еще 360, желание Бюро вооружений использовать 152-мм, а не 76-мм броню легкой части барбетов, еще 140 тонн. Это и другие прямые увеличения составили бы 2075 тонн, а фактическое увеличение водоизмещения было бы намного больше.

Схема «IX» проекта линейного корабля, 1936 г. Современная реконструкция

Конструкторам C&R нужен был выход. Одной из возможностей было сократить количество барбетов и башен, используя две четырехорудийных вместо трех трехорудийных («IX-A», «IX-B» и «IX-C»). Веса было достаточно, чтобы обеспечить полную защиту пояса («IX-B») и даже двадцати 127-мм пушек («IX-C»), хотя в последнем случае это стоило почти всего запаса водоизмещения. В «IX-D» палубная броня была увеличена за счет брони противоосколочной палубы и дополнительных боеприпасов, а в «IX-E» обе четырехорудийные башни были установлены в носовой части. Теперь пришлось поднять барбет башни №2, что привело к увеличению веса брони. Запас веса, который у «IX-C» достиг минимума в 145 тонн, снизился с 456 тонн у «IX-D» до 395 тонн. Все эти варианты имели скорость 30 узлов и 220,98-м длину. Ни один из вариантов, по-видимому, не был удовлетворительным.

Схема «X-A» проекта линейного корабля, 1936 г. Современная реконструкция

Теперь Генеральный совет начал сомневаться в своей приверженности к очень высоким скоростям. 15 мая он запросил девятипушечный корабль, который бы уступал в скорости (27 узлов) бронированию. Вариациями на эту тему должны были стать добавление десятого орудия и потеря или выигрыш в пол-узла скорости. На схеме «X-A» десятое орудие было добавлено путем замены одной носовой трехорудийной башни на четырехорудийную. Длина и мощность могли быть уменьшены (210,31 м, 112 500 л.с. 26,8 тыс. тонн). Броня примерно соответствовала стандартам совета. Генеральный совет надеялся сэкономить больше веса, убрав бомбовую палубу, но конструкторы утверждали, что почти столько же обшивки требовалось просто для прочности конструкции. Скорость по-прежнему казалась низкой, и в схеме «XI-A» корабль был удлинен до 215,19 метра («XI-A») за счет поясной брони - 333 мм уменьшены до 321 мм, что отодвинуло ближнюю границу зоны неуязвимости с 17 800 до 18 600 метров. «X-B» и «XI-B» были девятиорудийными аналогами, обладали несколько большей мощностью, а у «X-B» поясная броня была на 6,25 мм больше. На варианте «XII» была проверена возможность того, что дальнейшее небольшое снижение скорости (до 26,6 узлов) добавит брони.

Схема «XIII» проекта линейного корабля, 1936 г. Современная реконструкция

Схема «XIV» проекта линейного корабля, 1936 г. Современная реконструкция

Конструкторы посчитали, что вариант «XII» слишком сильно пожертвовал защитой и что, возможно, есть какой-то способ увеличить скорость с минимальными затратами. Это означало, что для моделей «XIII» (девять орудий) и «XIV» (десять) пришлось вернуться к длине 252,3 метра. Теперь мощность в 123 000 л.с., почти такая же, как у «XI-A», позволяла развивать скорость 28,5 узлов. Экономия веса включала в себя отказ от четырех одноствольных 127-мм/38 орудий. Кроме того, было отменено требование о том, чтобы башня №1 могла вести огонь прямо по носу на нулевом угле возвышения. Теперь эту башню можно было опустить на 2,4-2,7 метра, что существенно экономило броню барбета и боевой рубки. Дополнительное орудие в «XIV» было приобретено за счет устранения кормовой рубки и КДП управления, которое в значительной степени способствовала провалу первоначальной схемы «I». В качестве альтернативы, в «XIII-A» вес дополнительных КДП и рубки пошел на более мощные механизмы, позволившие развить скорость 30 узлов при 150 000 л.с. Вариант «XIII-B» был эквивалентен «XIII», за исключением того, что была добавлена 12,5 мм к толщине бомбовой палубы.

Конструкторы также разработали эскиз более длинного (225,55 м) корпуса, который мог бы развивать скорость 29 узлов при первоначальных 123 000 л.с., с одиннадцатью орудиями (две четырехорудийные башни, носовая и кормовая), но это было непрактично. Однако его одиннадцатиствольная батарея была привлекательной, и она появилась в следующем серьезном эскизном проекте, «XV», в начале июня 1936 года. В то время также рассматривались варианты с девятью, десятью и двенадцатью («XV-E») орудиями.

Схема «IX-E» проекта линейного корабля, 1936 г. Современная реконструкция

Отдел Предварительного проектирования описывал «IX-D» и «IX-E» как подчеркивающие скорость и защиту в ущерб огневой мощи, «XIII» и его производные - как более или менее сбалансированные компромиссы, а «XIV» - как подчеркивающие огневую мощь в ущерб скорости. К этому времени Генеральный совет склонялся к относительно медленным одиннадцати- и двенадцатипушечным проектам. Недовольный доводами о запасе водоизмещения, совет приказал C&R переработать «XV» и «XV-E», распределив запас в 450 тонн между защитными элементами. Существование этих схем побудило совет опубликовать 25 июня новые предварительные характеристики.

Они требовали корабль со скоростью 28,5 узлов, оснащенный одиннадцатью 356-мм орудиями и шестнадцатью 127-мм/38 универсалками (из них двенадцать в спаренных установках), при этом вес был снижен за счет ограничения боезапаса (в стандартном водоизмещении) до 900 356-мм и 6800 127-мм, хотя вместимость погребов была намного больше. В соответствии с опытом C&R, четырехствольные 28-мм автоматы были бы исключены из проекта, а единственной легкой зенитной батареей были бы восемь пулеметов калибра 12,7 мм. Зона защиты должна была простираться от 17 400 до 27 400 метров (30 200 м для погребов). С бомбовой палубой для этого потребовалась бы основная броневая палуба толщиной 142-159 мм и противоосколочная палуба толщиной 19-32 мм. Главным достижением C&R стало то, что максимальная скорость должна была быть рассчитана с учетом полной загрузки масла, запасов и боеприпасов.

В своем сопроводительном письме министру военно-морского флота председатель Генерального совета отметил, что обычный запас по весу был отменен, так что, возможно, в ходе проектирования потребуется уменьшить некоторые характеристики, чтобы остаться в пределах установленных договором ограничений. В этом случае Генеральный совет предложил сократить количество 356-мм орудий с 11 до 10, а не снижать защиту. С другой стороны, возможно, путем доработки конструкции, увеличить главный калибр до двенадцати орудий. Представитель CNO неофициально добавил, что был бы рад получить дополнительное орудие в ущерб скорости. Однако, по крайней мере на первый взгляд, эти характеристики, казалось, подтверждали мнение конструкторов о том, что конструкция линкора может сочетать эффективную защиту, умеренно высокую скорость и главный калибр. Преобладание в проектах 356-мм орудия было обусловлено скорее переговорами по Лондонскому договору, чем каким-либо техническим решением. Бюро вооружений по-прежнему отдавал предпочтение 406-мм орудию.

Схема «XVI» проекта линейного корабля, 1936 г. Современная реконструкция

В результате предварительного проектирования скорость «XV-E» снизилась до 217,63 м и 27 узлов (согласно схеме «XVI», 20 августа 1936 г.). Снижение защиты не предусматривалось, отчасти потому, что только что были обнаружены две новые угрозы. Модельные испытания показали, что на высокой скорости, от 20 до 27 узлов, система волн, создаваемых кораблем, обнажала части нижнего края пояса спереди и сзади, к сожалению, как раз напротив погребов. В то же время Бюро Вооружений обнаружило, что подводные попадания снарядов представляют серьезную угрозу в диапазоне дальности от 18 300 до 27 400 метров. Наиболее логичным решением были бы внутренние броневые переборки напротив погребов, но конструкторы опасались, что такие жесткие конструкции сделают систему противоторпеднгой защиты неэффективной. Инженеры Бюро вооружений также опасались, что конструкция с разделенной броней, используемая для расчета преимуществ бомбовой палубы, была чрезмерно оптимистичной. Наконец, бюро предположило, что было бы неправильно сужать нижнюю кромку передней поперечной переборки (носового траверза) ниже ватерлинии, чтобы она соответствовала сужающейся поясной броне. Очевидно, что снаряды, пролетающие сквозь воду и попадающие в пояс, теряют мощность, но этого нельзя сказать о снарядах, пробивающих мягкую носовую часть корабля и попадающих в траверз.

Конструкция и без того была сложной, и каждое предложение грозило сделать ее совершенно непрактичной. Например, более глубокий пояс в носовой и кормовой частях (1,34 и 1,13 метра соответственно) обошелся бы в 490 тонн. Внутренние переборки толщиной около 76 мм обошлись бы еще в 787 тонн, а на главную броневую палубу пришлось бы добавить около 340 тонн. Несмотря на это, 7 августа Бюро вооружений согласилось уменьшить толщину противоосколочной палубы до 12,5 мм, по сравнению с 32 мм для погребов и 19 мм в других частях схемы «XVI». Однако прочность конструкции требовала как минимум 16 мм во всех местах и увеличения жесткости противоторпедных переборок еще на 3,2 мм, так что было сэкономлено всего 118 тонн. В то же время, из-за того, что Бюро вооружений настаивал заднем директоре, экономия из-за ликвидации его башни составила всего 50 тонн. Биро вооружений начал требовать второй центральный артиллерийский пост, несмотря на то, что это повлекло бы за собой проблему с объемом. Инженерное бюро было готово заменить прежние восемь котлов шестью, сэкономив 1,8 м длины силовой установки из 56 и, возможно, 100 тонн веса, но были веские эксплуатационные причины отдать предпочтение восьми котлам.

Суть этой довольно длинной и противоречивой истории дизайна заключается в том, что, хотя в некоторых из этих проектов можно было увидеть будущий линкор типа North Carolina, на самом деле это было не так. Генеральный совет никогда не был до конца уверен в том, от чего он готов отказаться, чтобы создать корабль в рамках ограниченного договором водоизмещения. По мере того, как менялся его состав, менялись и его идеи. Быстроходный крупный корабль с девятью орудиями и скоростью 30 узлов, но с хорошей защитой, в конечном счете был отвергнут в пользу корабля, который пожертвовал скоростью и защитой ради огневой мощи, что было беспрецедентным сочетанием в разработке американских крупных кораблей.

В октябре в рамках предварительного проектирования могут быть предложены три альтернативных варианта. Во-первых, можно было бы в некоторой степени восстановить скорость, вернув длину до 220,98 метра. Исходя из этого, можно было бы установить одиннадцать 356-мм орудий, но тогда толщина пояса составляла бы всего 257 мм (что эквивалентно внутренней границе зоны неуязвимости в 22 900 метров), и дополнительной подводной защиты не было бы. Одиннадцатое орудие можно было обменять на дополнительные 86 мм брони (граница сдвигалась к 17 100 метров). Десятое орудие можно было обменять на увеличенную скорость (30 узлов) и 2,5 мм брони (граница с 16 900 брони). Проект получил индекс «XVI-C». Все три варианта включали в себя обычную палубную броню, рассчитанную на дальнюю границу зоны неуязвимости в 27 400 метров, за исключением надстроек, где она была утолщена, чтобы сделать ее непробиваемой до 30 200.

5 ноября Генеральный совет в очередной раз изменил свое мнение и решительно высказался в пользу схемы «XVI-C», того же самого быстрого, хорошо защищенного, но относительно слабо вооруженного типа, который ранее был отвергнут при определении характеристик. И снова, как и в 1935 году, новый корабль воспринимался как специализированный корабль сопровождения авианосцев. Он был бы достаточно хорошо защищен, чтобы сражаться в строю, но при этом достаточно быстр, чтобы быть частью отдельного быстроходного крыла. Он также мог поддерживать легкие силы и рейдовые группы крейсеров. И снова, как и в 1935 году, такой корабль был необходим в операциях в течение длительного периода торговых войн, которые, как ожидалось, должны были предшествовать решающему сражению на линии фронта. Генеральный совет явно рассматривал его как специализированный проект, которого должно быть построено не более трех единиц. Но даже в этом случае нельзя было быть уверенным, что будущие корабли будут иметь такую же низкую скорость, как у существующей боевой линии линкоров США. Новые французские и итальянские корабли были очень быстрыми (около 30 узлов), и никто не знал, что планировали англичане или японцы.

Вариант «XVI» был отвергнут как «...не являющийся настоящим линкором...», слишком медленный и с недостаточной броней. Генеральный совет отдал предпочтение гораздо более быстрому «XVI-C», надеясь, что часть брони можно будет обменять на более сильную вспомогательную артиллерию. Предложение Бюро вооружений о замене 356-мм орудий 406-мм было отклонено.

Однако адмирал Дж. М. Ривз из Генерального совета, и который, кроме того, отвечал за большую часть разработки тактики авианосцев США, утверждал, что «XVI-C» не был ни достаточно быстрым, чтобы сопровождать авианосцы, ни достаточно мощным, чтобы оправдать свою высокую стоимость. Вместо этого он хотел модифицировать проект «XVI», чтобы обеспечить дополнительную подводную защиту, усиление которой, как показали испытания Бюро вооружений, было необходимо. Пояс, закрывавший как механизмы, так и погреба, был резко уменьшен (до 284 мм, что обеспечивает ближнюю границу зоны неуязвимости более 21 000 метров), а защита погребов была усилена за счет локальных вставок внутренней брони (так что на расстоянии более 17 400 метров они были неуязвимы как для надводных, так и для подводных попаданий). В то же время внешний край защитной зоны был увеличен с 25 800 до 27 400 метров для машин и 30 200 для погребов. То есть заданные характеристики были не совсем достижимы при ограниченном водоизмещении. В октябре Генеральному совету пришлось провести еще один заказ проектов.

Ривз убедил CNO адмирала У. Х. Стэндли (который был исполняющим обязанности министра военно-морского флота). Хотя Генеральный совет высказался в пользу проекта «XVI-C», секретарь подписал пересмотренные характеристики с дополнительной оговоркой о возможности замены запланированных четырехорудийных 356-мм башен трехорудийными 406-мм, «если это будет сочтено желательным». На самом деле это означало, следует ли ссылаться на пункт об освобождении от ограничений, содержащийся в договоре 1936 года. Это было сделано только в марте 1937 года.

Проект линейного корабля, схема «XVI», 1936 г. 3D-модель.

Конструкция линкора, ставшего впоследствии типом North Carolina, теперь была в значительной степени изменена. На совещании с CNO 18 ноября C&R попросили добавить несколько последних штрихов: еще четыре универсальных орудия, более толстый пояс, чтобы внутренняя граница зоны поражения была одинаковой на расстоянии 18 300 метров, более высокий барбет для башни №2, чтобы она могла вести огонь поверх башни №1 и для того, чтобы его можно было передвинуть ближе к башне №1, оставив больше места для механизмов и надстройки между башнями №2 и №3. Конечно, этих небольших улучшений можно было бы добиться за счет незначительного снижения мощности и, следовательно, скорости.

Этого не произошло. Схема «XVI» была чрезвычайно жесткой. Для 217,62-метрового корпуса, который планировался тогда, усовершенствования обошлись бы в общей сложности в 782 тонны, что приравнивалось к снижению (для довольно легкой силовой установки) мощности до 65 000 л.с. (24 узла). Даже в этом случае была бы потеряна слишком большая метацентрическая высота. В качестве альтернативы, корпус можно было бы укоротить до 213,40 метра, что привело бы к значительному стеснению при и без того тесной конструкции. При тогдашнем весе линкор, возможно, могло развивать мощность 87 000 л.с. (25,25 узла), но не было уверенности в том, что для такой установки хватит внутреннего объема.

В связи с этим компания C&R предложила свести изменения к минимуму. Утолщение пояса может обойтись в 379 тонн. Замена четырех одиночных 127-мм установок четырьмя незащищенными спаренными обойдется еще в 88 тонн. Конструкция и без того была довольно плотной, но конструкторам показалось разумным довести ее до финальной стадии проектирования, а затем урезать, уменьшив часть веса брони. Руководство C&R очень хотела избежать подъема башни №2, поскольку это одновременно значительно увеличило бы вес и уменьшило метацентрическую высоту.

Теперь бюро представило детальный проект как Генеральному совету, так и другим техническим бюро. По сути, это был утвержденный проект, поэтому его стоит описать более подробно. По сравнению с поздними версиями схемы «XVI», она (и ее преемники) включали в себя пояс с более глубоким уклоном (13°, а не 10°). Это увеличение (которое было изменено до 15° осенью 1937 года) было направлено на то, чтобы вернуть внутреннюю границу защитной зоны на расстояние 18 300 метров при минимальных затратах веса. Участки брони у погребов представляли собой 95-мм пластины, истончающиеся до 51 мм, и были примерно параллельны по наклону поясу, хотя и ниже и располагались внутри корпуса.

Пояс был сконструирован таким образом, чтобы выступать на 1,98 м выше максимальной осадки (11,07 м) в боевом состоянии и на такую же глубину ниже минимальной осадки в конце длительного боя (9,47 м). Таким образом, высоты в 4,3 м было бы достаточно. Величина в 1,89 м была выбрана таким образом, чтобы ни один из концов пояса не был полностью погружен под воду или обнажен в результате попадания одной торпеды перед контрзатоплением. Нижняя кромка пояса была сформирована таким образом, чтобы закрывать впадины в профиле волны на скорости до 27 узлов. В проектных документах не указывалось на увеличение водоизмещения в связи с вводом в эксплуатацию новых кораблей, хотя уже тогда становилось ясно, что это было серьезной проблемой для старых линкоров. Что касается различий в водоизмещении, то проектировщики утверждали, что им нужно было учитывать только 0,38-метровую разницу в осадке между кораблем, вступающим в бой, и кораблем, израсходовавшим большую часть своих боеприпасов.

Противоторпедные переборки были наклонены параллельно броневому поясу, чтобы увеличить глубину системы в направлении трюма. Как и в предыдущих проектах, переборок было четыре, а жидкость теперь заливалась в два, а не в три слоя. Контрольные испытания показали, что система будут работать в соответствии с проектом. Ожидалось, что линкор выдержит три попадания торпед в один борт, прежде чем станет неустойчивым или потеряет достаточную плавучесть, чтобы затонуть. Особое внимание было уделено борьбе с затоплением. Ожидалось, что крен из-за затопления в результате попадания торпеды может быть устранен менее чем за пять минут. Третья палуба была палубой контроля повреждений, то есть водонепроницаемой палубой, которая, как ожидалось, не будет затоплена в случае подводных повреждений. Все переборки под ним не были пробиты, так что это была самая нижняя палуба, по которой люди могли проходить от носа до кормы.

Палуба над погребами была утолщена с указанных 28 до 51 мм, остальные толщины остались на уровне 19 мм за противоторпедными переборками и 16 мм у механизмов.

В первоначальном проекте шесть универсальных установок были защищены 63-мм листами STS, но остальные четыре, расположенные палубой выше, имели только защиту от осколков и непогоды. Позже все они были унифицированы (50 мм стали STS), что обошлось в 117 тонн. По-видимому, это было оправдано в основном для упрощения производства. Легкая зенитная батарея была рассчитана на восемнадцать 12,7-мм пулеметов, четырнадцать из которых были установлены на переносных ручных установках. Четыре счетверенных 28-мм автоматов находились на надстройке. Автоматов и пулеметов было больше, чем зенитных орудий. Они также предназначались для борьбы с торпедными катерами, которые в 1937 году считались главной угрозой для крупных кораблей в прибрежных водах. Поэтому две 28-мм установки из них были расположены таким образом, чтобы могли вести огонь через нос даже при нулевом угле возвышения.

Все боеприпасы крупного калибра были размещены на первой и второй платформах, значительно ниже ватерлинии, для защиты от артиллерийского огня. Хотя боекомплект был достаточно большим - 1400 356-мм боевых снарядов на корабль и 25-30 учебных снарядов на орудие, плюс 8800 127-мм патронов, или 440 патронов на орудие, - большая его часть не учитывалась в стандартном водоизмещении.

Главный калибр должны были обслуживать три директора (КДП): один на верхнем уровне боевой рубки, один в носовой части надстройки и один на кормовой надстройке. Четыре директора универсального калибра находились на большом расстоянии друг от друга, так что, вероятно, удачным попаданием могло быть уничтожено не более одного. Кроме того, два КДП должны быть доступны в любом направлении, чтобы корабль мог одновременно поражать надводные и воздушные цели, то есть чтобы можно было в полной мере использовать возможности универсальной артиллерии в случае, если противник сможет координировать воздушные и надводные атаки.

На протяжении большей части периода проектирования предполагалось, что энергетическая установка будет разделена на отдельные машинные и котельные отделения. Например, в августе 1936 года расположение чередующихся машинных и котельных отделений сравнивалось с более легким расположением, при котором два котельных отделения (каждое с четырьмя котлами) были расположены между двумя машинными отделениями. Однако к январю 1937 года проект предусматривал создание агрегата, каждый из четырех блоков которого содержал турбины высокого и низкого давления, приводящие в движение гребной вал через двухступенчатые редукторы, турбогенератор, другие вспомогательные устройства и два паровых котла, питаемые четырьмя турбовентиляторами. Турбина заднего хода, мощностью 8000 л.с., была встроена в корпус турбины низкого давления, а турбина экономического хода - в корпус турбины высокого давления. Поскольку каждый агрегат был автономным, эффект от попадания одной торпеды был сведен к минимуму. Эта разделенная на две части установка требовала двух дымовых труб, и было невозможно обеспечить защиту от попаданий, которая ранее была стандартной на линкорах США. На борту было четыре турбогенератора и три дизель-генератора, один из которых находился на корме. В ходе разработки проекта предполагалось установить четвертый дизель-генератор в кормовой части. Из-за перегруженности корпуса кормовое дизельное отделение находилось за кормовой башней.

Первоначально проект предусматривал силовая установка мощностью в 115 000 лошадиных сил, скорость в 27 узлов, при использовании обычных котлов средней температуры и среднего давления. Однако проектирование этих кораблей совпало с внедрением на эсминцах США высокотемпературных паровых установок высокого давления. Весь этот вопрос вызвал большие споры. Контр-адмирал Х.Г.Боуэн, который в качестве начальника инженерного бюро отвечал за это изменение, предположил, что некоторые верфи, производившие обычные турбины для своих кораблей, не хотели отказываться от них. Все турбины высокого давления были изготовлены компаниями «Westinghouse» и «General Electric». К тому же в 1937 году еще не было накоплено достаточного опыта эксплуатации новых эсминцев типа Mahan и более поздних типов. Опыт эксплуатации электростанций на суше показал, что эффективность повысилась бы, а новые высокоскоростные турбины были бы намного легче, но были сильные опасения, ведь боевые корабли слишком важны, чтобы быть объектом экспериментов. В конечном счете Буэнг одержал победу, хотя и не без борьбы. Давление пара должно было составлять около 40 атм. и 454°C, в отличие от 20 атм./300°C на недавно построенных тяжелых крейсерах и 27,5 атм./342°C на новейших авианосцах типа Yorktown . Однако из-за того, что улучшенные условия подачи пара были утверждены лишь на очень позднем этапе проектирования, турбины пришлось проектировать для более низких давления и температуры, и часть ожидаемого выигрыша была утрачена.

Еще в ноябре 1936 года Буэнг утверждал, что внедрение радикальной установки мощностью 82,5 атм./510°C позволит сэкономить около 8 процентов (250 тонн) по сравнению с запланированной на тот момент установкой мощностью 41 атм./371°C. Потребление нефти сократилось бы примерно на 10 процентов. В то время казалось, что установка мощностью 120 000 л.с. может быть заменена на запланированную установку мощностью 115 000 л.с. Однако чуть более года спустя бюро было настроено гораздо оптимистичнее. Оно полагало, что мощность можно увеличить до 130 000 л.с. без каких-либо затрат на пространство или вес, если использовать пар при температуре 454°C. В начале следующего года технические характеристики оборудования были изменены в связи с повышением температуры, но мощность по контракту была увеличена только до 121 000 л.с., а частота вращения гребных винтов - со 192 до 199 оборотов в минуту.

В отличие от более ранних линкоров США, эти корабли имели продольный, а не поперечный набор. Это, в свою очередь, требовало глубоких поперечных шпангоутов, так что высота палубы должна была быть необычайно большой - 2,51 по диаметральной линии и 2,36 м по бортам. Большая высота палубы также была использована для обеспечения необходимой прочности надводного борта и балок. Это, в свою очередь, привело к созданию четырехэтажной надстройки в средней части корабля. В носовой части, где высота палубы должна была увеличиться еще больше из-за подъема носовой части, офицеры размещались на полубаке. Несмотря на это, места было так мало, что часть экипажа пришлось разместить спереди от носового траверза, а на второй палубе был устроен проход, чтобы не проходить через него. Членов экипажа также пришлось разместить на третьей палубе, в помещениях с искусственным освещением и вентиляцией. В конце концов, все люки пришлось убрать, так как они могли нарушали целостность 25-мм бомбовой палубы верхней части корабля.

Модели корпуса будущих линкоров USS North Carolina. Верфь ВМС, Вашингтон, 5 октября 1938 г.

Новые корабли также имели необычную форму корпуса: две внутренние шахты выходили из корпуса глубокими скегами, или килями. Серия корпусов, начатая в 1934 году, была основана на старых линейных крейсерах (позже авианосцах) типа Lexington, более коротких и с более полными обводами. Скоростные характеристики были намеренно принесены в жертву, чтобы обеспечить достаточный объем для защиты от торпед. В пояснительной записке к проекту, опубликованной в октябре 1935 года, отмечалось, что форма корпуса «...не обещает быть рекордной...». В ноябре 1937 года адмирал Дюбоуз, начальник отдела технического обеспечения, объяснил, что сдвоенные скеги обеспечивают достаточную защиту кормовых отсеков при одновременном уменьшении площади поперечного сечения корпуса в кормовой части чтобы уменьшить сопротивление на относительно быстроходном корабле. Благодаря уменьшению площади за счет туннеля, образованного скегами под корпусом, кормовая часть судна стала более широкой. Линкоры типа North Carolina были первым применением этой технологии, а последующий тип South Dakota был более экстремальной формой. Например, при на глубине 7,92 м у корабля с корпусом в форме двух скегов погреб башни №3 расположен на расстоянии 4,5 метра от внешнего борта, по сравнению с 3,3 м в более традиционном корпусе. Дюбоз также утверждал, что сдвоенные скеги помогут защитить боковые гребные винты и валы от взрывов в корме, поскольку одно попадание не повредит более двух из четырех валов.

Также утверждалось, что новая форма улучшила тяговую эффективность за счет более чистого течения в кормовой части. Дюбоз фактически заявил, что пропульсивный коэффициент составляет 0,602, по сравнению с 0,595 для обычной формы корпуса. Однако в окончательном проекте заявленный коэффициент составил всего 0,590, что не принесло никакого выигрыша. Все эти проекты показали улучшение по сравнению с более ранними формами скоростного корпуса, такими как у авианосцев типа Lexington (0,565). Дюбоуз отметил лишь, что в этом направлении он справился не так хорошо, как ожидалось, что является еще одним подтверждением того, что новая форма корпуса была выбрана в первую очередь для защиты. Защитная полнота в кормовой части была необходима только потому, что договорные ограничения вынудили проектировщиков принять очень тесную конструкцию.

Однако примерно с 1937 года отчеты C&R и BuShips о конструкции стали свидетельствовать о том, что скеги были разработаны специально для повышения эффективности движения. Считалось, что внутренние гребные винты на глубоких скегах будут вести себя как одиночные гребные винты. В отчете испытательного бассейна за 1945 год отмечалось, что «...хотя первые испытания модели показали, что этого достичь не удастся, глубокие скеги, тем не менее, были сохранены, чтобы служить в качестве килей... для увеличения продольной жесткости балки судна... и для защиты от торпед гребных винтов...».

Были некоторые опасения по поводу поперечной вибрации, связанной с необычной формой корпуса. В 1937 году конструкторы, выступая перед Генеральным советом, пошли на определенные меры, чтобы доказать, что необычной вибрации не будет. На самом деле этого не произошло - оба линкора испытывали продольную вибрацию и в течение некоторого времени находились под ограничениями скорости.

Линкор VII уровня Connecticut в игре «Мир кораблей».

Сдвоенные рули обеспечивали отличную управляемость. Когда в 1942 году USS Washington входил в состав британского флота Метрополии, он мог легко маневрировать внутри строя британских авианосцев и линкоров, и британские военно-морские конструкторы подверглись жесткой критике по этому поводу. Их защита заключалась в том, что ценой быстрого поворота была более низкая максимальная скорость. Они также ссылались на характеристики британских кораблей времен Первой мировой войны, у которых были сдвоенные рули и которые имели сопоставимые радиусы поворота на сопоставимых скоростях.

Линкор VII уровня Florida в игре «Мир кораблей».

Линкор VIII уровня Oregon в игре «Мир кораблей».

Линкор VIII уровня Nebraska в игре «Мир кораблей».

Корабли в искусстве

Предварительные проекты линейных кораблей типа North Carolina представлены в игре «Мир Кораблей»:

• акционным премиумным линкором VII уровня Oregon - игровая версия схемы «K» и последующего варианта «I»;
• исследуемым линкором VII уровня Connecticut - игровая версия ранней схемы «3»;
• акционным премиумным линкором VIII уровня Florida - игровая версия схемы «XVI»;
• исследуемым линкором VIII уровня Nebraska - - игровая версия раннего проекта «F», модифицированной разработчиками игры.

Игровые корабли вооружены универсальной артиллерией и зенитными автоматами, находящимися на вооружении американского флота в конце Второй Мировой войны.

См.также

• 356-мм/50 орудие Mark 4, 6
• 356-мм/50 орудие Mark 7, 11, Mark B
• 406-мм/45 орудие Mark 1
• 406-мм/45 орудие Mark 5, 8
• 406-мм/45 орудие Mark 6
• 406-мм/50 орудие Mark 7
• Линейные корабли типа Tennessee
• Линейные корабли типа Colorado
• Линейные корабли типа South Dakota (недостроены)
• Линейные крейсера типа Lexington (недостроены)
• Линейные корабли типа North Carolina
• Линейные корабли типа South Dakota
• Линейные корабли типа Iowa
• Линейные корабли типа Montana
• ВМС США
• Корабельное вооружение
• Морские сражения
• Военно-морские награды
• Словарь морских терминов

Линкор VII уровня Florida в игре «Мир кораблей».

Линкор VII уровня Florida в игре «Мир кораблей».

Литература и источники

Литература

• Балакин С.А. Суперлинкоры Америки. «Айова», «Миссури», «Нью-Джерси».... — Война на море. — Москва: Редакция журнала «Моделист-конструктор», 2009. — 128 с. — ISBN 978-5-699-34873-2
• Чаусов В.Н. Американские суперлинкоры типа «Саут Дакота». — Война на море. — Москва: Яуза, ЭКСМО, 2010. — 112 с. — ISBN 978-5-699-43815-0
• Сулига С. Линейные корабли «Норт Кэролайн» и «Вашингтон». — Белая серия. — Москва: 1998. — 60 с.
• Friedman, Norman U.S. Battleships. — Annapolis, Maryland, USA: Naval Institute Press, 1985. — 463 с. — ISBN 0-87021-715-1
• Friedman, Norman U.S. Cruisers. — Annapolis, Maryland, USA: Naval Institute Press, 1989. — 509 с. — ISBN 0-87021-718-6
• William H. Garzke, Robert O. Dulin Battleships : United States battleships, 1935-1992. — Annapolis, Maryland, USA: Naval Institute Press, 1995. — 425 с. — ISBN 1-55750-174-2
• Friedman N. Naval weapons of World War one. — Barnsley, UK: Seafort Publishing, 2011. — EPub с. — ISBN 978-1-84832-100-7
• Campbel J. Naval weapons of World War two. — Annapolis, Maryland, USA: Naval Institute Press, 1985/2002. — 406 с. — ISBN 0-87021-459-4
• Патянин С.В., Дашьян А.В., Балакин К.С., Барабанов М.С., Егоров К.В. Все крейсера Второй Мировой. — Война на море. — Москва: Яуза, ЭКСМО, 2012. — 512 с. — ISBN 5-699-19130-5
• Балакин С.А, Дашьян А.В., Патянин С.В., Токарев М.Ю., Чаусов В.Н. Линкоры Второй мировой. Ударная сила флота. — Война на море. — Москва: Яуза, ЭКСМО, 2012. — 256 с. — ISBN 978-5-699-18891-6
• Балакин С.А, Дашьян А.В., Морозов М.Э. Авианосцы Второй мировой. Новые властелины океанов. — Война на море. — Москва: Яуза, ЭКСМО, 2012. — 256 с. — ISBN 5-699-17428-6
• Дашьян А.В., Патянин С.В. Митюков Н.В, Барабанов М.С., Иванов В.В, Гайдук А.А Флоты Второй Мировой. — Москва: Эксмо, Яуза, 2009. — 608 с. — ISBN 978-5-699-33872-6

Ссылки

• dreadnoughtproject.org^(англ.)
• www.navweaps.com^(англ.)
• www.navypedia.org^(англ.)
• uboat.net^(англ.)
• www.shipbucket.com^(англ.)
• naval-encyclopedia.com^(англ.)
• www.german-navy.de^(англ.)
• Naval History and Heritage Command^(англ.)
• www.naviearmatori.net^(ит.)
• www.associazione-venus.it^(ит.)
• Kreiser
• forums.airbase.ru
• www.airwar.ru
• pvo.guns.ru
• seawarpeace.ru
• tsushima.su