HMS Galatea (1934)
Версия 09:08, 28 декабря 2014 | Версия 09:15, 28 декабря 2014 | |||
Строка 108: | Строка 108: | |||
{{цитата|автор=Имя Автора, должность|Текст самой цитаты, в которой говорится, что нападение было очень коварным и на редкость вероломным}} | {{цитата|автор=Имя Автора, должность|Текст самой цитаты, в которой говорится, что нападение было очень коварным и на редкость вероломным}} | |||
== История создания == | == История создания == | |||
? | + | [[Файл:Адмирал Роджер Бэкхауз - Третий морской лорд и Контролер Адмиралтейства в 1928-1932 гг..jpg|100px|thumbnail|left|Адмирал Роджер Бэкхауз - Третий морской лорд и Контролер Адмиралтейства в 1928-1932 гг.]] | ||
? | + | Обсуждение задания на проектирование такого [[Navy:Корабль|корабля]] началось в середине 1929 г. Предпочтение по-прежнему отдавалось 6-дюймовому главному калибру, причем Контролер Адмиралтейства [[Navy:Вице-адмирал|вице-адмирал]] Роджер Бэкхауз высказывался за две трехорудийные башни, разработка которых велась артиллерийским отделом. Тактический отдел делал упор на маневренность и хорошие мореходные качества, предостерегая против излишнего ограничения размеров, поскольку [[Navy:Крейсер|крейсер]] малого [[Navy:Водоизмещение|водоизмещения]] значительно терял ход на волнении. Так, расчеты показывали, что при 7-балльном волнении он не мог развивать более 24 узлов, что не давало ему необходимого преимущества в скорости над [[Navy:Линейный_корабль|линкорами]]. В окончательном варианте задания на проектирование требования свелись к вооружению из шести 152-мм орудий (рекомендовались традиционные двухорудийные башни - две в носу, одна в корме) и обеспечению защиты от 120- мм снарядов - наиболее распространенного калибра [[Navy:Эскадренный_миноносец|эсминцев]]. Зенитное [[Navy:Вооружение|вооружение]] должно было состоять из четырех 102-мм орудий, но допускалось уменьшение их количества до трех. Наличие авиационного вооружения считалось крайне желательным. | ||
? | + | |||
? | [[Файл:Адмирал Роджер Бэкхауз - Третий морской лорд и Контролер Адмиралтейства в 1928-1932 гг..jpg| | + | ||
? | Обсуждение задания на проектирование такого корабля началось в середине 1929 г. Предпочтение по-прежнему отдавалось 6-дюймовому главному калибру, причем Контролер Адмиралтейства вице-адмирал Роджер Бэкхауз высказывался за две трехорудийные башни, разработка которых велась артиллерийским отделом. Тактический отдел делал упор на маневренность и хорошие мореходные качества, предостерегая против излишнего ограничения размеров, поскольку крейсер малого водоизмещения значительно терял ход на волнении. Так, расчеты показывали, что при 7-балльном волнении он не мог развивать более 24 узлов, что не давало ему необходимого преимущества в скорости над линкорами. В окончательном варианте задания на проектирование требования свелись к вооружению из шести 152-мм орудий (рекомендовались традиционные двухорудийные башни - две в носу, одна в корме) и обеспечению защиты от 120- мм снарядов - наиболее распространенного калибра эсминцев. Зенитное вооружение должно было состоять из четырех 102-мм орудий, но допускалось уменьшение их количества до трех. Наличие авиационного вооружения считалось крайне желательным. | + | ||
Уже осенью 1929 года на Совете были рассмотрено пять эскизных проектов, сильно различавшихся по водоизмещению, вооружению и защите. | Уже осенью 1929 года на Совете были рассмотрено пять эскизных проектов, сильно различавшихся по водоизмещению, вооружению и защите. | |||
Версия 09:15, 28 декабря 2014
Эта статья редактируется участником <xxxXeXxxx> в рамках конкурса «Вики-спринт №6: Корабли ВМС Великобритании (после 1910 года)».
За нарушение правил конкурса или создание помех в его проведении предусмотрены наказания. Просьба воздержаться от правок.
Galatea
2 июня 1933 года Заложен |
9 августа 1934 года Спущен на воду |
14 декабря 1941 года Гибель |
5220 / 6665 т. Водоизмещение (стандартное/полное) |
154 / 16 / 4.3 м. Размерения (длина/ширина/осадка) |
570 чел. Общая численность |
57 / 25 мм. Пояс/борт |
25 мм. Палуба |
9—25 мм. Барбеты |
25 / 25 / 25 / 25 мм. Башни ГК (лоб/бок/тыл/крыша) |
25—76 мм. Боевая рубка |
25 мм. Румпельное отделение |
Авиагруппа
- 1 гидросамолёт (позже удален).
Артиллерия главного калибра
- 6 (3 × 2) × 152-мм орудия.
Вспомогательная артиллерия
- 4 (4 × 1) × 102-мм АА орудия;
- 8 (2 × 4) × 12,7-мм АА пулемета;
- 2 (2 × 3) × 533-мм торпедных аппарата.
Содержание
Общие сведения
![]() |
Текст самой цитаты, в которой говорится, что нападение было очень коварным и на редкость вероломным Имя Автора, должность
|
![]() |
История создания
Обсуждение задания на проектирование такого корабля началось в середине 1929 г. Предпочтение по-прежнему отдавалось 6-дюймовому главному калибру, причем Контролер Адмиралтейства вице-адмирал Роджер Бэкхауз высказывался за две трехорудийные башни, разработка которых велась артиллерийским отделом. Тактический отдел делал упор на маневренность и хорошие мореходные качества, предостерегая против излишнего ограничения размеров, поскольку крейсер малого водоизмещения значительно терял ход на волнении. Так, расчеты показывали, что при 7-балльном волнении он не мог развивать более 24 узлов, что не давало ему необходимого преимущества в скорости над линкорами. В окончательном варианте задания на проектирование требования свелись к вооружению из шести 152-мм орудий (рекомендовались традиционные двухорудийные башни - две в носу, одна в корме) и обеспечению защиты от 120- мм снарядов - наиболее распространенного калибра эсминцев. Зенитное вооружение должно было состоять из четырех 102-мм орудий, но допускалось уменьшение их количества до трех. Наличие авиационного вооружения считалось крайне желательным.
Уже осенью 1929 года на Совете были рассмотрено пять эскизных проектов, сильно различавшихся по водоизмещению, вооружению и защите.
Постройка и испытания
Контр-адмирал Эндрю Каннингхэм, занимавший в 1935 году пост командующего эсминцами Средиземноморского флота (Rear-Admiral (Destroyers)), с восторгом сообщал, что его флагман - Galatea - превосходно подходит для лидирования эсминцев, обладая при этом сопоставимой с ними маневренностью. Неудовлетворительным был лишь отзыв о противоосколочном козырьке над компасной платформой, установленном на Galatea в качестве эксперимента. Он вызывал повышенную задымленность мостика, поэтому в мае 1937 года по устному распоряжению адмирала его сняли. Galatea оказалась единственным крейсером, прошедшим до начала боевых действий продолжительный ремонт, во время которого одинарные зенитки были заменены спаренными, а также установлены щиты для защиты прислуги.
Описание конструкции
По компоновке и конструкции корпуса крейсера типа «Аретьюза» напоминали «Эмфайон», но благодаря отсутствию башни X были примерно на 15 м короче. Эшелонное расположение механизмов диктовало двухтрубный силуэт, причем первая труба находилась практически на миделе, а в нос и в корму от нее, на примерно одинаковом расстоянии, располагались башенноподобная надстройка и вторая труба. Трубы не имели наклона, однако благодаря их значительному удалению от надстройки, ходовой мостик практически не задымлялся. Чтобы обеспечить носовой возвышенной башне максимально возможную диаграмму стрельбы, надстройку максимально отодвинули в корму, а позиции зенитных пулеметов перенесли еще дальше - к носовой трубе.
Корпус
Корпус «аретьюз» имел полубачную конструкцию с наклонным форштевнем и крейсерской кормой. Обводы корпуса - круглоскулые, с характерным для британской кораблестроительной школы скуловым изломом (prominent knuckle) в носовой части. Полубак занимал около трети длины корпуса и имел небольшой подъём к форштевню. Далее в корму его продолжал фальшборт, служивший дополнительной защитой шлюпок от заливания. Корпус набирался по продольной схеме. Параллельно вертикальному килю с каждого борта шло четыре непрерывных днищевых стрингера. На протяжении всей длины корпуса имелось двойное дно, в районе погребов - тройное. Корабли имели одну сплошную палубу - верхнюю; нижняя палуба прерывалась в районе котельных, а платформа - также и машинных отделений. Все палубы выполнялись водонепроницаемыми. Конструктивная противоторпедная защита отсутствовала. При строительстве крейсеров, впервые в британской практике, широко применялась электросварка. Клепанными выполнялись только основные элементы набора - стрингеры, шпангоуты и бимсы, а также верхняя палуба, броневые плиты с их подкреплениями и элементы конструкции, наиболее подверженные вибрациям. Обшивка носовой и кормовой оконечностей на протяжении 60 футов (примерно 18 м), надстройки, внутренние переборки и палубы были полностью сварными. Применение сварки позволило сэкономить более 200 тонн веса, так что реальное водоизмещение крейсера оказалось ниже проектного. Вес корпуса с корабельными устройствами составлял 46,3% от стандартного водоизмещения. Максимальное напряжение в конструкциях набора - 1,09-1,39 т/см².
Бронирование
Бронирование «аретьюз» повторяло схему «Эмфайона», но отличалось уменьшенной толщиной. Броневой пояс выполнялся из гомогенной нецементированной брони «NC» (Non-Cemented) толщиной 2,25 дюйма (57 мм) и устанавливался на 12,7-мм подкладке из среднеуглеродистой стали Дюколь «D1», имевшей больший предел упругости и прочности. Он занимал около 35 % длины корабля и прикрывал лишь отсеки энергетической установки, доходя по высоте до верхней палубы, а в районе кормового машинного отделения - только до погреба защищались с бортов 76-мм броней «NC» на 19-мм подкладке из «D1» (у погребов кормовой башни - 12,7-мм подкладка); сверху, спереди и сзади стояла 51-мм броня, причем задние броневые листы погребов носовых башен (соответственно, передние у кормовой) утончались к нижней кромке до 25 мм. Снарядные погреба имели всего 25,4-мм защиту из стали «D1». Рулевой привод был защищен 25-мм листами «D1» сверху (на уровне нижней палубы) со скосами такой же толщины, спереди и сзади замыкавшимися 25-мм траверсами. Защита артиллерии не претерпела изменений по сравнению с «Линдером». Толщина брони башен главного калибра со всех сторон (лоб, тыл, стенки, крыша, низ) равнялась 25,4 мм, однако толщина кольцевых барбетов была уменьшена до 19 мм (3/4 дюйма). Центральный артиллерийский пост и приемно-передающие посты радиостанций бронировались 25-мм листами сверху и со стороны кормы и 19-мм с трех остальных сторон. В целом бронирование крейсеров типа «Аретьюза» отвечало своему назначению - обеспечивать защиту от артиллерии эсминцев, но не более того. Тем не менее, в сумме на броню у них приходилось 11,8% стандартного водоизмещения - против 11,7 % у «Линдера» или 10,25 % у «вашингтонского» «Кента».
Энергетическая установка и ходовые качества
Энергетическая установка включала в себя четыре турбозубчатых агрегата (ТЗА) Парсонса с одной ступенью редуцирования и четыре трехколлекторных паровых котла Адмиралтейского типа. Котлы и турбины стояли попарно в двух котельных и двух машинных отделениях. Интересно, что в носовом котельном отделении котлы располагались побортно, а в кормовом - тандемом. Это было вызвано необходимостью обеспечить пространство под коридоры внешних гребных валов. Таким образом, кормовые котельные отделения оказались отделенными об обшивки своеобразными коффердамами. С одной стороны, это давало некое подобие противоторпедной защиты, с другой - на крейсерах других типов имели место случаи, когда из-за нарушения герметичности коридоров вода проникала через них в оба машинных и кормовое котельное отделения, вызывая серьезную опасность из-за асимметричности затопления. Для обеспечения корабля паром на стоянке имелся вспомогательный котел, располагавшийся в носовом котельном отделении (ближе к его носовой переборке). Все котлы имели форсированное дутье и оборудовались пароперегревателями для использования на экономическом режиме хода. Рабочее давление пара в котлах на «аретьюзах» было поднято по сравнению с предшественниками и достигало 24,6 кг/см2 при температуре 343°С. Каждый турбоагрегат развивал мощность 16 000 л.с., что обеспечивало крейсерам максимальную скорость хода 32,25 уз при стандартном водоизмещении или на узел меньше при полной нагрузке. Стоит отметить, что «аретьюзы» продолжили тенденцию возрастания относительного веса механизмов, на которые приходилось 23 % их стандартного водоизмещения - против 20,25 % на «Линдере» и 18,5 % на «Кенте». Полный запас топлива составлял 1327 т (чаще всего округляется до 1325 т). Относительно дальности плавания данные расходятся: Рэйвен и Робертс говорят, что корабли могли пройти 5500 миль 15-узловым ходом; М. Уитли приводит слегка отличающиеся данные - 5500 миль на 13 узлах; официальный отчет Адмиралтейства, датированный 1944 годом, определяет дальность в 8200 миль 12-узловым ходом. Безусловно одно: для средиземноморского театра с его характерными расстояниями (Гибралтар-Мальта - 990 миль, Мальта-Порт-Саид - 940 миль) радиус действия «аретьюз» был вполне приемлемым.
Вспомогательное оборудование
Крейсера оснащались одним полубалансирным рулем. Рулевая машина имела электрогидравлический привод. Управление кораблем могло осуществляться из ходовой рубки, расположенной на нижнем мостике, нижнего рулевого поста, находившегося под ней на платформе, или вручную непосредственно из румпельного отделения.
Экипаж и обитаемость
Экипаж крейсеров типа «Аретьюза» по довоенным штатам состоял из 500 человек. В годы войны численность команды неуклонно росла: к примеру, на «Галатее» в день ее гибели находилось 619 офицеров и матросов.
Вооружение
Главный калибр
Главный калибр «аретьюз» состоял из шести 152-мм 50-калиберных орудий Mk.XXIII в трех двухорудийных башнях Mk.XXI. Данная пушка поступила на вооружение в 1931 году и являлась основным оружием легких крейсеров Королевского флота (за исключением типа «Дидо»). Она стала первой британской шестидюймовкой скрепленной, а не проволочной конструкции, однако сохранила такие анахронизмы как картузное заряжание, ручное досылание и запирание затвора.
Для 152-мм орудий имелось два типа снарядов - полубронебойный с баллистическим колпачком и фугасный, правда в начале войны доля последних в боекомплекте обычно не превышала 10%. Вес снаряда равнялся 50,8 кг, заряда - 13,62 кг, что обеспечивало снаряду начальную скорость 841 м/с и максимальную дальность стрельбы 23 300 м (125 кбт.). Вместимость погребов - 200 снарядов на орудие.
Вращающаяся часть башни Mk.XXI весила 96,5 т. Диаметр роликового погона составлял 4,19 м, внутренний диаметр барбета - 5,33 м. Орудия располагались в индивидуальных люльках, расстояние между осями стволов равнялось 213 см. Горизонтальное наведение осуществлялось при помощи гидравлического привода с 65-сильным электромотором, расположенным на платформе у основания вращающейся структуры башни. Вертикальное наведение было индивидуальным для каждого ствола (в диапазоне от -5 до +60") и обеспечивалось двумя гидравлическими приводами с червячной передачей. Горизонтальное наведение могло осуществляться в секторе примерно по 150” на каждый борт (наибольшим он был у башни 'В'). Скорость вертикального наведения - 5-7 град/с, горизонтального - 10 град/с. Как сообщает британский историк Джон Кэмпбелл, силовые приводы применяли лишь для перемещения орудий на большие углы, точная же наводка осуществлялась вручную. Заряжание могло производиться при углах возвышения от -5 до +12,5°, но наиболее предпочтительным был диапазон +5...7°. Боевой расчет каждой башни состоял из 20 человек.
Башни 'А' и 'В' имели один снарядный и два зарядных погреба, расположенных на одном уровне. Зарядные погреба, в целях минимизации возможности пожара, разделялись помещением нижней подачи башен, где пороховые заряды извлекались из специальных пеналов, в которых содержались в погребах. Далее снаряды и заряды при помощи цепных тельферов с электроприводом подавались в подбашенное перегрузочное отделение, скорость подачи составляла по 16 снарядов и зарядов в минуту. Затем снаряды и заряды при помощи двух снарядных и двух зарядных элеваторов с гидроприводом (по одному на орудие), подавались непосредственно в боевое отделение. Элеваторы размещались практически по центру башни между станками орудий (снарядный - в 4 футах позади оси цапф, зарядный - в 7 футах) и вращались вместе с ней. Наверху снаряды и заряды перегружались на подготовительные, а затем зарядные лотки, после чего вручную досылались в камору орудия. Суммарная скорость подачи составляла по 16 снарядов и зарядов в минуту, таким образом теоретическая скорострельность могла составлять 8 выстрелов в минуту для одного орудия, но в боевых условиях она сильно зависела от расторопности прислуги. У башни 'Y' перегрузочное отделение находилось всего лишь палубой выше погребов, поэтому нижний элеватор заменялся двумя ручными подъемниками.
Вспомогательная/зенитная артиллерия
Зенитное вооружение «аретьюз» неоднократно менялось. По проекту, батарея дальнего боя состояла из четырех 102-мм зениток Mk.V в одинарных установках Mk.IV, располагавшихся побортно на кормовой надстройке.
Орудие Mk.V было принято на вооружение в далеком 1914 году и применялось на кораблях всех классов: линкорах, крейсерах, эсминцах, шлюпах. Первоначально оно использовалось только для стрельбы по надводным целям, но еще в конце Первой мировой войны были разработаны зенитные установки. Ствол пушки - «проволочной» конструкции, по всей длине заключался в кожух и имел внутренний лейнер, причем замену последнего можно было проводить в корабельных условиях. Затвор - клиновой, горизонтально-скользящий. Установка Mk.IV не имела щита, весила 7,1 т, обеспечивала круговое горизонтальное наведение и вертикальное в пределах от -5 до +80", практическая скорострельность составляла 14 выстрелов в минуту. Расчет состоял из 7 человек. Основными недостатками данного орудия была низкая скорость наводки, сложность ведения огня при малых углах возвышения из-за слишком высокого расположения затвора, вызванного естественной балансировкой ствола, а также отсутствие бронебойных снарядов.
В 1936 году на вооружение поступило более совершенное 102-мм универсальное орудие Mk.XVI в спаренной установке Mk.XIX, заменившее предшествующие артсистемы и ставшее в годы Второй мировой войны основным зенитным орудием британских кораблей. Предприятия Великобритании, Канады и Австралии растиражировали удачный образец и его модификации в количестве 3477 экземпляров. «Пенелопа» и «Аурора» вступили в строй с четырьмя такими установками, «Галатея» была перевооружена ими в 1939 году, а «Аретьюза» - уже в ходе боевых действий. Это орудие было уже по-настоящему универсальным. За счет введения противовесов, удалось снизить высоту цапф, а внедрение полуавтоматического вертикально-скользящего затвора облегчило труд заряжающих и позволило поднять скорострельность (техническая - до 20 выстр/мин). Увеличился вес снаряда, а стало быть и его разрушительное воздействие, а наличие полубронебойного снаряда существенно расширило возможности применения орудия. В установке Mk.XIX оба ствола находились в одной люльке, обеспечивающей вертикальное наведение в диапазоне от -10 до +85°. Полная масса установки составляла 16 816 кг.
Первоначально на трех крейсерах носовая пара 102-мм орудий располагалась примерно на уровне границы верхней «ступеньки» броневого пояса. Исключением стала «Аурора», на которой орудия сдвинули на 8 футов (2,4 м) в нос. В конце 1936 - начале 1937 гг. аналогичным образом зенитки передвинули на «Аретьюзе». До начала войны подобную операцию проделали и на «Галатее», тогда как «Пенелопа» сохраняла «узкую» батарею вплоть до самой гибели.
Погреба зенитного боезапаса на «Аретьюзе» вмещали 800 снарядов, однако их расположение впереди носового котельного отделения - более чем в 50 метрах от самих орудий - являлось существенным недостатком. Данное решение было унаследовано от «Линдера», на котором зенитные орудия располагались на срезе полубака - вблизи погребов, и во многом диктовалось весовыми ограничениями. Для перемещения боеприпасов на «аретьюзах» служил рельсовый путь, по которому перемещались специальные тележки со снарядами, но при свежей погоде, а тем более в условиях арктического обледенения, пользоваться ими было затруднительно, что снижало эффективность зенитного огня.
Легкое зенитное вооружение «аретьюз» при вступлении в строй состояло всего из двух счетверенных 12,7-мм («полудюймовых») пулеметов «Виккерс» Mk.HI, которые располагались рядом с носовой трубой на индивидуальных платформах.
Основой системы управления огнем главного калибра являлся командно-дальномерный пост (директор), оснащенный стабилизированным прицелом централь¬ной наводки и дальномером совмещающего типа с базой 15 футов (4,57 м). Директор имел гидравлический силовой привод, весил 13,7 т и обслуживался расчетом из 8 человек. Поступавшая с него информация обрабатывалась в центральном артиллерийском посту механическим вычислителем. На случай выхода из строя главного директора, для измерения дистанции до цели на мостике был установлен резервный 12-футовый (3,66 м) дальномер. Для управления огнем зенитной артиллерии служили зенитные директоры - так называемая «Система наведения при большом угле возвышения» (HACS - High Angle Control System) - типа Mk.lll на трех первых крейсерах и Mk.IV на «Ауроре». Они оборудовались 12-футовым стереоскопическим дальномером. К сожалению, качество работы «системы наведения при большом угле возвышения» вызывало большие нарекания: в частности, кэптен Стивен Роскилл, военно-морской историк и артиллерийский специалист, свидетельствовал, что в 1937 году Флот метрополии на маневрах не смог добиться ни одного попадания в радиоуправляемую мишень, кружившую над кораблями в течение двух с половиной часов. Первоначально предполагалась установка на «аретьюзы» одного зенитного директора в задней части верхнего мостика, но одновременно с перевооружением на спаренные установки Mk.XIX решили установить второй HACS на кормовой надстройке. Правда, «Пенелопа» вступила в строй без кормового зенитного директора, «Аурора» - без носового (он был установлен только в середине 1940 года), а на «Галатее» второй так и не появился вплоть до ее гибели.
Минно-торпедное вооружение
Торпедное вооружение состояло из двух трехтрубных 533-мм аппаратов TR.IV. От планировавшейся установки четырехтрубных аппаратов пришлось отказаться еще на стадии эскизного проектирования из-за недостатка места для обеспечения их разворота. Помимо шести торпед, находившихся непосредственно в аппаратах, на борту имелась одна запасная.
Крейсерами применялись парогазовые торпеды марки Mk.lX. Они имели длину 7,277 м, вес 1693 кг и несли заряд 340 кг ТНТ. Как правило, на крейсерах использовалась единственная установка хода - 5,5 миль на 35 уз.
Противолодочное и противоминное вооружение
Авиационное вооружение
Авиационное вооружение в 1930-е годы считалось непременным атрибутом крупных надводных кораблей. Самолеты предназначались для ведения разведки и корректировки артиллерийского огня.
Три крейсера типа «Аретьюза», за исключением «Ауроры», были оборудованы легкой катапультой типа DIL (Deck Mk.l Light) - поворотной, пороховой, длиной 46 футов (14 м). Планировалось, что они будут нести на борту по два гидросамолета: один непосредственно на катапульте, второй - позади кормовой трубы, между позициями зенитных орудий. Для его перемещения справа от второй трубы был установлен деррик-кран. Первые же выходы в море головного корабля показали, что расположение второго самолета мешает работе зенитных расчетов, поэтому от его базирования отказались, а оборудование - демонтировали.
В начале своей карьеры «флотские» крейсера оснащались гидропланами типа Хаукер «Оспри», являвшимися поплавковой модификацией двухместного авианосного истребителя-разведчика. Перед войной на их месте появились легкие разведчики-корректировщики Фэйри «Си Фокс». Правда, никаких сведений о применении «аретьюзами» самолетов в боевых условиях не имеется. Небольшие размеры кораблей данного типа и отсутствие ангара серьезно затрудняли использование авиационного вооружения, поэтому уже в 1940-1941 гг. катапульты с них демонтировали, тогда как на других крейсерах они сохранялись до 1943-1944 гг.
Средства связи, обнаружения, вспомогательное оборудование
Прожекторное оборудование включало в себя три боевых 36-дюймовых (91,4-см) и два-три сигнальных 18-дюймовых (45- см) прожектора. Два боевых прожектора стояли на специальных площадках по бокам от носовой трубы, третий находился на кормовой надстройке: сначала у самого ее среза, но после того, как там стали устанавливать зенитный прожектор, прожектор перенесли ближе ко второй трубе. Кроме них, на сигнальном мостике имелось две 11-дюймовых (28-см) ручных сигнальных лампы. Все крейсера получили на вооружение средневолновые радиопеленгаторы MF/DF. Их антенны прямоугольной или ромбовидной формы располагались на фок-мачте или крепились к передней стенке носовой надстройки. Для обнаружения подводных лодок служила гидроакустическая станция «Асдик» типа 128.
Для защиты от якорных мин имелись параваны-охранители. В походном положении они крепились на палубе носовой надстройки, рядом с башней 'В'. Уже во время войны была смонтирована система размагничивания.
Модернизации и переоборудования
Как и на большинстве надводных кораблей основных классов Королевского флота, главные направления модернизации «аретьюз» в годы Второй мировой войны были связаны с усилением зенитного вооружения и установкой радиолокационного оборудования. Операции первой половины 1940 года (в особенности, Норвежская кампания и эвакуация Дюнкерка) со всей очевидностью продемонстрировали слабость зенитного вооружения британских кораблей. Для крейсеров данного типа ситуация усугублялась их небольшими размерами, не позволявшими просто устанавливать дополнительные зенитки. Пришлось жертвовать авиационным оборудованием, и без того не особенно им нужным. В конце 1940 - начале 1941 г. со всех четырех кораблей были демонтированы катапульты (с «Ауроры» - «штабную» надстройку), вместо которых между трубами побортно смонтированы четырехствольные установки 40-мм зенитных автоматов «Виккерс» Mk.VII (2-фунтовый «пом-пом»). Два корабля («Аретьюза» и «Аурора») непродолжительное время были также вооружены 20-ствольными установками неуправляемых ракет UP (Unrotated Projectiles - не-вращающиеся снаряды) - экстравагантным, но совершенно неэффективным средством ПВО.
«Галатея» Чатем (18.10.1940 - 8.1.1941) - ремонт: - демонтирована катапульта; - установлено 2x4 40-мм автомата «пом-пом»; - мачты заменены треногами; - установлена РЛС типа 279. Середина 1941 (место не установлено):
- установлено 6x1 20-мм автоматов «Эрликон» (по два на крышах башен ’В' и ’Y', два побортно на срезе полубака).
Камуфляжная окраска
Как и большинство надводных кораблей Королевского флота, в те или иные пери¬оды Второй мировой войны «аретыозы» несли различные варианты камуфляжной окраски. Как утверждает авторитетный британский историк Алан Рэйвен, все четыре крейсера окрашивались в так называемый «маунтбэттеновский розовый» (Mountbat- ten Pink): «Аретьюза» - с середины 1940 г. по середину 1941 г.; «Аурора» и «Пенелопа» - в 1940-1941 гг.; «Галатея» - в первой половине 1941 г. В отношении «Пенелопы» это вызывает некоторые сомнения, так как в указанный период она находилась в ремонте, но остальные крейсера в это время входили в состав Флота метрополии, где данный вид маскирующей окраски, действительно, имел довольно широкое распространение. На «Галатею» после прибытия на Средиземное море в конце 1941 г. был нанесен двухцветный осколочный камуфляж. В 1942 году «Аретьюза», «Аурора» и «Пенелопа» были окрашены по стандартной Адмиралтейской схеме, которая - с некоторыми изменениями - сохранялась на них практически до конца войны.
История службы
Второй корабль серии вступил в строй через всего несколько месяцев после головного. Относительно точной даты имеются труднообъяснимые расхождения: 4 августа (А. Рэйвен и Дж. Робертс), 9 августа («Джейн»), 14 августа (М. Уитли) или даже 3 сентября (Г. Лентой, Дж. Мэйсон).
Его первым местом службы стало Средиземное море. Как и головной корабль серии, «Галатея» должна была войти в состав 3-й эскадры крейсеров, но по прибытию на Мальту 15 октября 1935 г. на ней поднял свой флаг командующий эсминцами контр-адмирал Эндрю Каннингхэм. В итоге, она оставалась почти бессменным лидером минных сил Средиземноморского флота в течение следующих четырех лет. Надо заметить, что изначально крейсер не имел оборудования, присущего флагманскому кораблю, и пребывание на борту адмирала со штабом было не слишком комфортным. Это было исправлено во время ремонта на Мальте в январе 1936 г., а в марте Каннингхэма сменил контр-адмирал Джеймс Сомервилл.
Служба «Галатеи» в мирное время не отмечена выдающимися событиями. Она участвовала во флотских смотрах и маневрах, совершала визиты в различные порты средиземноморских стран, с началом гражданской войны в Испании действовала в составе патруля нейтралитета (при¬чем, в течение какого-то периода, вместе с немецким «карманным линкором» «Дойчланд»), а в конце 1936 г., в связи с Абиссинским кризисом, находилась в Александрии, усиленно занимаясь боевой подготовкой совместно с вновь прибывшими на данный театр кораблями.
Так продолжалось до марта 1938 г., когда крейсеру пришло время идти в метрополию на гарантийный ремонт. Флаг командующего эсминцами был перенесен на плавбазу «Вулвич». 7 апреля «Галатея» прибыла на казенную верфь в Девонпорт. Работы продолжались до конца июля - в их числе была произведена замена 102- мм зениток спаренными установками. 30 июля корабль вышел на послеремонтные испытания, которые продлились до 8 августа, а по завершению вернулся к прежнему месту службы. Уже 14 августа «Галатея» прибыла на Мальту, где формально присоединилась к 3-й эскадре, а фактически - снова стала флагманским кораблем командующего минными силами - теперь им являлся контр-адмирал Джон Тови. Таким образом, все три адмирала, державших на ней свой флаг в предвоенный период, в годы войны оказались на ведущих ролях в иерархии Королевского флота.
Крейсер покинул Средиземное море в январе 1940 года вместе с двумя систершипами. В составе Флота метрополии «Галатея» стала флагманским кораблем командующего 2-й эскадрой крейсеров контр-адмирала Джорджа Эдвард-Коллинза. В феврале 1940 года она, вместе с линейным крейсером «Ринаун», авианосцем «Арк Ройал» и несколькими эсминцами, временно находилась в распоряжении Командования Западных подходов и участвовала в пресечении попытки прорыва немецких судов из испанского порта Виго. Операция завершилась перехватом шести блокадопрорывателей. В конце месяца командование кораблем принял кэптен Брайан Шофилд - в будущем известный военно-морской историк. В марте эскадра перешла в Скапа-Флоу, и «Галатее» довелось принять участие в сопровождении двух конвоев на линии Метил-Берген.
В начале апреля «Галатея» с «Аретьюзой» и флотилией эсминцев прибыли в Розайт для участия в операции «R4». Под этим кодовым наименованием скрывался союзный план по высадке в Норвегии. Крейсера должны были сопровождать транспорты с войсками, которыми надлежало высадиться в норвежских портах Ставангер и Берген. Однако, как известно, немцы опередили англичан. Утром 7 апреля авиационная разведка обнаружила в море крупное корабельное соединение противника, и вечером Эдвард-Коллинз получил приказание выйти в море на соединение с главными силами Флота метрополии. «Галатею» и «Аретьюзу» сопровождали эсминцы «Кодрингтон», «Гриффин», «Электра» и «Эскапейд». Поиски германских кораблей продолжались целые сутки, но не дали результатов, а утром 9 апреля пришли сообщения о немецкой высадке в Норвегии. Затем несколько часов подряд британское соединение подверглось массированным ударам немецкой авиации, потеряв эсминец «Гурка». К счастью, обе «аретьюзы» серьезных повреждений не получили и 11 апреля вернулись в Скапа-Флоу.
Армейские контингенты союзников все же высадились в Норвегии. 17 апреля крейсера «Галатея», «Аретьюза», «Карлайл», «Кюрасао» и эсминцы «Экерон» и «Эрроу» приняли в Розайте два батальона 148-й пехотной бригады и на следующий день доставили их в Ондальснес. 21-22 апреля «Галатея», «Глазго», «Шеффилд» и шесть эсминцев перебросили туда же часть 15-й пехотной бригады. Третий рейс в этот порт эскадра Эдвард-Коллинза («Галатея», «Аретьюза», «Шеффилд», «Саутгемптон», 6 эсминцев, 2 транспорта) совершила в ночь на 1 мая - на этот раз для эвакуации высаженных войск. Этим участие крейсера в Норвежской кампании и ограничилось.
Начало боевых действий на Западном фронте заставило Адмиралтейство перераспределить силы флота, отведя часть крейсеров и эсминцев в Южную Англию. В их число попала 2-я эскадра крейсеров, точнее, лишь ее половина, поскольку два корабля находились в ремонте. 7 мая «Галатея» и «Аретьюза» перешли в Ширнесс - небольшой порт в устье Темзы, затем сопровождали суда, вывозившие в Альбион золотой запас Голландии, а 24-26 мая оказывали огневую поддержку войскам в районе Кале. С начала июня крейсера включились в эвакуацию французских баз на побережье Бискайского залива (операция «Эриэл») - так, 17 июня «Галатея» вывезла из небольшого порта Сен-Жан-де-Люз, лежащего близ границы с Испанией, британского посла и доставила его в Плимут. В начале июля 2-ю эскадру крейсеров (30 мая 1940 г. командование ею принял контр-адмирал Олбэн Кёртейс) передали в подчинение Норского военно-морского округа - в состав так называемых Сил Хамбера. В это время англичане активно готовились к отражению ожидавшегося немецкого вторжения на острова, и «аретьюзы» были одними из тех, кто должен был принять на себя первый удар. Пока же корабли поочередно осуществляли патрулирование юго-западной части Северного моря. «Галатея» вместе с крейсером «Кардиф» и тремя эсминцами находилась в море с 25 августа по 1 сентября. В следующий поход она отправилась 6 сентября, но на выходе из Ширнеса подорвалась на донной мине. Хотя повреждения корабля не были тяжелыми, отсутствие свободных заводских мощностей задержало его восстановление. Ремонт крейсера производился на казенной верфи в Чатеме с 18 октября 1940 г. по 8 января 1941 г. и был совмещен с единственной его военной модернизацией. Едва закончив ремонт, 9 января «Галатея» прибыла в Скапа-Флоу и вернулась к привычной роли флагмана 2-й эскадры крейсеров. В описываемый период ее корабли поочередно вели патрулирование в проходе между Исландией и Фарерскими островами, а их главным противником становилась погода с зимними штормами и обледенением. 1 марта Шофилда в должности командира корабля сменил кэптен Эдвард Сим. 19 марта «Галатея» эскортировала минные заградители на очередную постановку (операция «SN- 69»), а 6 апреля выполняла аналогичную функцию в ходе операции «SN-8E». Как и подавляющее большинство кораблей Флота метрополии, «Галатея» принимала участие в операции против «Бисмарка». К моменту получения сообщения о проходе германского линкора через Балтийские проливы, крейсер находился в Скапа-Флоу, откуда вышел в море 22 мая в составе главных сил адмирала Тови. Днем 24 мая крейсера контр-адмирала Кертейса («Галатея», «Аурора», «Кения», «Хермиони») отделились для сопровождения авианосца «Викториес», самолеты с которого должны были нанести удар по германскому рейдеру. Стремительная погоня истощила топливные цистерны кораблей, поэтому после безуспешной атаки торпедоносцев, соединению пришлось возвращаться на базу, куда оно прибыло 26-го.
Участие в охоте на «Бисмарк» стало для «Галатеи» последней операцией в составе Флота метрополии. 31 мая она перешла в Плимут, где получила приказ о переводе в состав 15-й эскадры крейсеров Средиземноморского флота, понесшего тяжелые потери от действий немецкой авиации в ходе Критской кампании. По той же причине переход к новому месту базирования, в Александрию, предписывалось совершать кружным путем вокруг мыса Доброй Надежды. 29 июня корабль покинул берега Англии - как оказалось, навсегда.
Прибыв на Средиземное море во второй половине июля 1941 г., «Галатея» была направлена в Суэц, где, вместе с крейсером «Найяд», в течение месяца осуществляла противовоздушную оборону порта. 29 августа корабли вернулись в Александрию. 20 и 24 сентября в составе эскадры «Галатея» участвовала в обстрелах неприятельских позиций в районе осажденного Тобрука. Следующей крупной операцией с ее участием стал печально известный выход флота 23-25 ноября, во время которого немецкая подводная лодка U-331 потопила линкор «Бархэм».
Гибель
8-11 декабря соединение контр-адмирала Вайена (крейсера «Найяд», «Юриалес», «Галатея», эсминцы «Гриффин» и «Хотспёр») осуществило набеговую операцию на итальянские прибрежные коммуникации у Восточной Киренаики, сопровождавшуюся обстрелом Дерны. 13 декабря крейсер вышел в свой последний поход. Причиной тому стали поступившие от британских субмарин сообщения о выходе из Таранто трех конвоев, на перехват которых было направлено Соединение «В» контр-адмирала Вайена (крейсера «Найяд», «Галатея», «Юриалес» и 9 эсминцев). Вскоре выяснилось, что бой мог получиться неравным, так как легким крейсерам противостояли бы линкоры, вышедшие на прикрытие транспортов. Поэтому в море был направлен быстроходный минный заградитель «Эбдиел», имевший приказ нарушить строжайшее радиомолчание, чтобы создать у итальянцев видимость присутствия главных сил Средиземноморского флота. Уловка сработала - конвои были отозваны. Корабли Вайена также повернули назад, но в 30 милях от Александрии попали на завесу неприятельских подводных лодок.
Около полуночи 14/15 декабря 1941 г. немецкая субмарина U-557 (капитан-лейтенант Оттокар Паульсен) дала по «Галатее» залп из носовых аппаратов. Согласно справочнику «Джейн», в цель попали все три торпеды, и менее чем через три минуты крейсер затонул, унося с собой кэптена Сима, 21 офицера и 447 матросов. Эсминцы «Гриффин» и «Хотспёр» спасли 150 человек.
Американский историк Клэй Блэйр считает, что на данный успех может претендовать также итальянская подводная лодка «Дагабур» (капитан-лейтенант Альберто Торри). Именно она первой обнаружила «Галатею» и по радио навела на нее 0-557. Обе субмарины вышли в атаку практически одновременно, Торри слышал два взрыва через 1 минуту 45 секунд после пуска торпед, поэтому нельзя со стопроцентной уверенностью утверждать, кто именно из них потопил «Галатею». Впрочем, Паульсену в любом случае не пришлось носить лавры победителя. После завершения атаки U-557 оставила позицию и направилась в Саламин, но около 22 часов 16 декабря в 15 милях от Крита была протаранена итальянским миноносцем «Орионе» и затонула со всем экипажем. Командир миноносца капитан-лейтенант М. Гамбетта не имел информации о нахождении немецкой подводной лодки в указанном районе. Во время расследования он заявил в свое оправдание, что силуэтом субмарина не походила на итальянскую (и был совершенно прав!), поэтому он счел ее неприятельской и незамедлительно атаковал.
Гибель «Галатеи» стала вехой в череде трагичных событий (потопление «Бархэма», подрыв на минах крейсеров Соединения «К», рейд итальянских подводных диверсантов в Александрию), поставивших британский Средиземноморский флот на грань катастрофы.
Место гибели
(%2C29.15 &q=3.12 %2C29.15 &spn=75%2C75&t=h&hl=ru 3.12 ° с. ш. 29.15 ° в. д.)
Командиры
Этот корабль в искусстве
См. также
Примечания
Литература и источники информации
- '.
Галерея изображений
Британские корабли в Гибралтаре во время совместных маневров Флота метрополии и Средиземноморского флота, 1938 г. На снимке присутствуют и два представителя типа «Аретьюза»: на переднем плане, у пирса, - «Галатея», во втором ряду кораблей справа - «Аурора». Обратите внимание: первый несет светлую средиземноморскую окраску, второй - темную североатлантическую.