Ослябя (1898)
Версия 17:26, 12 октября 2014 | Версия 17:35, 12 октября 2014 | |||
Строка 219: | Строка 219: | |||
Ранее в разделе бронирование мы поднимали вопрос о перегрузке, что было проблемой для данного проекта кораблей, на «Ослябе» строительная перегрузка составляла 800 тонн.<br /> | Ранее в разделе бронирование мы поднимали вопрос о перегрузке, что было проблемой для данного проекта кораблей, на «Ослябе» строительная перегрузка составляла 800 тонн.<br /> | |||
Что касается бронирования, то главный пояс со скосом бронепалубы пробить можно было только на близкой дистанции, на которую при высокой скорости “пересветов” противнику было сблизиться не так просто. На дальней дистанции (в то время дистанция свыше 15 кабельтовых уже считалась дальней) ни главный пояс, ни карапасная бронепалуба в оконечностях снарядами не пробивалась, а количество воды, которая могла бы попасть через пробоины по ватерлинии в носу и корме, где не было бортовой брони, не могло быть велико. Корпус здесь имел острые обводы и был хорошо разделен на отсеки, а снизу проходил свод бронепалубы.<br /> | Что касается бронирования, то главный пояс со скосом бронепалубы пробить можно было только на близкой дистанции, на которую при высокой скорости “пересветов” противнику было сблизиться не так просто. На дальней дистанции (в то время дистанция свыше 15 кабельтовых уже считалась дальней) ни главный пояс, ни карапасная бронепалуба в оконечностях снарядами не пробивалась, а количество воды, которая могла бы попасть через пробоины по ватерлинии в носу и корме, где не было бортовой брони, не могло быть велико. Корпус здесь имел острые обводы и был хорошо разделен на отсеки, а снизу проходил свод бронепалубы.<br /> | |||
? | + | Такие корабли даже с полностью затопленными оконечностями при сохранении целостности бронепалубы и траверзов имели бы положительную метацентрическую высоту и не опрокидывались. Осадка из-за потери незначительного запаса плавучести увеличилась бы всего на несколько дюймов. Кстати, сказать, эти корабли и проектировались для боя на большой дистанции. Их установки главного калибра имели большой угол возвышения, и 254-мм снаряды с “пересветов” летели гораздо дальше 305-мм снарядов других броненосцев. Это было важно для боя на преследовании или отходе, как раз и характерного для рейдерских действий, когда надо было догонять транспорты и убегать от кораблей охранения. Целям погони соответствовало и расположение носовой 6-дюймовки, совершенно бесполезной для линейного боя.<br /> | ||
? | + | В бою 28 июля/10 августа 1904 года, когда “Победа” и особенно “Пересвет”, бывший вторым флагманом эскадры, несколько часов находились под ожесточенным огнем главных сил японцев, такая система бронирования вполне себя оправдала. Конечно, большое впечатление производили огромные пробоины, оставляемые в небронированных бортах фугасными снарядами - но не более того. Косвенной оценкой эффективности защиты могут служить данные о потерях на этих кораблях: 13 убитых и 69 раненых на “Пересвете” и соответственно 4 и 29 на “Победе” из экипажа в 780 человек (по другим данным 19 и 104 человека на “Пересвете”, 6 и 40 на “Победе”). А ведь броненосцы японцев в том бою выпустили 305-мм снарядов даже больше, чем при Цусиме! | ||
Совсем другая картина получается, если такой корабль входит в бой перегруженным, со скрытым под водой главным поясом. Теперь вражеским снарядам открыта большая часть незащищенного броней борта по ВЛ, а единственная серьезная преграда - жалкий 102-мм пояс с траверзами, далеко отнесенными от бортов и оконечностей - в принципе, пробивается (вернее, проламывается) фугасными 305-мм снарядами. Причем, такие тонкие плиты под ударом тяжелого снаряда могли просто срываться с креплений, открывая в борту огромные бреши. Объем затоплений только через пробоины в небронированном борту в носовой части теперь был бы критическим. Воде, проникающей через легко разрушаемые фугасными снарядами всех калибров тонкие переборки и нижнюю палубу в носу, было бы доступно все пространство от форштевня до котельного отделения по нижней палубе, включая и объемы над глубоко погрузившейся карапасной палубой. Нужно сказать еще об одной особенности этих кораблей. Спроектированные для длительных действий в океане, в том числе и в тропиках, они имели развитую систему вентиляции жилых помещений и погребов боезапаса. Причем, все вентиляционные шахты из-за недостатка веса остались без брони. Через такие легко разрушаемые колодцы вода могла проникать и в забронированные помещения с неповрежденной внешней защитой. | Совсем другая картина получается, если такой корабль входит в бой перегруженным, со скрытым под водой главным поясом. Теперь вражеским снарядам открыта большая часть незащищенного броней борта по ВЛ, а единственная серьезная преграда - жалкий 102-мм пояс с траверзами, далеко отнесенными от бортов и оконечностей - в принципе, пробивается (вернее, проламывается) фугасными 305-мм снарядами. Причем, такие тонкие плиты под ударом тяжелого снаряда могли просто срываться с креплений, открывая в борту огромные бреши. Объем затоплений только через пробоины в небронированном борту в носовой части теперь был бы критическим. Воде, проникающей через легко разрушаемые фугасными снарядами всех калибров тонкие переборки и нижнюю палубу в носу, было бы доступно все пространство от форштевня до котельного отделения по нижней палубе, включая и объемы над глубоко погрузившейся карапасной палубой. Нужно сказать еще об одной особенности этих кораблей. Спроектированные для длительных действий в океане, в том числе и в тропиках, они имели развитую систему вентиляции жилых помещений и погребов боезапаса. Причем, все вентиляционные шахты из-за недостатка веса остались без брони. Через такие легко разрушаемые колодцы вода могла проникать и в забронированные помещения с неповрежденной внешней защитой. | |||
Строка 226: | Строка 226: | |||
Таким образом, даже при сохранении целостности 102-мм пояса, его траверзов и 51...76-мм бронепалубы корабль мог принять много воды и получить опасный дифферент на нос и крен. При этом вода могла доставать и до более высоко расположенных пробоин в небронированном борту, а также до портов 47-, 75- и 152-мм орудий на батарейной палубе (главной), которые в бою были бы открыты или повреждены. Положение еще более усугубляется, если попадания следовали одно за другим и кучно, а погода на море отличалась от штилевой. Конструктивный недостаток, порожденный копеечной экономией, и преступная перегрузка подписали приговор в общем-то неплохому кораблю. | Таким образом, даже при сохранении целостности 102-мм пояса, его траверзов и 51...76-мм бронепалубы корабль мог принять много воды и получить опасный дифферент на нос и крен. При этом вода могла доставать и до более высоко расположенных пробоин в небронированном борту, а также до портов 47-, 75- и 152-мм орудий на батарейной палубе (главной), которые в бою были бы открыты или повреждены. Положение еще более усугубляется, если попадания следовали одно за другим и кучно, а погода на море отличалась от штилевой. Конструктивный недостаток, порожденный копеечной экономией, и преступная перегрузка подписали приговор в общем-то неплохому кораблю. | |||
? | По трагическому стечению обстоятельств этот приговор несчастному “Ослябе” был приведен в исполнение без отсрочки. 10 мая он последний раз принял уголь, и его запас на борту превысил полный. За 4 суток до боя эскадра прошла менее 800 миль со скоростью 5-8 узлов, то есть “Ослябя” израсходовал около 270 тонн угля. Известно, что перед боем 28 июля “Пересвет” вышел из Порт-Артура всего с 1.500 тоннами угля | + | По трагическому стечению обстоятельств этот приговор несчастному “Ослябе” был приведен в исполнение без отсрочки. 10 мая он последний раз принял уголь, и его запас на борту превысил полный. За 4 суток до боя эскадра прошла менее 800 миль со скоростью 5-8 узлов, то есть “Ослябя” израсходовал около 270 тонн угля. Известно, что перед боем 28 июля “Пересвет” вышел из Порт-Артура всего с 1.500 тоннами угля, установленным еще адмирал С. О. Макаровым “боевым запасом”. Не известно, имел ли Макаров в виду ухудшение защитных качеств этих броненосцев при полном запасе угля или просто понимал, что при полной нагрузке “Пересвет” и “Победа” с увеличенной на целый метр осадкой (главный пояс, естественно, под водой - см. выше) не смогут выйти из гавани на внешний рейд. Ясно только, что Рожественский З. П. о такой “мелочи” и не задумался. Наверное, полагал, что не адмиральское дело думать про какие-то переборки и пояса, держа в голове схемы бронирования своих кораблей. Об этом должен был сказать командир броненосца, трюмный механик или Бог знает кто еще. Не доложили. Или побоялись адмиральское гнева? А может, просто понадеялись на “авось”: авось до встречи с японцами подвсплывем фута на два-три.<br /> | |
+ | По всему выходит, что “Ослябя” перед боем 14 мая имел свыше 2.000 тонн угля, полуторную норму запасов и сверхкомплектный экипаж из 922 человек вместо штатных 27 офицеров и 743 прочих чинов. С главным поясом под водой этот корабль уже нельзя было считать броненосцем. Также перегруженные корабли типа “Бородино” все-таки имели над водой по всей длине корпуса 102...152-мм верхний пояс с коффердамами (небольшими отсеками, призванными ограничивать повреждения и затопления при взрыве в них снарядов) за ним, и их положение было не в пример лучше. А у “Орла” к вечеру даже вышел из воды главный пояс.<br /> | |||
? | + | Что тут уже говорить о другой из проблем цусимской войны - крайней безынициативности русских адмиралов, буквально в первые пол часа боя ситуация могла бы повернуться в корне, сначала адмирал Того с эскадрой пропустил место встречи русского флота освободив ему путь прорыва, Рожественский вместо того чтобы перехватить инициативу, пребывал в уверенности, что японцы позволят ему прорываться с 10-узловыми транспортами и тихоходными 14-узловыми старыми броненосцами. А потому и никаких активных действий, или хотя бы маневрирования для занятия выгодной позиции он не предпринял. Вместо этого начал перестраивать в одну кильватерную колонну длинной в 6 км, в ходе которого «Ослябя» получила приказ :«Второму броненосному отряду вступить в кильватер первому». <br /> | ||
? | + | |||
? | + | |||
? | + | |||
? | + | |||
? | + | |||
? | + | |||
? | + | |||
? | + | |||
Приученный к безоговорочному повиновению, командир корабля В.И.Бэр, чтобы пропустить вперёд оказавшегося на траверзе «Орла», был вынужден сбавить ход, а затем и вовсе остановиться. <br /> | Приученный к безоговорочному повиновению, командир корабля В.И.Бэр, чтобы пропустить вперёд оказавшегося на траверзе «Орла», был вынужден сбавить ход, а затем и вовсе остановиться. <br /> | |||
И тут была возможность перехватить инициативу, адмирал Того идя на встречном курсе рискнул выполнить поворот, фактически 15-20 мин все корабли проходили по петле которую образовывали поворачивавшие японские корабли, что позволяло русским кораблям сосредоточить прицельный огонь, бросившись на врага строем фронта, сблизиться с японским флотом на ту малую дистанцию, с которой они, в соответствии с нормами тогдашней боевой подготовки, могли стрелять с наибольшей меткостью. Бой превратился бы в свалку, в которой русские корабли могли с наибольшей эффективностью реализовать достигнутый каждым броненосцем и крейсером достаточно высокий уровень подготовки для одиночного боя. По опыту порт-артурской эскадры (не мог же Рожественский З.П. не знать о нём!) было известно, что японцы, приученные к стрельбе на дальние расстояния при посредстве оптических прицелов, в ближнем бою стреляли хотя и часто, но вовсе не так метко, как на больших дистанциях. В такой ситуации в значительной мере утрачивались и преимущества оптических прицелов. Скоротечная «свалка» вплотную и единоборство корабля с кораблём отнимали у японцев их главное преимущество — искусство сосредоточения огня.<br /> | И тут была возможность перехватить инициативу, адмирал Того идя на встречном курсе рискнул выполнить поворот, фактически 15-20 мин все корабли проходили по петле которую образовывали поворачивавшие японские корабли, что позволяло русским кораблям сосредоточить прицельный огонь, бросившись на врага строем фронта, сблизиться с японским флотом на ту малую дистанцию, с которой они, в соответствии с нормами тогдашней боевой подготовки, могли стрелять с наибольшей меткостью. Бой превратился бы в свалку, в которой русские корабли могли с наибольшей эффективностью реализовать достигнутый каждым броненосцем и крейсером достаточно высокий уровень подготовки для одиночного боя. По опыту порт-артурской эскадры (не мог же Рожественский З.П. не знать о нём!) было известно, что японцы, приученные к стрельбе на дальние расстояния при посредстве оптических прицелов, в ближнем бою стреляли хотя и часто, но вовсе не так метко, как на больших дистанциях. В такой ситуации в значительной мере утрачивались и преимущества оптических прицелов. Скоротечная «свалка» вплотную и единоборство корабля с кораблём отнимали у японцев их главное преимущество — искусство сосредоточения огня.<br /> | |||
Ни Рожественский ни Бэр ничего не предприняли и уже через 10 мин «Ослябя» стоя на месте получил серьезные повреждения в не бронированную часть борта у первой переборки впереди броневого пояса, потерял главный калибр , а спустя 31 мин с начала боя получил столь тяжкие повреждения, что уже не мог держаться в строю и, несмотря на попытки выровнять положение, выкатился вправо. Крен достигал 12°, корабль сидел в воде по носовые клюзы.<br /> | Ни Рожественский ни Бэр ничего не предприняли и уже через 10 мин «Ослябя» стоя на месте получил серьезные повреждения в не бронированную часть борта у первой переборки впереди броневого пояса, потерял главный калибр , а спустя 31 мин с начала боя получил столь тяжкие повреждения, что уже не мог держаться в строю и, несмотря на попытки выровнять положение, выкатился вправо. Крен достигал 12°, корабль сидел в воде по носовые клюзы.<br /> | |||
? | ||||
=== Командиры === | === Командиры === |
Версия 17:35, 12 октября 2014
== ОСЛЯБЯ - заложник череды неудач, первый мученик Цусимы. ==
![Ослябя_2.gif](https://wiki-cdn.lesta.ru/images/thumb/2/28/%D0%9E%D1%81%D0%BB%D1%8F%D0%B1%D1%8F_2.gif/150px-%D0%9E%D1%81%D0%BB%D1%8F%D0%B1%D1%8F_2.gif)
Эта статья редактируется участником <Satan_Klaus> в рамках конкурса «Вики-спринт»: «Корабли Российского императорского флота».
За нарушение правил конкурса или создание помех в его проведении предусмотрены наказания. Просьба воздержаться от правок.
«Ослябя»
9 ноября 1895 Заложен |
27 октября 1898 Спущен на воду |
14 мая 1905 года Выведен из боевого состава |
14 мая 1905 года Гибель |
12 674 / 14 408 т. Водоизмещение (стандартное/полное) |
132,4 / 21,8 / 8,76 м. Размерения (длина/ширина/осадка) |
28 чел. Офицеры |
750 чел. Матросы |
229—178 / 102-229 мм. Пояс/борт |
63,5-82,6 мм мм. Палуба |
127 / 102 мм. Траверз (носовой/кормовой) |
203 мм. Барбеты |
229 / ? / ? / 50,8 мм. Башни ГК (лоб/бок/тыл/крыша) |
152 мм. Боевая рубка |
- 2 х 2 - 254 мм орудия Обуховского завода
- 11 - 152 мм орудия Кане
- 20 - 75 мм орудия
- 20 - 47 мм орудия
- 2 - 63,5 мм десантные пушки
- 6 - 37 мм десантные пушки
- 5 - 381-мм торпедных аппаратов.
«Пересвет», «Победа»
Содержание
Предпосылки к возникновению
Создание этих броненосцев прямо связано с появлением в британском флоте броненосцев типа «Centurion», а также их модификации «Renown». Русское морское ведомство привлекло в этих броненосцах уменьшение водоизмещения, а значит, и стоимости. В рабочей переписке корабли нового проекта часто именовались «броненосцами-крейсерами». В случае войны с Англией предполагалось использовать их на вражеских коммуникациях вместе с броненосными крейсерами и с пароходами Добровольного флота.
Призрак войны с Англией настолько влиял на военно-политическое мышление руководителей России, что все ее морские программы предусматривали в первую очередь противодействие британскому флоту. В частности, была разработана совершенно нереальная концепция крейсерских действий на океанских коммуникациях англичан, несмотря на отсутствие передовых баз и возможностей материально-технического снабжения рейдеров.
При создании броненосцев типа «Пересвет» решили для достижения более значительной дальности плавания и скорости хода ослабить вооружение и бронирование. В результате броненосцы получили 10-дюймовые орудия вместо 12-дюймовых, слабое бронирование и ничтожное преимущество в ходе. Правда, по сравнению с предыдущими проектами, «пе-ресветы» имели лучшую мореходность, а принципиально новая схема водоотливной системы стала образцом для всех последующих кораблей.
Фактически получился рейдер для океанских коммуникаций, конечно в ступать в бой с полноценными броненосцами для корабля данного типа было бессмысленно.
Постройка и испытания
«Ослябя» строился по одному проекту с головным кораблём серии броненосцем «Пересвет», с которым был официально заложен в один день — 9 ноября 1895 года.Работы в Новом Адмиралтействе шли очень медленно, спуск на воду состоялсяи 27 октября 1898 года. Вскоре «Ослябя» наконец-то перешёл своим ходом в Кронштадт, где его достройка продолжилась. В феврале — апреле следующего года он стоял в Александровском доке Кронштадта, где устанавливалась недостающая броня и тиковая обшивка. На ходовые испытания корабль вышел лишь 5 сентября 1902 года. В течение четырёх часов было выполнено четыре пробега на мерной миле и достигнута средняя скорость 18,33 уз, причём машины превысили контрактную мощность, развив 4890, 4732 и 5429 л.с. соответственно для правой, средней и левой. Давление пара на испытаниях составляло всего 11,8 атм вместо спецификационных 17 атм, а обороты машин — 102 вместо 115 об/мин. 27 сентября были испытаны вспомогательные механизмы
Описание конструкции
Корпус
Продольный набор корпуса включал вертикальный киль длиной 89 м из листов толщиной 12,7 мм, склёпанный из двух 15,9-мм листов горизонтальный киль и по пять стрингеров с каждого борта. Продолжением киля служили бронзовые форштевень и ахтерштевень; последний крепился к килю заклёпками. Кроме того, имелись тиковый наружный киль и дубовый фальшкиль, а также скуловые кили высотой 0,76 м, обшитые деревом и медью. Подводная часть корпуса была обшита тиковыми досками толщиной 4 дюйма (102 мм) в один слой, «как в английском флоте». Доски крепились бронзовыми болтами. Между наложенными поверх досок медными листами и деревом в два слоя прокладывалась просмолённая бумага. Верхняя палуба имела настил из тиковых досок (на головном корабле использовалась сосна).
Бронирование
Схема бронирования “Осляби” была классической для того времени: пояс по ватерлинии на 3/4 длины корпуса толщиной 229 мм в районе машинных и котельных отделений (67 м) и 178 мм в районе башен закрывался с концов 178-мм переборками; от переборок в оконечности проходила 76-мм карапасная палуба, а нижняя палуба в районе пояса имела толщину 51 мм в плоской части и 63,5 мм на скосах, причем скосы крепились к нижней кромке пояса толщиной 127 мм.
Это были первые русские корабли, имевшие за поясом скос бронепалубы, что давало дополнительную защиту по ватерлинии, и гарвеевскую броню. Это позволило значительно уменьшить толщину плит по ватерлинии без ослабления защиты. Высота пояса была 2,4 м, из которых при нормальной нагрузке по проекту (1.080 тонн угля) около 1,5 м находились под водой. Но, поскольку каждые 52 тонны дополнительной нагрузки вызывали погружение корпуса на 1 дюйм, при полном запасе угля 2.060 тонн над водой оставалось всего 0,4 м брони. Это не было каким-то исключением, поскольку на многих кораблях того времени пояс при полном запасе угля вообще скрывался под водой. Считалось, что в таком состоянии корабль никогда не вступит в бой, поскольку на переходе к месту встречи с противником он израсходует часть угля, а в случае боя у своей базы вообще брать полный запас не имело смысла.
К сожалению, эти корабли, как и большинство других, строившихся на отечественных верфях, имели большую строительную перегрузку, которая по имеющимся сведениям достигала на “Ослябе” 800 тонн. Так что при полной нагрузке главный пояс скрывался под водой, и непотопляемость корабля зависела от верхнего пояса толщиной всего 102 мм, длиной 53 и высотой 2,2 м. В носу этот пояс заканчивался сразу перед носовым котельным отделением (под носовым 2-ярусным казематом 152-мм орудий) и дальше шел к диаметральной плоскости (ДП) корабля сначала под небольшим углом вперед, а затем по траверзу. В корме пояс заканчивался сразу за машинным отделением и продлевался до ДП отклоненными в корму переборками. За этим поясом, а также вне его, до траверзов главного пояса, где корпус разделялся на небольшие отсеки, находились угольные ямы. В принципе, уголь давал достаточную защиту от бронебойных снарядов, которыми тогда и предполагалось вести бой, но не мог защищать от фугасных с большой разрушительной силой.
Влияние перевеса на защитные качества корабля дополнительно рассмотрим чуть ниже.
Энергетическая установка и ходовые качества
Три главные паровые машины тройного расширения производства Балтийского завода были установлены в индивидуальных отсеках. Ход поршня для всех машин составлял 990 мм, диаметры цилиндров высокого, среднего и низкого давления — 965, 1420 и 2130 мм соответственно. Контрактная мощность всех трёх машин составляла 14 500 индикаторных л.с., на испытаниях она была превышена на 533 и.л.с., хотя машины давали всего по 102 об/мин вместо 115.
Паром механизмы обеспечивали 30 паровых котлов Бельвиля модели 1894 года с общей поверхностью нагрева 4036,5 м² и площадью колосниковых решёток 129,36 м², размещённые в трёх котельных отделениях. Давление пара на выходе из котлов достигало 17 атм (на ходовых испытаниях — всего 11,8 атм). Тяга обеспечивалась дымовыми трубами высотой от колосниковых решёток 27 м, предусмотрено было и искусственное нагнетание воздуха (вентиляторы составляли избыточное давление в пределах 12,7 мм водяного столба), применяемое для достижения машинами полной мощности.
В процессе приёмки выяснилось, что машины на 103,15 т тяжелее, чем положено по спецификации, а котлы на 88,8 т легче.
Машины вращали три четырёхлопастных бронзовых гребных винта. Бортовые винты имели диаметр по 4,88 м, средний — 4,72 м. Гребные валы могли разобщаться от машин с помощью специальных муфт.
Вооружение
Главный калибр
«Ослябя» — получил башни Путиловского завода, в которых размещались четыре 254-мм орудия с длиной ствола 45 калибров по 2 в каждой башне. Носовая башня располагалась на 10 метров выше ватерлинии и могла вести огонь в любую погоду. Причем дальность стрельбы ее орудий благодаря увеличению до 25 градусов угла возвышения вместо принятых ранее 15 градусов теоретически превосходила 20 км. Башни и башенные механизмы приводились в движение электричеством, что в России было новшеством: до этого тяжёлые установки главного калибра оснащались гидроприводами. Замки орудий могли открываться автоматически, используя энергию отката после выстрела. Горизонтальный сектор наведения каждой башни составлял 270°, углы вертикального наведения орудий находились в пределах от −5° до +35°. Практическая скорострельность главного калибра составляла 2 выстрела за 1,5 мин.
Средний калибр броненосца составляли 152 мм орудия. Восемь находились в четырех двухъярусных казематах по углам верхней цитадели; два орудия размещались в одинарных казематах в средней части цитадели, носовая погонная пушка защищалась щитом.
Боекомплект на один ствол составлял: для 254-мм орудий — 90 снарядов (23 бронебойных, 23 фугасных, 26 чугунных, 8 сегментных); для 152-мм орудий — 180 снарядов (47 бронебойных, 47 фугасных, 47 чугунных, 31 сегментный, 8 картечных);
Вспомогательная артиллерия/противоминный калибр
Был представлен в первую очередь двадцатью 75-мм пушками Канэ с длиной ствола 45 калибров. По восемь таких орудий стояло в средней части корабля на батарейной и верхней палубах между казематами 152-мм пушек (по четыре орудия на борт на каждой из палуб). Оставшиеся четыре стояли на навесной палубе под носовым и кормовым мостиками (по два орудия на борт). Помимо 75-мм, на «Ослябе» имелась многочисленная малокалиберная противоминная артиллерия. Первоначально на нём предполагалось установить 14 47-мм пушек Гочкиса, но впоследствии их число увеличили до 20. Шесть из них стояло на батарейной палубе (по три с каждого борта), четыре — на навесной, по две на носовом и кормовом мостиках, четыре на фор-марсе и две на кормовой части навесной палубы. В отличие от «Пересвета», боевого марса на грот-мачта у «Осляби» не было. К каждому 47-мм орудию полагалось иметь 540 стальных и 270 чугунных гранат.
А вот количество 37-мм пушек Гочкиса было уменьшено с первоначально запланированных десяти до шести или восьми единиц. Они предназначались главным образом для вооружения катеров и шлюпок (по одной пушке на каждый из четырёх паровых катеров и двух баркасов).
Для вооружения десанта имелись две 63,5-мм пушки Барановского, а также семь пулемётов.
Минно-торпедное вооружение
Корабль» имел три надводных торпедных аппарата (один в носу, два траверзных по бортам в районе 45-го шпангоута) и два подводных (в трюме между 26 и 30 шпангоутами) для торпед длиной 5.8 и 5,2 м. Оба минных катера имели по одному съемному носовому минному аппарату для торпед длиной 4,58 м, а два паровых катера — по одному метательному аппарату.
Начало службы, упущенные возможности
25 июля 1903 «Ослябя» вместе с крейсером «Баян» покинули Балтику, «Ослябя» направился к Гибралтарскому проливу где получил повреждения днища коснувшись дна, после срочного ремонта в итальянском порту Специя,после отправился в Бизерту где вошёл в состав отряда контр-адмирала А. А. Вирениуса, следовавшего в Порт-Артур, 31 января 1904 года отряд добрался до Джибути и узнал, что уже несколько дней идёт война, в составе отряда кроме «Осляби» были крейсера «Аврора» и «Дмитрий Донской» и семи миноносцев. А. А. Вирениус получил приказ возвращаться на Балтику, хотя командующий флотом в Тихом океане Макаров С.О. убеждал начальника Главного морского штаба Рожественского З.П., ни под каким видом не возвращать в Россию оказавшийся в Красном море отряд и предписать ему непременно прорываться в Порт-Артур.
Перспективы были огромные :
- возможность перехвата перегонявшихся из Италии в Японию крейсеров «Ниссин » и «Касуга», они шли в небоеспособном состоянии, и перегонные команды едва ли были способны развить полный ход, если бы даже «Ослябе» не смог бы их догнать одна лишь угроза этой акции могла заставить Японию отложить начало нападения на Порт-Артур, дислоцировавшейся там 1 - тихоокеанской эскадре были бы подарены спасительные сутки времени для подготовке к обороне.
- устроить рейдерскую войну на японских коммуникациях, для чего в принципе и проектировался корабль.
- крупные силы русского флота, оказавшиеся по воле судьбы сосредоточенными в узловом, самом уязвимом центре перевозок — в Средиземном море, могли бы бороться с поставками в Японию контрабанды, каждый второй встречаемый на обратном пути пароход был японским.
Но по факту основные преимущества «Осляби» никак не были использованы, отряд получил приказ неотлагательно возвращаться.
2-я Тихоокеанская
Отряд — будто бы Россия и вовсе не находилась в войне с Японией и будто не она подверглась вероломному нападению — спокойно, словно так и надо, покинул свою исключительно выигрышную позицию в Средиземном море. 5 апреля 1904 г. «Ослябя» прибыл в Либаву, а затем перешёл в Кронштадт для подготовки к новому походу в составе формировавшейся под командованием Рожественского З.П. 2-й эскадры флота Тихого океана. Этот адмирал, который уже несколько раз ощутимо и всегда во вред кораблю соприкасался с его судьбой, становился теперь его непосредственным начальником. При подготовке к новому походу пришлось исправлять и последствия свойственной Рожественскому неумеренной «распорядительности». Тогда, спеша вытолкнуть корабль из России, на нём установили первые в русском флоте оптические прицелы, которые, однако, оказалось невозможно использовать из-за несоответствия их размеров конфигурации орудийных портов.
А потом корабль ждал долгий изматывающий переход вокруг Африки до Мадагаскара, а дальше Индийский океан,к берегам французского Индо-Китая, где 2-я Тихоокеанская с отправленной вдогонку 3-ей Тихоокеанской эскадрой контр-адмирала Небогатова Н.И. В это время командир 2-го броненосного отряда Фелькерзам Д.Г. тяжело заболел и 10 мая, уже на подходе к Японии, умер, однако этот факт был скрыт от личного состава эскадры (помимо экипажа «Осляби», об этом знали лишь штабные чины на флагманском броненосце «Князь Суворов»: сообщение о смерти было передано с «Осляби» заранее установленным сигналом «На корабле сломалась шлюпбалка»). Над броненосцем продолжал развеваться контр-адмиральский флаг, хотя 2-м броненосным отрядом фактически командовал командир «Осляби» капитан 1 ранга В. И. Бэр.
К началу Цусимского сражения, эскадра измотанная переходом, непрерывными угольными погрузками, имела слабую боевую подготовку, преследовалась единственная цель - как можно быстрее достичь пункта назначения. Скорее всего обращение всех усилий эскадры на безостановочное движение объясняются тем, что Рожественский З.П. вступать в бой с японским флотом совсем не собирался. Втайне вполне, видимо, сознавая низкий уровень боевой подготовки эскадры, он вовсе не стремился его поднимать. О систематизации бесценного Порт-артурского опыта, о чём не переставили из Шанхая и Циндао напоминать офицеры интернированных там кораблей, Рожественский З.П., из-за своей безумной амбициозности, похоже, даже не задумывался. Никто уже не скажет, насколько В.И.Бэр оказался готов к неожиданно пришедшей к нему роли флагмана, от части это тоже сыграет роль в судьбе корабля и всего сражения. Все ближе подходя к японским силам Рожественский З.П. все больше вел себя пассивно отдавая инициативу противнику, не отдавал приказ отгонять японских разведчиков, не мешал работе организации радиосвязи. Издёрганная запретами и выволочками, опутанная множеством часто противоречивых инструкций, приказов и циркуляров, но не имевшая по вине адмирала необходимой практики в эскадренных стрельбах и совместном маневрировании, потерявшая всякий контакт с командующим и веру в собственные силы, армада шла вперёд, уповая лишь на его железную волю.
Последний бой
Ночью с 13 на 14 мая русская эскадра была обнаружена японским вспомогательным крейсером "Синано-Мару" из состава дальнего дозора японского флота. Его заметили с "Орла", но не разобрали его типа и национальности, что позволило "Синано-Мару" уйти, сообщив в 04:45 адмиралу Того об обнаружении русской эскадры. Утро 14 мая было пасмурным. Около 07:00 показалось солнце, рассеяв несколько мглу и увеличив видимость до 6-7 миль. Русская эскадра продолжала идти в том же походном ордере. Около 07:55 во мгле был замечен японский крейсер "Идзуми", идущий параллельным с эскадрой курсом на дистанции около 5 миль от правой колонны русских броненосцев.
В течение нескольких часов "Идзуми" шел в видимости русских кораблей, передавая информацию об их движении адмиралу Того. Не было сделано ни одной попытки отогнать его. Затем в видимости русской эскадры появился 3-й боевой отряд японского адмирала Дева в составе крейсеров "Касаги", "Читозе", "Ниитака" и "Отова". В 09:28 с русских кораблей были замечены еще несколько японских крейсеров и старый броненосец "Чин-Иен". В этот момент последовал приказ Рожественского: "1-му и 2-му броненосному отрядам перестроиться в одну кильватерную колонну". Броненосцы обоих отрядов, выполняя приказ, повернули "вдруг" на 2 румба влево, закончив перестроение в 11:15. В этот момент японские крейсеры, скрывшиеся было в тумане, снова появились на горизонте.В 11:17 "Ослябя" без приказа открыл по ним огонь, идя уже в кильватер броненосцу "Орел". Вслед за "Ослябей" загрохотала вся эскадра. Японские крейсеры, яростно отстреливаясь, повернули на 8 румбов влево и снова скрылись в тумане. Продолжая играть с русскими в "кошки-мышки", японские крейсеры то появлялись из тумана, то снова пропадали в нем, неотступно следя за русскими кораблями и наводя на них главные силы своего флота.
В 12:05 по приказу с "Суворова" эскадра легла на курс NO23°, а в 12:20 Рожественский снова перестроил броненосцы в две кильватерные колонны. Таким образом "Ослябя" снова возглавил корабли 2-го броненосного отряда.
В 13:15 из восточной мглы появились главные силы японского флота, ведомые броненосцем "Микаса" под флагом адмирала Того.
В 13:20 русские броненосцы 1-го отряда увеличили ход до 11 узлов и склонились "все вдруг" на 4 румба влево, чтобы, обогнав левую "ослябскую" колонну, построиться в одну кильватерную колонну. В 13:25 на "Суворове" был поднят сигнал: "2-му броненосному отряду вступить в кильватер 1-му отряду". Этот маневр спутал весь строй русской эскадры. Концевой корабль 1-го отряда "Орел", выполняя перестроение, замешкался и "Ослябе", чтобы пропустить его вперед, пришлось уменьшить ход, а затем вообще застопорить машины из опасения наскочить на "Орел". Шедший за "Ослябей" броненосец "Сисой Великий" выкатился в свою очередь влево, чтобы не наскочить на "Ослябю". В это время японская эскадра, продолжавшая спускаться на юго-запад, неожиданно развернулась на курс NO67° и, описав петлю, стала стремительно заходить в голову русской эскадре. В этот момент (13:49) "Суворов", а затем остальные корабли открыли огонь по противнику. Японцы, делая свой поворот, в 13:52 открыли ответный огонь, сосредоточив его на флагманских кораблях русской эскадры - "Суворове" и "Ослябе". С изящным креном проходя точку поворота, концевые корабли 1-го японского боевого отряда "Ниссин" и "Кассуга" первым же залпом накрыли стоявший без хода, бортом к ним, "Ослябю" и сигналом передали дистанцию на идущие сзади крейсеры адмирала Камимура. Таким образом "Ослябя", стоявший неподвижно на месте, оказался под сосредоточенным огнем 8 броненосных крейсеров противника с их невероятной меткостью огня и страшными (для слабобронированного корабля, каковым являлся "Ослябя" - А.Б.) фугасными снарядами.
Первые 10" снаряды с "Ниссин" и "Кассуга", с которыми менее года назад "Ослябя" стоял вместе в Порт-Саиде, разворотили нос броненосца. Один снаряд разорвался в носу у самой ватерлинии, причинив полуподводную пробоину, куда хлынули потоки воды. Дверь в первой водонепроницаемой переборке оказалась незадраенной, ее заклинило осколками и задраить уже не удалось. Вода пошла в отсеки жилой палубы, а через разбитые вентиляционные трубы затопила шестидюймовые погреба и носовое подбашенное отделение. От дыма и газа в этих отсеках не было видно даже электрических лампочек. Распространение воды по жилой палубе было остановлено второй водонепроницаемой переборкой, однако в трюмах вода дошла до помещения подводных торпедных аппаратов и носовых динамомашин. Главная электрическая магистраль была разбита и носовая башня главного калибра вышла из строя, успев сделать только три выстрела по противнику. Электромагистраль удалось снова ввести в строй, но в этот момент в башню попало сразу 2 десятидюймовых снаряда. Башня соскочила с катков и перекосилась, крыша башни оказалась сорванной. Еще один снаряд разорвался в амбразуре башни, убив и ранив всех находящихся в ней людей. Следующим попаданием был разбит главный дальномерный пост на верхнем мостике. При этом были убиты лейтенант Палецкий и 5 матросов. Два снаряда попало в верхний носовой каземат шестидюймового орудия, выбив орудие из цапф. Следующий снаряд попал в боевую рубку, убив барабанщика и рулевого, смертельно ранив старшего флаг-офицера, лейтенанта Косинского. Затем 8" снаряд ударил в нос броненосца, вырвав левый клюз и разворотив весь бак. Якорь вывалился за борт, вся цепь вытравилась и повисла на жвакагалсовой скобе. В левом среднем каземате осколки попали в тележку со снарядами. Взрывом уничтожило всех комендоров, выведя из строя еще одно шестидюймовое орудие.
Артиллерия броненосца фактически не действовала, огнем никто не управлял, дальномеры были разбиты. Вся носовая часть броненосца была уже затоплена водой, носовые динамомашины вышли из строя, не стало энергии, остановились водоотливные насосы. Когда броненосец "Ослябя", наконец, дал ход, он уже сидел носом почти по клюзы в воде, имея сильный крен на левый борт. Все верхние надстройки корабля были охвачены пламенем. Бушевал пожар и под кормовым мостиком. На спардек из-под верхней палубы валил густой дым - горели офицерские и адмиральские помещения.
Расстрел "Осляби" продолжался. Прошло всего 15 минут боя, а с "Ослябей" было уже фактически покончено. Броненосец выкатился вправо. Было 14:20. В этот момент в ватерлинию броненосца попал десятидюймовый снаряд, образовав пробоину между торпедным аппаратом левого борта и командной баней. Интенсивность и меткость японского огня были такими, что через мгновение еще один снаряд попал в то же самое место. Посыпались броневые плиты, сорванные с болтов. В огромную пробоину хлынула вода, разливаясь по скосу броневой палубы и попадая в боевые погреба. Крен корабля, до этого достигавший 12°, стал увеличиваться и неожиданно "Ослябя" стал просто валиться на левый борт.
Началась паника, из различных помещений наверх хлынули люди, карабкаясь по трапам и срываясь с них и снова цепляясь в безумной жажде жизни. Командир броненосца, капитан 1-го ранга Бэр обменялся рукопожатиями с находящимися на мостике капитаном 2-го ранга Генке, лейтенантом Саблиным и прапорщиком Болдыревым, сказав: "Да, тонем, прощайте!"
Командир кормовой башни главного калибра лейтенант Казмичев, видя, что башня уже не может действовать из-за сильного крена, приказал комендорам покинуть ее и спасаться. Так же поступил командир одного из плутонгов левого борта лейтенант Нидермиллер, а сам вытащил револьвер и застрелился. На палубе царила жуткая суматоха. Одни прыгали в море, не успев захватить с собой спасательных средств, другие бросались за спасательными кругами и пробковыми нагрудниками.
Люди сталкивались, хватались друг за друга, падали, дрались из-за спасательных поясов, крича от ужаса. Но самая страшная трагедия ожидала машинную команду. Выходы из машинных отделений были задраены броневыми плитами, снять которые можно было только сверху при помощи талей. Назначенные для этой цели матросы разбежались, бросив оставшихся внизу на произвол судьбы. Механики и машинисты все без исключения остались внизу, погребенные под броневой палубой, как "под тяжелой могильной плитой". Героически погибли, не оставив своих постов и до последнего момента оказывая помощь раненым, врачи броненосца Васильев и Бунтинг.
В 14:40 броненосец "Ослябя" лег на левый борт, трубы его, продолжая дымить, покрыли густыми клубами дыма поверхность моря. Плоскость палубы встала вертикально. Скользя по ней, люди повалились вниз вместе со всеми незакрепленными предметами. Стоял уже не крик, а общий вой. Противник продолжал огонь, и среди каши человеческих голов то и дело вздымались столбы воды от падавших снарядов. К месту катастрофы ринулись миноносцы "Бравый", "Буйный", "Быстрый", "Блестящий".
С мостика эсминца "Бравый" с ужасом наблюдал за развернувшейся картиной лейтенант Дурново: "Картина была ужасная: в куче обломков, коек и остатков разбитых шлюпок кишела масса людей, которые неистово кричали, отнимая друг у друга подаваемые нами спасательные концы. Неприятельские снаряды густо ложились в этом месте, добивая плававших людей. Между обломками держался на воде сорвавшийся с талей минный катер с "Осляби", но он вскоре затонул под тяжестью вскарабкавшихся на него людей. В числе плававших предметов были шаровые мины броненосца, присутствие которых трудно объяснимо. Минный погреб находился внизу в носовой части броненосца. По-видимому, при опрокидывании корабля днище разорвалось и мины выплыли".
В круг, образованный державшимися на воде людьми, массой всплывших обломков и корпусов шаровых мин, немедленно бросились находившиеся поблизости миноносцы. Людей принимали сразу на борт, а с «Бравого» даже успели спустить вельбот. подбиравший тех, кто оказался в стороне. Но японцы, как они это не раз делали в дальнейшем, открыли бешеную стрельбу по спасавшим людей кораблям. Огонь вели те самые легкие крейсеры, которых Рожественский З.П. перед началом боя избавил от уничтожения. Теперь они перекрестной стрельбой трех своих отрядов добивали спасшихся с «Осляби». Огонь был столь плотным, что остававшиеся в воде люди стали подавать знаки миноносцам, чтобы те уходили и тем прекратили японский расстрел. Многие из тяжело раненных, не доплыв до вельбота н миноносцев, тонули на глазах спасателей...
Обстрел места гибели «Осляби» усилился с подходом почему-то особенно озлобившего японцев крейсера «Изумруд». Чтобы не рисковать кораблем и не множить число погибших, пришлось отойти, сбросив лишь вельбот и спасательные буйки. «Блестящий», уже уходя из района непрекращавшегося обстрела, потерял убитыми своею командира капитана 2 ранга А.С.Шамова и двух матросов, на корабле оказался затоплен патронный погреб, пробит котел. На «Бравом» разрывами 152- и 203-мм снарядов были убиты четыре человека команды и пятеро спасенных с «Осляби». Отчаянно маневрируя. чтобы не столкнуться друг с другом и не повредить винты среди множества плававших обломков, миноносцы «Бравый», «Буйный», «Быстрый», «Блестящий» и буксирный пароход «Свирь» спасли около 400 человек. Из офицеров гибель корабля пережили лейтенанты П.А. Колокольцов, М.П. Саблин, мичманы П. С.Бачманов, Б.П.Иванов, князь С.В.Горчаков, Б.П. Казмичев, А.А. Бартенев, а также офицеры штаба полковник Осипов и мичман князь К.П. Ливен. Трагическая одиссея «Осляби» продолжилась для оставшейся в живых части его экипажа ночным прорывом на спасших ее кораблях, участием в бою на борту принявшего их утром с «Буйного» крейсера «Дмитрий Донской» и последующим пленением японским десантом на острове Дажелет утром 16 мая 1905 года...
Основные причины гибели
Конечно одной из основной причиной столь быстрой гибели можно назвать то, что «Ослябя» совершенно не подходил для ведения линейного боя, был слабо вооруженным, и имел недостаточную площадь бронирования, командование зная конечно о особенностях корабля все равно использовало его как флагман 2-го броненосного отряда.
Можно было бы разобрать еще вопрос от том как японцы засыпая русские корабли фугасными снарядами просто срывали броневые плиты с креплений, но для «Осляби» критичнее оказалась другая проблема.
Ранее в разделе бронирование мы поднимали вопрос о перегрузке, что было проблемой для данного проекта кораблей, на «Ослябе» строительная перегрузка составляла 800 тонн.
Что касается бронирования, то главный пояс со скосом бронепалубы пробить можно было только на близкой дистанции, на которую при высокой скорости “пересветов” противнику было сблизиться не так просто. На дальней дистанции (в то время дистанция свыше 15 кабельтовых уже считалась дальней) ни главный пояс, ни карапасная бронепалуба в оконечностях снарядами не пробивалась, а количество воды, которая могла бы попасть через пробоины по ватерлинии в носу и корме, где не было бортовой брони, не могло быть велико. Корпус здесь имел острые обводы и был хорошо разделен на отсеки, а снизу проходил свод бронепалубы.
Такие корабли даже с полностью затопленными оконечностями при сохранении целостности бронепалубы и траверзов имели бы положительную метацентрическую высоту и не опрокидывались. Осадка из-за потери незначительного запаса плавучести увеличилась бы всего на несколько дюймов. Кстати, сказать, эти корабли и проектировались для боя на большой дистанции. Их установки главного калибра имели большой угол возвышения, и 254-мм снаряды с “пересветов” летели гораздо дальше 305-мм снарядов других броненосцев. Это было важно для боя на преследовании или отходе, как раз и характерного для рейдерских действий, когда надо было догонять транспорты и убегать от кораблей охранения. Целям погони соответствовало и расположение носовой 6-дюймовки, совершенно бесполезной для линейного боя.
В бою 28 июля/10 августа 1904 года, когда “Победа” и особенно “Пересвет”, бывший вторым флагманом эскадры, несколько часов находились под ожесточенным огнем главных сил японцев, такая система бронирования вполне себя оправдала. Конечно, большое впечатление производили огромные пробоины, оставляемые в небронированных бортах фугасными снарядами - но не более того. Косвенной оценкой эффективности защиты могут служить данные о потерях на этих кораблях: 13 убитых и 69 раненых на “Пересвете” и соответственно 4 и 29 на “Победе” из экипажа в 780 человек (по другим данным 19 и 104 человека на “Пересвете”, 6 и 40 на “Победе”). А ведь броненосцы японцев в том бою выпустили 305-мм снарядов даже больше, чем при Цусиме!
Совсем другая картина получается, если такой корабль входит в бой перегруженным, со скрытым под водой главным поясом. Теперь вражеским снарядам открыта большая часть незащищенного броней борта по ВЛ, а единственная серьезная преграда - жалкий 102-мм пояс с траверзами, далеко отнесенными от бортов и оконечностей - в принципе, пробивается (вернее, проламывается) фугасными 305-мм снарядами. Причем, такие тонкие плиты под ударом тяжелого снаряда могли просто срываться с креплений, открывая в борту огромные бреши. Объем затоплений только через пробоины в небронированном борту в носовой части теперь был бы критическим. Воде, проникающей через легко разрушаемые фугасными снарядами всех калибров тонкие переборки и нижнюю палубу в носу, было бы доступно все пространство от форштевня до котельного отделения по нижней палубе, включая и объемы над глубоко погрузившейся карапасной палубой. Нужно сказать еще об одной особенности этих кораблей. Спроектированные для длительных действий в океане, в том числе и в тропиках, они имели развитую систему вентиляции жилых помещений и погребов боезапаса. Причем, все вентиляционные шахты из-за недостатка веса остались без брони. Через такие легко разрушаемые колодцы вода могла проникать и в забронированные помещения с неповрежденной внешней защитой.
Таким образом, даже при сохранении целостности 102-мм пояса, его траверзов и 51...76-мм бронепалубы корабль мог принять много воды и получить опасный дифферент на нос и крен. При этом вода могла доставать и до более высоко расположенных пробоин в небронированном борту, а также до портов 47-, 75- и 152-мм орудий на батарейной палубе (главной), которые в бою были бы открыты или повреждены. Положение еще более усугубляется, если попадания следовали одно за другим и кучно, а погода на море отличалась от штилевой. Конструктивный недостаток, порожденный копеечной экономией, и преступная перегрузка подписали приговор в общем-то неплохому кораблю.
По трагическому стечению обстоятельств этот приговор несчастному “Ослябе” был приведен в исполнение без отсрочки. 10 мая он последний раз принял уголь, и его запас на борту превысил полный. За 4 суток до боя эскадра прошла менее 800 миль со скоростью 5-8 узлов, то есть “Ослябя” израсходовал около 270 тонн угля. Известно, что перед боем 28 июля “Пересвет” вышел из Порт-Артура всего с 1.500 тоннами угля, установленным еще адмирал С. О. Макаровым “боевым запасом”. Не известно, имел ли Макаров в виду ухудшение защитных качеств этих броненосцев при полном запасе угля или просто понимал, что при полной нагрузке “Пересвет” и “Победа” с увеличенной на целый метр осадкой (главный пояс, естественно, под водой - см. выше) не смогут выйти из гавани на внешний рейд. Ясно только, что Рожественский З. П. о такой “мелочи” и не задумался. Наверное, полагал, что не адмиральское дело думать про какие-то переборки и пояса, держа в голове схемы бронирования своих кораблей. Об этом должен был сказать командир броненосца, трюмный механик или Бог знает кто еще. Не доложили. Или побоялись адмиральское гнева? А может, просто понадеялись на “авось”: авось до встречи с японцами подвсплывем фута на два-три.
По всему выходит, что “Ослябя” перед боем 14 мая имел свыше 2.000 тонн угля, полуторную норму запасов и сверхкомплектный экипаж из 922 человек вместо штатных 27 офицеров и 743 прочих чинов. С главным поясом под водой этот корабль уже нельзя было считать броненосцем. Также перегруженные корабли типа “Бородино” все-таки имели над водой по всей длине корпуса 102...152-мм верхний пояс с коффердамами (небольшими отсеками, призванными ограничивать повреждения и затопления при взрыве в них снарядов) за ним, и их положение было не в пример лучше. А у “Орла” к вечеру даже вышел из воды главный пояс.
Что тут уже говорить о другой из проблем цусимской войны - крайней безынициативности русских адмиралов, буквально в первые пол часа боя ситуация могла бы повернуться в корне, сначала адмирал Того с эскадрой пропустил место встречи русского флота освободив ему путь прорыва, Рожественский вместо того чтобы перехватить инициативу, пребывал в уверенности, что японцы позволят ему прорываться с 10-узловыми транспортами и тихоходными 14-узловыми старыми броненосцами. А потому и никаких активных действий, или хотя бы маневрирования для занятия выгодной позиции он не предпринял. Вместо этого начал перестраивать в одну кильватерную колонну длинной в 6 км, в ходе которого «Ослябя» получила приказ :«Второму броненосному отряду вступить в кильватер первому».
Приученный к безоговорочному повиновению, командир корабля В.И.Бэр, чтобы пропустить вперёд оказавшегося на траверзе «Орла», был вынужден сбавить ход, а затем и вовсе остановиться.
И тут была возможность перехватить инициативу, адмирал Того идя на встречном курсе рискнул выполнить поворот, фактически 15-20 мин все корабли проходили по петле которую образовывали поворачивавшие японские корабли, что позволяло русским кораблям сосредоточить прицельный огонь, бросившись на врага строем фронта, сблизиться с японским флотом на ту малую дистанцию, с которой они, в соответствии с нормами тогдашней боевой подготовки, могли стрелять с наибольшей меткостью. Бой превратился бы в свалку, в которой русские корабли могли с наибольшей эффективностью реализовать достигнутый каждым броненосцем и крейсером достаточно высокий уровень подготовки для одиночного боя. По опыту порт-артурской эскадры (не мог же Рожественский З.П. не знать о нём!) было известно, что японцы, приученные к стрельбе на дальние расстояния при посредстве оптических прицелов, в ближнем бою стреляли хотя и часто, но вовсе не так метко, как на больших дистанциях. В такой ситуации в значительной мере утрачивались и преимущества оптических прицелов. Скоротечная «свалка» вплотную и единоборство корабля с кораблём отнимали у японцев их главное преимущество — искусство сосредоточения огня.
Ни Рожественский ни Бэр ничего не предприняли и уже через 10 мин «Ослябя» стоя на месте получил серьезные повреждения в не бронированную часть борта у первой переборки впереди броневого пояса, потерял главный калибр , а спустя 31 мин с начала боя получил столь тяжкие повреждения, что уже не мог держаться в строю и, несмотря на попытки выровнять положение, выкатился вправо. Крен достигал 12°, корабль сидел в воде по носовые клюзы.